Коротко

Новости

Подробно

Фото: Getty Images

Европарламент расшатывают с обеих сторон

Двухпартийную систему потеснили и справа, и слева

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 6

В странах ЕС в понедельник подводили итоги выборов в Европарламент. Формально четырехдневный общеевропейский избирательный марафон завершился победой право- и левоцентристов — тяжеловесов из Европейской народной партии (EPP) и Группы социал-демократов (S&D). Но их позиции теперь теснят и правопопулисты с евроскептиками, и либералы, и зеленые. Вслед за национальными парламентами общеевропейский законодательный орган станет пестрее, а процесс принятия решений в нем усложнится. Выводы из результатов голосования предстоит сделать и на местах — в отдельных странах—членах ЕС.


Обошлись без России


«Самая большая угроза нашей свободе — это не Россия, не Штрахе, не Сальвини, не Ле Пен и не Орбан. Самая большая угроза — безразличие. Не будьте равнодушны к этим европейским выборам. Идите и голосуйте!» — заранее призывал избирателей зампред Еврокомиссии Франс Тиммерманс. Тем самым он коротко перечислил все опасения, связанные с выборами, прокатившимися по европейским странам с 23 по 26 мая: дальнейшее падение явки, угроза иностранного вмешательства (например, со стороны России) и переход Европарламента под контроль крайне правых сил. Лицами этой правой волны давно уже стали лидеры крайне правых сил из разных стран: француженка Марин Ле Пен, венгерский премьер Виктор Орбан, вице-премьер Италии Маттео Сальвини и недавно со скандалом ушедший в отставку австрийский вице-премьер Хайнц-Кристиан Штрахе.

Нового проседания явки вопреки опасениям господина Тиммерманса и социологов удалось избежать. До сих пор она неуклонно уменьшалась, пробив рубеж в 50% в 1999 году и снизившись до 43% к прошлым выборам, которые состоялись в 2014 году. Теперь же к урнам для голосования вышли 50,5% избирателей.

«Поздравляю нас всех. Мы не видели такого результата в течение десятилетий»,— сказала кандидат на пост главы Еврокомиссии Маргрете Вестагер.



Об угрозе российского вмешательства из раза в раз вспоминали на своих сессиях и депутаты Европарламента (а в Москве — неизменно отвергали любые обвинения). «Благодаря нескольким громким случаям организованного Кремлем вмешательства, которые еще живы в нашей коллективной памяти, период предвыборных кампаний ЕС был омрачен тревожным ожиданием того, что Кремль каким-либо образом может попытаться повлиять и (или) подорвать избирательный процесс и в этот раз»,— разъяснялось в сообщении оперативной рабочей группы по стратегическим коммуникациям East StratCom Task Force (относится к структурам внешнеполитической службы ЕС).

Однако по итогам голосования фактор российской угрозы практически не упоминается, и вмешательства, как считают европейские эксперты, удалось избежать. Многие наверняка делают такой вывод в связи с тем, что о кардинальной смене расклада сил в европейском законодательном органе говорить сложно: первые два места по-прежнему занимают Европейская народная партия, представляющая в Европарламенте интересы сил правого центра, и Группа социал-демократов. Однако в зале заседаний им придется потесниться. EPP в этот раз получила 180 мест вместо 213, а группа S&D — 145 вместо 190. Условно слева их теснят Альянс либералов и демократов, а также представители блока зеленых партий (109 и 69 мандатов вместо 64 и 53 мест соответственно). На правом фланге — «Европейские консерваторы и реформаторы», а также популисты и евроскептики из крайне правой «Европы наций и свобод» и правоконсервативной «Европы свободы и прямой демократии». Евроскептики и правопопулисты в общей сложности получили 114 мест, улучшив свои результаты на 36 мандатов.

В итоге с Европарламентом произошло то же, что и с национальными собраниями ведущих европейских стран: он перестал быть двухпартийным. Тяжеловесы из правого и левого центра (EPP и S&D) теперь, вероятно, будут вынуждены договориться о коалиции с Альянсом либералов и демократов, а главное, мириться с более или менее радикальными, но в основном крайне правыми депутатами. Главная интрига теперь на европейском уровне — сможет ли крайне правый лагерь образовать собственную многочисленную и устойчивую политическую группу (аналог фракции в национальных парламентах).

