Коротко

Новости

Подробно

Фото: Эмин Джафаров / Коммерсантъ

«Ситуация хуже некуда»

Дмитрий Дризе — о будущем проекта Sukhoi Superjet 100

от

Юрий Чайка против Росавиации: выступая в Госдуме, генеральный прокурор жестко раскритиковал ситуацию в авиационной отрасли. По его словам, пилотов готовят плохо, а система безопасности полетов не соответствует международным стандартам. Одновременно с этим в «Аэрофлоте» осудили высказывания губернатора Хабаровского края Сергея Фургала, что причиной катастрофы в московском аэропорту Шереметьево 5 мая стал человеческий фактор, хотя чиновник ссылался на полученные данные управления безопасности полетов Росавиации. Политический обозреватель “Ъ FM” Дмитрий Дризе считает, что в коридорах власти обостряется борьба за будущее проекта Sukhoi Superjet 100.


Генеральный прокурор Российского Федерации Юрий Чайка выступил в Госдуме в рамках «Правительственного часа». Он говорил о многих проблемах, но самой яркой и важной частью его речи стала оценка положения в авиационной отрасли страны. И выводы господина Чайки неутешительны: если вкратце, то пилотов готовят плохо, Росавиация, в свою очередь, смотрит на это сквозь пальцы, а российская программа безопасности полетов никуда не годится.

Незадолго до этого губернатор Хабаровского края Сергей Фургал, выступая по местному телевидению, заявил, что причиной катастрофы лайнера Sukhoi Superjet 100 в аэропорту Шереметьево в начале мая стал человеческий фактор: пилоты по неопытности или по каким-либо другим причинам совершили ряд фатальных ошибок. Чиновник сослался на документы все той же Росавиации. И, что характерно, господин Фургал заявил, что SSJ 100 — самолет хороший, новый, к тому же планируется его модернизация, в связи с этим его производство на авиазаводе имени Гагарина в Комсомольске-на-Амуре продолжится. В «Аэрофлоте», естественно, возмутились и обвинили губернатора в давлении на следствие. Ведь официально расследование причин катастрофы еще не закончено, а, значит, делать подобные некорректно.

Что же такое происходит?

А вот что: идет борьба между теми, кто отвечает за Superjet, то есть его производителями, и теми, кто желает избавиться от этого лайнера, то есть «приземлить» его.



Решение может принять только президент — мы же знаем существующий порядок вещей в России. И также мы знаем, что SSJ 100 — новый российский самолет, можно сказать, гордость страны, поэтому никто из чиновников не решится даже предложить свернуть проект. К тому же, если согласиться с тем, что самолет «сырой», тогда возникают вопросы к тем, кто осваивал бюджеты и все эти годы докладывал, что все нормально — на кону карьера этих людей, как минимум.

Понятно, что проще все списать на человеческий фактор — пилотов или нерадивых чиновников. Но здесь есть большой риск — не дай бог, что еще случится, тем более мы знаем, что уже после трагедии было уже несколько неприятных случаев с рейсами Superjet. А впереди «Прямая линия», на которой с высокой долей вероятности соответствующий вопрос зададут Владимиру Путину. И что отвечать президенту? Допустим, самолет хороший, но пилоты у нас никуда не годятся, а чиновники все проморгали?

Ситуация хуже некуда. Если даже принять линию Юрия Чайки, то получается, что в России вообще лучше не летать.

Так что, в целом, логичнее «приземлить» Superjet, хотя бы на какое то время, наказать ответственных чиновников, провести модернизацию лайнера и вновь пустить его на линии.

Но это уже вопрос политический. Проект SSJ 100 сильно влияет на рейтинг власти. Вместе с тем, сейчас много пишут о неких кадровых решениях, которые назрели. Так что, понятно, сейчас идет борьба «под ковром» — кто кого. И кто кандидат на замещение вакансии?

Комментарии
Профиль пользователя