Я стоял на крутом откосе берега Волги в длиннющей автомобильной очереди на паром, курсирующий между Кинешмой и Заволжском. От берега отчалило уже второе судно, а очередь из машин практически не двигалась. Все потому, что десятки ухарей на самых разных видах четырехколесного транспорта объезжали вереницу машин по раскисшей после майских дождей обочине, чтобы первыми оказаться у сходней, или как там у речников эта штука называется. Чтобы пресечь это безобразие, я выехал из очереди и заблокировал обочину, тут же собрав за собой хвост из местной беспардонной публики, полагавшей себя вправе оказаться на том берегу раньше других. От серьезных неприятностей меня тогда спасла, вероятно, машина - Mercedes-Benz G-Class, пусть и старенький, все же внушал некоторое уважение, тем более в провинции... С того дня прошло ровно двадцать лет. В нашей жизни с тех пор стало чуть меньше, как говорят юристы, "правового нигилизма" - мы научились уступать дорогу и "шашечками" встраиваться в бутылочное горлышко автомобильных пробок. Но автомобиль для нас по-прежнему не столько транспортное средство, сколько средство демонстрации статуса или - что чаще - претензий на него. Ну, и автомобильные паромы. У многих из нас была возможность убедиться, что они не просто часть дороги в том месте, где нет моста. Они - удовольствие. Подробнее об этом - в свежем "Автопилоте".
