Коротко

Новости

Подробно

3

Фото: Дмитрий Азаров / Коммерсантъ   |  купить фото

Владимир Путин обратился с посланием к Конгрессу

Как президент России сказал то, чего не говорил никогда

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 1

20 февраля президент России Владимир Путин выступил с посланием Федеральному собранию, в котором специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников сначала с облегчением услышал и увидел необыкновенное (по сравнению с прошлым посланием) миролюбие и системную заботу обо всех бедных и небедных нашей страны, а потом и — необыкновенный (даже по сравнению с прошлым посланием) милитаризм и угрозы в адрес Соединенных Штатов Америки, которых Владимир Путин себе до сих пор не позволял.


Послание Владимира Путина Федеральному собранию. Главное

Читать далее

В феврале 2019 года Владимир Путин читал послание в Гостином дворе, а не в Георгиевском зале Кремля, как обычно, и не в Манеже, как в прошлый раз. В Георгиевском зале нынче меняют паркет, а в прошлый раз этот зал не сгодился оттого, что там оказалось сложно разместить разнообразную бытовую электронику для показа наших будущих достижений всего, что, как мы считаем, нам угрожает на земле и в космосе (ведь было обещано достичь их обязательно), а также, и даже, может быть, прежде всего, под землей (и до этого докопались)… И вот вопрос: не слишком ли много претензий в последнее время к Георгиевскому залу нашей страны?

Свиньей (а как иначе? А, ну хорошо, журавлиным клином) эпично передвигался по залу Владимир Жириновский с коллегами из ЛДПР. Мог ли он предполагать, что осуществляет эти передвижения в самом тренде грядущего послания?..

Председатель комитета Госдумы по международным делам Леонид Слуцкий объяснял:

— Думаю, это послание будет как никогда конкретным!

На его месте не стоило, мне кажется, спешить с такими предположениями: значило ли это, что предыдущие послания были как всегда неконкретными?

Послание было адресовано Федеральному собранию, то есть депутатам Госдумы и членам Совета федерации, но занять места в зале готовились разные люди: и артисты, и спортсмены… Я спросил одного из них, Алексея Немова, какая судьба привела его сегодня в этот зал.

— Позвонили. Спросили: «Алексей, будете?» — рассказал великий спортсмен.— Я сказал: «Буду». И вот я здесь.

Великолепно опираясь на палочку (ой, то есть на трость), шел куда надо Никита Михалков. Так нести перед собой палочку, буквально делая ей одолжение, мог, давайте признаем это, только один человек в этом зале.

Интересно, что никто тут не обсуждал, о чем же станет говорить с ними Владимир Путин. Это, наверное, и в самом деле было бессмысленно: вот в прошлый раз было много утешительных прогнозов, а оказался в конце концов один милитаризм.

В этот раз, по некоторым данным, пришедшим из администрации президента в последний момент, послание должно было носить жизнеутверждающий и социальный характер, то есть целиком быть в пользу бедных, и им вроде бы мало не должно было показаться.

Но относиться к этой информации следовало осторожно: в прошлый раз тоже сюрпризом оказалась вся та мультинфографика, заставившая вздрогнуть мир.

Между тем у входа в зал скопилось огромное количество людей. Дело в том, что рассадку, за исключением нескольких первых рядов, объявили, как обычно, свободной, и опытные люди, а такими тут были почти все, понимали: можно было не то что не успеть, но опоздать уж точно, прежде всего туда, где тебя наверняка настигнут камеры прямой трансляции. И предстояло энергично бороться за место под камерой. И эта борьба шла уже сейчас, и участвовали в ней пока только локти и плечи (ноги-то пока не были задействованы в полную силу, так только, надавить случайно на пока еще блестящий ботинок соседа…). Но вот открыли дверь, и… Нет, не стоило это видеть… Все-таки взрослые ведь вроде люди… Так штурмуют двери магазинов в «черную пятницу»… Так… В общем, понятно, как.

При этом любопытно, что, несмотря на все это, некоторые гости, казалось, решили попытаться противостоять этому лихорадочному тренду. Так, я выходил из огромного холла за минуту до начала речи президента. И человек 15 так и остались сидеть в белых кожаных креслах, не собираясь по всем признакам заходить в зал (притом что трансляции в холле не было). Им было достаточно того, что они уже совершили. Их позиция, хоть и настолько демонстративно пассивная, производила все-таки сильное впечатление. На любом мероприятии, можно и так сказать, обязательно найдутся такие люди. Но я не думал, что на этом.