Пощечины и успехи


В каждой стране по отдельности голосование стало еще и проверкой для властей.

Так, для президента Франции Эмманюэля Макрона выборы превратились практически в референдум о личной популярности. Опросы предсказывали победу крайне правой партии Марин Ле Пен «Национальное объединение» (RN), но его правящая партия «Вперед, Республика!» (LREM), до того два года неуклонно побеждавшая на выборах разного уровня, надеялась отставание ликвидировать. Этого не случилось, и с результатом 23,3% против 22,4% депутаты RN обошли депутатов LREM. Неожиданностью стало третье место зеленых, которые были аутсайдерами опросов, но набрали почти 14% голосов. А вот партии, долгие годы традиционно пользовавшиеся популярностью у французов: правоцентристы — «Республиканцы», левые из «Непокоренной Франции» (LFI) Жан-Люка Меланшона и левоцентристы из Социалистической партии,— набрали менее 10% каждая.

«Эмманюэль Макрон получил пощечину от французов»,— заявил пресс-секретарь «Национального объединения» Себастьен Шеню. Но он явно выдает желаемое за действительное. Едва ли президент Франции сочтет разницу в 0,9% поводом для смены правительства или для роспуска Национального собрания (к этому призвала торжествующая Марин Ле Пен).

Австрийским крайне правым повторить электоральный успех коллег не удалось. Напомним, что страна накануне выборов была потрясена скандалом вокруг видеозаписи, сделанной скрытой камерой в ходе предвыборной кампании летом 2017 года. В СМИ мгновенно разлетелась новость о «скандальном видео о компрометирующей связи с россиянкой» — и его главный герой, австрийский вице-канцлер и лидер крайне правой Австрийской партии свободы (АПС) Хайнц-Кристиан Штрахе подал в отставку. А канцлер страны Себастьян Курц, пытаясь удержаться во главе посыпавшегося правительства, объявил досрочные выборы.

«Перед публикацией видео АПС по опросам набирала 23–25%»,— напомнил “Ъ” аналитик ведущего австрийского социологического центра SORA Флориан Оберхубер. В итоге АПС набрала 18,1%, опустившись на третье место, а Австрийская народная партия канцлера Себастьяна Курца победила с 35,4% голосов — лучшим в истории партии результатом на европейских выборах. Правда, это не спасло канцлера Курца от вотума недоверия, который был вынесен ему в понедельник в парламенте страны. «В совместном опросе ORF/SORA/ISA, который наша компания провела в день голосования, мы спросили 1287 человек, повлияло ли видео с Ибицы на доверие к политической системе Австрии. 33% частично согласились с этим, еще 26% были совершенно согласны»,— говорит господин Оберхубер.

В Британии, как заверил “Ъ” сэр Малколм Рифкинд, эксперт клуба «Валдай», бывший ранее министром иностранных дел и министром обороны страны, «результаты выборов связаны с одним-единственным вопросом — выходом из ЕС». Партия «Брексита» Найджела Фараджа стала лидером голосования, получив больше всего депутатских кресел. Правящая Консервативная партия и лейбористы во главе с Джереми Корбином выступили плохо. Впрочем, как отметил “Ъ”, «помимо Партии "Брексита" крайне удачно выступили и проевропейские либеральные демократы, которые с триумфом выступили в Лондоне, а в целом по стране заняли второе место». «Хотя Партия "Брексита" и выбилась в лидеры, она получила только 32% голосов. Даже считая сторонников "Брексита", проголосовавших за другие партии, этот результат свидетельствует о том, что британское общество по-прежнему остается почти поровну расколото между сторонниками выхода из ЕС и сохранения членства»,— уверен сэр Рифкинд.

В целом европейские страны можно условно разделить на три группы.

  • Те, где правые силы победили, но еще раньше — пришли к власти (например, Италия и Венгрия).
  • Те, где национальным, условно демократическим, властям удалось отстоять свои позиции (Австрия, Болгария, Чехия, Германия, Испания).
  • И те, где в ходе голосования в Европарламент в лидеры выбились оппозиционеры — евроскептики и правопопулисты (например, Британия, Франция, Греция).

Последней группе стран теперь помимо изменений на европейском уровне стоит приготовиться и к политической реакции на уровне национальном.

Галина Дудина; Алексей Тарханов, Париж


Комментарии
Профиль пользователя