Коротко

Новости

Подробно

Фото: Александр Петросян / Коммерсантъ   |  купить фото

Несчастье быть средним

Как себя чувствует средний класс в разных странах мира

Журнал "Огонёк" от , стр. 4

Развитые страны теряют средний класс, предупреждают эксперты. А кто-то уже пугает социальными последствиями: его потенциальная гибель отбросит общество на 200 лет назад! Как спасти «середнячков» в эпоху экономической турбулентности, выяснял «Огонек».


Кирилл Журенков


Доклад, выпущенный Организацией экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), наделал немало шума. СМИ не скупились на эпитеты: мы, мол, слышим «похоронный звон» по среднему классу, он «усыхает» и даже «вымирает». Причины для беспокойства? Согласно докладу, доля людей в домохозяйствах со средним доходом (специалисты определяют его в промежутке между 75 и 200 процентами медианного дохода по стране) в развитых странах упала с 64 процентов в середине 1980-х до 61 процента в середине 2010-х. На первый взгляд не так уж и много, но это ведь «средняя температура по больнице». В тех же США средний класс сейчас составляет чуть более 50 процентов — похвастаться нечем.



Любопытно, что на первый план вышел поколенческий фактор: если в свои 20 лет 70 процентов беби-бумеров уже пополнили ряды среднего класса, то среди миллениалов таких лишь 60. За них у экспертов особое беспокойство.

Растет и неравенство: в середине 1980-х совокупные доходы среднего класса в четыре раза превышали доходы богатых, а сейчас менее чем в три раза.

Но это в целом по миру. А как чувствует себя отечественный средний класс?

— В России ситуация, конечно же, отличается,— говорит директор Центра анализа доходов и уровня жизни НИУ ВШЭ Алина Пишняк.— Начиная с 1990-х, напомню, специалисты спорят о том, есть ли у нас средний класс вообще. Используя разные источники данных и концепции для идентификации этой группы, эксперты дают различные оценки его численности. Но почти все соглашаются: он начал оформляться в постреформенный период и резко просел в первый кризис 1998-го, а затем продолжил рост во время экономического подъема 2000-х. Но даже на пике роста его численность составляла примерно треть российского населения. Согласно альтернативным теориям — около половины. Однако я придерживаюсь первой точки зрения.

Как отмечает эксперт, экономическая турбулентность последних лет стала для нашего среднего класса серьезной проверкой на прочность. Хорошая новость в том, что драматичных изменений численности эксперты не зафиксировали: оснований утверждать, что средний класс исчез, нет. Однако есть и обратная сторона: средний класс в России не растет. При этом меняется его состав (наблюдается увеличение доли бюджетников, в том числе чиновников и представителей силовых структур).

Но вернемся к общемировым тенденциям. На что уходят деньги «середнячков»? Триада их расходов, в принципе, известна: хорошее здравоохранение, хорошее образование и хорошее жилье. Вопрос в другом: может ли средний класс их себе позволить?

Оказывается, с середины 1990-х стоимость образования, медицины и жилья в мире выросла больше, чем инфляция (а точнее, индекс розничных цен, который используется как один из ее индикаторов). Допустим, старение населения и новые медицинские технологии задрали цены в здравоохранении, а «гонка дипломов» заставляет родителей все больше и больше инвестировать в образование (при том что оно и так дорожает). Наконец, географическая поляризация рынка труда — одна из причин роста непомерно высоких цен на жилье в городах (там, где доступны наиболее выгодные рабочие места). Жилье вообще камень преткновения для среднего класса. На него у «середнячков» уходит больше всего трат — около трети так называемого располагаемого дохода (в 1990-х — четверть). Характерный пример: в 1985 году паре с двумя детьми, относящейся к среднему классу и с соответствующим медианным доходом (получаемым ежегодно), требовалось 6,8 года, чтобы купить квартиру, площадью 60 квадратных метров, в столице или крупном финансовом центре. В 2015-м этот показатель вырос уже до 10,2 года — в перспективе человеческой жизни разница, конечно, огромна. Впрочем, дьявол, как известно, в деталях.

— В целом про недвижимость и образование нужно понимать следующее: для российского среднего класса вызов не в том, чтобы купить жилье или заплатить за обучение детей,— говорит Алина Пишняк из НИУ ВШЭ.— Сформирован запрос на «более качественное», а качество, конечно, требует больших вложений. Следом возникает конфликт запросов и возможностей — получать стабильный доход, позволяющий поддерживать нужный уровень потребления, не всегда возможно.

Стоит признать: экономические последствия происходящего волнуют специалистов не в первую очередь, ведь на кону — самочувствие общества в целом. В ОЭСР предупреждают: схлопывание среднего класса может повлиять на рост националистических и антиглобалистских настроений. Там даже заговорили о потере доверия к социальным институтам, а заодно и к глобальной интеграции. А ведь доверие — основа общества.