Владимир Путин вошел в зал с пятиминутным опозданием, которое могло что-то значить, но не значило ничего. Интересней было то, что впервые ему начали аплодировать еще до того, как он начал говорить.

Президент отметил, что времени на раскачку нет. Ему следовало добавить «по-прежнему», потому что эта фраза — одна из тех, что методично переходит из послания в послание уже много лет.

— Если же кто-то предпочитает работать по накатанной,— добавил Владимир Путин,— не напрягаясь, избегать инициативы и ответственности, то лучше сразу уйти. Я уже слышу, что «там нельзя», «здесь слишком сложно», «там слишком высокая планка», «не получится»… С такими настроениями лучше к снаряду не подходить.

В двадцатку лучших афоризмов Владимира Путина эта фраза не войдет, но на вторую сотню претендует.

Тут была произнесена еще одна фраза сразу изо всех посланий президента:

— Уже в ближайшее время, в этом году люди должны почувствовать реальные изменения к лучшему!
А я думал: вдруг все-таки обойдется.

Впрочем, следующие полчаса мы получали информацию о реальных изменениях, хотя и грядущих.

Но сначала Владимир Путин признал, что в стране — демографический провал:

— Мы смогли переломить негативные демографические тенденции в начале 2000-х годов, а тогда страна была в очень сложном положении, тогда казалось, что это вообще сделать невозможно. Но мы это сделали, и убежден, что вновь способны это сделать: на рубеже 2023–2024 годов добиться возобновления естественного прироста населения.

Тем более сначала — о детях.

— Вы знаете,— рассказал президент,— что у нас уже предусмотрены выплаты на первых и вторых детей в возрасте до полутора лет… Сумма выплаты зависит от прожиточного минимума ребенка в конкретном регионе федерации. Сейчас такие выплаты получают семьи, чьи доходы не превышают полутора прожиточных минимумов на человека. Пора сделать следующий шаг. Предлагаю с 1 января 2020 года поднять планку до двух прожиточных минимумов на члена семьи. Это позволит практически в полтора раза увеличить число семей, которые получают право на дополнительные выплаты. Помощью государства смогут воспользоваться порядка 70% семей, где рождаются первые и вторые дети.

Кроме того:

— Сегодня пособие по уходу за детьми с инвалидностью и за инвалидами с детства первой группы всего 5,5 тыс. руб. Предлагаю уже с 1 июля текущего года повысить его до 10 тыс. руб.

Не давая себе передохнуть, Владимир Путин продолжал, причем нарочито, по-моему, сверхэнергично:

— Должна быть снижена налоговая нагрузка на семью! Принцип должен быть очень простой: больше детей — меньше налог. Предлагаю увеличить федеральную льготу по налогу на недвижимое имущество для многодетных семей. Дополнительно освободить от налога: по пять квадратных метров в квартире и по семь квадратных метров в доме на каждого ребенка!

Льготы, если разобраться были небольшие, но их было много, и по всем признакам это было только начало.

Вообще перед Владимиром Путиным стояла задача, с которой вряд ли можно было справиться: заставить страну забыть о том, что она смирилась с повышением пенсионного возраста, и думать о том, что она снова за все благодарна своему президенту.

Но попытка, судя по всему, обещала быть неплохой.

— Что касается земельных участков,— продолжал президент,— принадлежащих многодетным семьям, то предлагаю освободить от налога полностью шесть соток и, таким образом, полностью вывести из-под налогообложения наиболее распространенные по площади участки… Правительству и Центральному банку нужно последовательно выдерживать линию на снижение ставок по ипотеке до 9% (пока что последовательно выдерживается линия на повышение ставок.— А. К.), а затем — до 8% и ниже, как это и установлено в майском указе.

Последовали предложения о льготах по ипотечному кредиту, с большим количеством цифр и размышлений над ними. Об ограничении до 10% роста налогового платежа для земельных участков… Об освобождении застройщиков от выплаты налога на прибыль и НДС, если они сдают государству или муниципалитетам социальные объекты (про это была оказана честь сказать главе «Группы ЛСР» Андрею Молчанову на недавней встрече президента с гражданскими активистами в Казани)…

И о пересчете доходов пенсионеров: «Уже с текущего года индексация пенсий и ежемесячных денежных выплат должна осуществляться в любом случае сверх уровня прожиточного минимума пенсионера, который устанавливается ежегодно. То есть государство сначала, сперва должно довести пенсию до прожиточного минимума, а уже после этого проводить индексацию самой пенсии и ежемесячных денежных выплат. Выплаты за первые месяцы текущего года нужно пересчитать и доплатить людям те деньги, которые они недополучили».

