Готовность против платежа

Правительство может отменить для компаний—бункеровщиков топлива обязанность платить государственной «Морспасслужбе» только лишь за ее готовность ликвидировать возможные разливы нефтепродуктов. Сейчас такая плата по отрасли достигает 2 млрд руб. в год. Бункеровщики подчеркивают, что сейчас «Морспасслужба» за эти деньги фактически ничего не делает, а если разлив и происходит, то его ликвидацию нужно оплачивать отдельно.

Как стало известно “Ъ”, вице-премьер Максим Акимов поручил Минтрансу и ФГУП «Росморпорт» оценить обоснованность существующей платы с судоходных компаний по предупреждению и ликвидации разливов нефти. В частности, к 1 августа ведомства должны подготовить предложения «по возможности перехода на оплату за фактически оказанные услуги» в случае необходимости ликвидации разливов. Соответствующие поручения значатся в списке от 31 мая по итогам встречи вице-премьера с «Опорой России». В Минтрансе “Ъ” сообщили, что поручение прорабатывается. В «Росморпорте» запрос переадресовали в Росморречфлот, где не ответили “Ъ”.

По закону бункеровкой судов в морских портах могут заниматься компании, у которых либо есть собственные сертифицированные аварийно-спасательные подразделения, либо есть договор с такой компанией. Как отмечают собеседники “Ъ” на рынке, создание такого подразделения требует больших расходов и сопровождается бюрократической волокитой, поэтому, как правило, заключается договор с подведомственным Росморречфлоту ФГБУ «Морспасслужба». По нему бункеровочные компании ежемесячно платят за готовность «Морспасслужбы» ликвидировать возможные разливы (исходя из объема бункеровки), при этом услуги по ликвидации, а также ущерб от разливов оплачиваются отдельно. Кроме того, параллельно администрация каждого морского порта имеет свой договор с «Морспасслужбой» по ликвидации разливов нефти.

В начале 2015 года СРО «Российская ассоциация морских и речных бункеровщиков» (на долю ее членов приходится до 70% продаж судового топлива в РФ) пожаловалась в ФАС на то, что «Морспасслужба» безосновательно повышает цены за готовность ликвидировать разливы. В частности, для бункеровочных компаний Приморского края цена на услугу с 1 января 2015 года была увеличена в 15 раз, следует из письма ассоциации в Минтранс (копия от 24 декабря 2018 года есть у “Ъ”). В марте 2016 года ФАС признала «Морспасслужбу» нарушителем антимонопольного законодательства и выдала ей предписание снизить цены, которое ФГБУ безрезультатно пыталось оспорить в суде.

При этом, как подчеркивала ассоциация бункеровщиков в своем письме в Минтранс, предписание до сих пор не исполнено, несмотря на штрафы, неоднократно наложенные как на саму «Морспасслужбу», так и на ее руководителя Андрея Хаустова.

На жалобу бункеровщиков в Минтранс подведомственный ему Росморречфлот в ответном письме сообщил, что у агентства «отсутствуют правовые основания понуждать руководителя "Морспасслужбы" к исполнению решений и предписаний ФАС».

Сейчас бункеровкой в России занимаются около 120 компаний. Как пояснил “Ъ” председатель совета ассоциации бункеровщиков Владимир Сергеев, бункеровочная компания в среднем платит «Морспасслужбе» 1–1,5 млн руб. в месяц, при этом никаких мероприятий «Морспасслужба» не проводит. Суда ФГБУ к местам осуществления бункеровки не выходят, то есть несут готовность «у причальной стенки», поясняет он. Поэтому в ассоциации полностью поддерживают предложения перейти на оплату непосредственно ликвидации разливов нефтепродуктов, а плату за «виртуальное» несение готовности упразднить, подчеркивает господин Сергеев. Он отмечает, что разливы случаются крайне редко и, как правило, не по вине экипажей судов-бункеровщиков.

Источник “Ъ” в отрасли подчеркивает, что непонятно, кто является конечным получателем денег, которые платят сегодня бункеровщики за готовность ликвидации разлива. В мире аварийно-спасательные формирования необязательно государственные, отмечает он. Кроме того, непонятно, почему потоннажный сбор платят бункеровщики, а экспортные суда — нет, хотя у них такие же шансы разлить нефть, отмечает источник “Ъ”. Плата должна быть не за готовность ликвидации разлива, а по факту аварии, уверен он, но за это должна отвечать страховая компания, тогда ей будет выгодно создать свою спасательную службу. Чем больше операций удастся перевести из ручного регулирования в область финансовых отношений, тем лучше система будет работать, заключает собеседник “Ъ”.