Эксперты, опрошенные «Огоньком», с этим согласны: сводить проблемы, связанные со средним классом, только к экономике, недальновидно.

— Общество заинтересовано в среднем классе потому, что тот несет на себе большую общественную нагрузку, например он перетянул у элиты роль социального образца,— говорит руководитель центра социального анализа Института глобализации и социальных движений Анна Очкина. Она подчеркивает: схлопывание среднего класса идет на фоне кризиса социального государства — эти процессы неразрывно связаны.

— Налицо мировая тенденция,— развивает свою мысль эксперт.— Социальное государство — это доступность образования, здравоохранения, широкие социальные права и гарантии. У нас его часто связывают только с бедными, отказываясь признать, что это необходимое условие существования среднего класса. В целом современный средний класс, если понимать его как класс профессионалов, монетизирующих собственные усилия, с большим трудом может существовать без такого государства.

По словам Очкиной, сокращение социального государства идет одновременно с другой тенденцией: на место профессионала приходит бюрократ. С точки зрения маркетинговой и потребительской — замена более выгодная. С точки зрения общества — это все равно что заменить плодоносное растение сорняком.

— Происходит реструктуризация среднего класса в менее выгодном для общества направлении,— подчеркивает эксперт.— Вымываются люди, которые являются деятельной опорой общества. Все считают, лишь бы кушал хорошо. Нет, этого недостаточно!

Удержится ли средний класс в эпоху перемен? Вопрос открытый. Анна Очкина предупреждает: его исчезновение отбросит мир лет на 200 назад — перспектива, прямо скажем, пугающая. Чтобы помочь «больному», ОЭСР предлагает известные рецепты: снижение налоговой нагрузки, облегчение условий ипотечного кредитования, прогрессивная шкала налогообложения… Поможет ли это? Пока очевидно только одно: даже если принять эти меры немедленно, выздоровление рискует затянуться.

Экспертиза

Негативная стабилизация


Елена Авраамова, заведующая лабораторией исследований социального развития РАНХиГС

Елена Авраамова, заведующая лабораторией исследований социального развития РАНХиГС

Основная проблема отечественного среднего класса в том, что он не растет. Причем в течение последних 15–20 лет. Почему? Давайте разберемся, что мы называем средним классом в России и почему так происходит. Сегодня средним классом считаются не просто люди со средними доходами, но и те, кто ощущает себя определенным образом, а также кто занимает определенную профессиональную позицию. Так вот, по совокупности этих трех критериев в России средний класс — это около 20 процентов.

Парадокс: было время, когда у нас доходы людей росли, самоощущение улучшалось, а численность среднего класса все равно не росла. Как оказалось, все дело в структурных перекосах нашей экономики: те сферы, благодаря которым в мире обычно происходит расширение среднего класса, у нас неразвиты либо развиты недостаточно.

Еще один штрих: за последние 15 лет происходит замещение состава среднего класса.

Выпадают так называемые профессионалы (то есть люди со специальным профессиональным образованием — учителя, врачи), а также, к примеру, индивидуальные предприниматели. На их место приходят представители силовых структур и специалисты в области государственного и муниципального управления, проще говоря, чиновники. Это происходит постепенно, медленно, но неуклонно. В результате состав среднего класса в стране поменялся, а вместе с ним и его приоритеты.

Теперь вернемся к критериям. Этот набор позволяет говорить о выполнении средним классом различных функций в обществе. То есть его представители одновременно и налогоплательщики, и потребители, и «агенты модернизации», обеспечивающие социальную стабильность. Мы можем утверждать, что наш средний класс был (и пока остается) активным потребителем (хотя значительно менее активным, чем в годы потребительского бума), обеспечивал хорошие показатели занятости, но вот по другим функциям, что называется, просел. Например, у новых представителей среднего класса, заменивших старых, нет никаких резонов быть «агентами модернизации».

А вот насколько на среднем классе сказались экономические неурядицы последних лет, вопрос открытый. Есть известная шкала: на первом месте — уровень жизни (проще говоря, деньги), на втором — образ жизни (путешествия или развлечения), а на третьем — качество жизни (то есть, скажем, возможность выражать взгляды или ощущать себя уважаемым членом общества). Так вот наш средний класс сильно потерял в образе и качестве жизни, а с уровнем жизни все-таки удержался.

Несколько слов о его перспективах. Сегодня представители этого класса чувствуют угрозу, связанную с высокой ценой здравоохранения, в их представлении бюджетное здравоохранение умерло и любая болезнь требует огромных затрат. Недвижимость тоже проблемный момент, но скорее для молодежи, только входящей в средний класс. Из страхов наиболее распространен страх потери работы. Ну а в целом российский средний класс оценивает экономическую ситуацию как «негативную стабилизацию», то есть ситуация подморожена, но по нижней границе. Тут, понятное дело, не до расширения.

Комментарии
Профиль пользователя