Наркобарону отказали в 5 млн рублей

Суд счел, что уголовное преследование торговца кокаином не вышло за разумные сроки

Как стало известно “Ъ”, отбывающий 10-летний срок за контрабанду кокаина на миллионы долларов 68-летний Владимир Красавчиков попытался взыскать с Минфина 5 млн руб. за свое, как он посчитал, слишком длительное уголовное преследование. По мнению заявителя, «нераспорядительность и неэффективность действий органов предварительного следствия и суда» привели к тому, что расследование в отношении него, а затем и процесс заняли в общей сложности семь с половиной лет. Однако городской суд Санкт-Петербурга установил, что нарушения права осужденного Красавчикова «на судопроизводство в разумный срок» допущено не было, и в компенсации наркобарону отказал.

Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ  /  купить фото

Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ  /  купить фото

Как следует из поступившего в суд заявления Владимира Красавчикова, которое он написал в колонии строгого режима, длительность производства по его уголовному делу была вызвана не сложностью расследования, а «нераспорядительными и неэффективными действиями органов предварительного следствия и суда». А его представитель утверждал, что «нарушение права на судопроизводство в разумный срок повлекло длительное содержание заявителя под стражей и значительное ухудшение его здоровья». Причиненный ему ущерб осужденный Красавчиков оценил в 5 млн руб., которые и потребовал взыскать с Минфина. При этом он не стал ходатайствовать о том, чтобы ему разрешили участвовать в разбирательстве в суде.

Первым делом городской суд Санкт-Петербурга установил, что заявитель ошибся со сроком своего уголовного преследования: как оказалось, оно длилось не семь с половиной лет, а более восьми. Как следует из оглашенных в суде материалов, уголовное дело о контрабанде кокаина (ч. 2 ст. 188 УК РФ) из Эквадора в Россию участниками транснациональной преступной группировки, в которую входили бывшие советские граждане, а также жители Колумбии, Перу, Испании, Эквадора, Латвии и других стран, было возбуждено в ноябре 2008 года Северо-Западным таможенным управлением ФТС России. Впрочем, уже через месяц его принял в свое производство следственный департамент МВД.

Как уже рассказывал “Ъ”, за границу судимый еще в СССР за незаконные валютные операции Владимир Красавчиков перебрался вскоре после отбытия своего первого срока. Второй раз он был осужден уже в Эквадоре — за контрабанду кокаина. После освобождения из тюрьмы россиянин перебрался в Нидерланды, где наладил отношения с местной наркомафией и взялся за поставки кокаина из Эквадора в Европу. Этот бизнес приносил баснословные доходы: если в Эквадоре килограмм кокаина стоит $2 тыс., то в России, куда он ежегодно поставляется, по данным силовиков, в количестве от 3 до 5 тонн, его цена составляет €50–60 тыс. за тот же килограмм.

Российский рынок группировка Красавчикова начала активно осваивать в 2008 году. Все зелье прибывало в Санкт-Петербург или Новороссийск с бананами из Гуаякиля на трансатлантических судах. Тайники оборудовались в одних и тех же местах в служебных помещениях или трюмах, брикеты с кокаином упаковывались схожим способом. При этом места закладок помечались смайликами. Как потом установили оперативники, отправители фотографировали тайник с этим знаком и по электронной почте отправляли фото получателю, чтобы тот быстро мог его найти.

Телефоны предполагаемых наркодельцов поставили на прослушку, а в Гуаякиль несколько раз выезжали сотрудники ФСБ, которые организовали взаимодействие с местными сыщиками. В итоге удалось установить не только личности преступников, но и выявить схемы поставок в Россию кокаина и их финансирования. В 2009 году российским правоохранителям удалось задержать около десятка участников этой преступной группировки, которые уже отбывают длительные сроки.

Организатор преступного бизнеса Красавчиков был привлечен к уголовной ответственности заочно в апреле 2010 года. Тогда же он был объявлен сначала в федеральный, а затем и международный розыск. Как установил суд во время рассмотрения иска Владимира Красавчикова о компенсации, именно 2010 год и следует считать началом его уголовного преследования.

Арестовали его по запросу российской Генпрокуратуры в январе 2012 года в Нидерландах, а экстрадировали на родину ровно через два года. С материалами своего уголовного дела Владимир Красавчиков знакомился с 6 июня по 16 декабря 2014 года, а судебный процесс над ним начался в январе 2015 года. В январе 2018 года Кировский райсуд Санкт-Петербурга за контрабанду 23 кг, незаконную пересылку 10 кг и приготовление к сбыту еще 26 кг кокаина приговорил подсудимого Красавчикова к десяти годам лишения свободы.

По мнению судьи Сергея Леонтьева, рассматривавшего иск осужденного Красавчикова, никакой волокиты не было допущено ни во время предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства. 87-томное уголовное дело имело «значительную фактическую и правовую сложность, вызванную совершением преступлений организованной группой лиц в условиях неочевидности, на протяжении значительного периода времени, тяжестью вменяемых преступлений, количеством преступных эпизодов»,— говорится в судебном решении. Из него также следует, что по делу было проведено «значительное число» судебных экспертиз, допрошено более 120 свидетелей, а также проведен большой объем других следственных действий — выемок документов, очных ставок, дополнительных допросов и обысков. При этом с самим Владимиром Красавчиковым в связи с его нахождением в розыске проведение следственных действий стало возможно только почти через четыре года с момента начала его уголовного преследования.

Говоря о процессе по делу наркобарона, по продолжительности которого у заявителя также имелись претензии, судья Леонтьев отметил, что дело если и откладывалось, то по уважительным причинам и на непродолжительные периоды. Это требовалось в том числе и для исследования «большого объема доказательств». Самый длительный перерыв, говорится в решении суда, с 8 ноября 2016 года по 20 марта 2017 года был вызван проведением в отношении подсудимого судебно-психиатрической экспертизы.

Все эти обстоятельства «свидетельствуют о достаточной эффективности и распорядительности органов предварительного следствия и суда при рассмотрении данного дела», резюмировал суд. Таким образом, права истца «на судопроизводство в разумный срок» (предусмотрено п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод) нарушены не были, в связи с чем в удовлетворении его требований было отказано.

Олег Рубникович

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...