Владимир Путин как будто шел строго по рейтингу социальных проблем: многодетные семьи, молодые семьи, ипотека, бедность, медицина, мусор… Все было законно, и я подумал, что ведь правда — совершенно другое послание, чем год назад.

— Удивительно,— признавался президент,— но еще год назад мне лично приходилось вмешиваться в некоторые вопросы! Несколько раз приходилось говорить и Министерству внутренних дел, и прокуратуре!.. Но почти ничего не двигалось, пока просто в явочном порядке не дал команду выставить охрану там и никого не пускать (на мусорные полигоны! — А. К.). Только так работает, потому что вот эти мутные так называемые конторы на этом наживаются и, наживаясь на этом, неплохо обеспечивают свое благосостояние и свой так называемый бизнес прикрывают!

Выяснилось, что «в ближайшие два года должны быть закрыты и рекультивированы 30 крупных проблемных свалок в черте городов, а за шесть лет — и все остальные. При этом надо повысить долю обработки отходов с сегодняшних 8–9% до 60, чтобы не накапливать новые миллионы тонн мусора».

Этот тезис потом не занял место в топе главных новостей этого послания, а зря. Мы-то запомним: Владимир Путин пообещал, что за шесть лет будут рекультивированы все без исключения свалки. Или он имел в виду все-таки только проблемные, а это, строго говоря, ни к чему особенному не обязывает: любая из них может быть признана в конце концов не такой уж и проблемной.

В любом случае степень реализации этого обещания будут фиксировать уже без него: на ближайшие шесть лет в качестве главы государства Владимир Путин на себя по всем признакам не рассчитывает. Но есть шанс сделать с опережением, за пять.

Спикер Госдумы Вячеслав Володин и глава администрации президента Антон Вайно: перед посланием все равны, но некоторые равнее

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

Президент между тем сообщил, что впервые «наши резервы полностью покрывают внешний долг как государства, он у нас очень небольшой, так и коммерческого сектора», и призвал обратить на это внимание как на хорошую, приятную новость. Он, видимо, понимал, что уже случившихся, а не только обещанных хороших новостей, тем более макроновостей, в этом послании больше не будет.

Владимир Путин еще четверть часа говорил о проблемах экономики, но, возможно, этого не стоило делать: у экономики к государству, похоже, одна настоящая просьба: чтобы ее не трогали. А президент в основном говорил опять о перенастройке законодательства. И это каждый раз звучит как приговор.

— Парламентариев,— между тем настаивал президент,— прошу оперативно принять законы, приоритетные для создания правовой среды новой, цифровой экономики, которые позволят заключать гражданские сделки и привлекать финансирование с использованием цифровых технологий, развивать электронную торговлю и сервисы! Все наше законодательство нужно настроить на новую технологическую реальность!

Случились и неожиданные предложения:

— Наше естественное преимущество — это огромные природные возможности, их нужно использовать для наращивания производства именно экологически чистой продукции. Поручаю правительству создать защищенный бренд отечественной чистой, зеленой продукции, он должен подтверждать, что в ее производстве используются только безопасные для здоровья человека технологии, заслужить гарантии высокого качества и на внутреннем, и на внешнем рынке. На внешнем пойдет все влет,— оживился Владимир Путин,— уверяю вас, там ничего чистого вообще не осталось, за границей!

И даже в Канаде, что ли?

Хотя, возможно, он выражался фигурально.

Но вот дошло и до того, что действительно интересует российский микро- и макробизнес:

— Добросовестный бизнес не должен постоянно ходить под статьей, постоянно чувствовать риск уголовного или даже административного наказания!.. Согласен с тем, что нужно внимательно посмотреть на критерии, по которым все сотрудники той или иной компании только по факту совместной работы могут попасть под такой квалифицирующий признак, как группа лиц по предварительному сговору. Это вообще ерунда какая-то, но такое бывает, к сожалению!

Президент разобрал еще одну коллизию:

— Действительно, смотрите, человек сидит за решеткой, его ни разу в течение нескольких месяцев не вызывали на допрос. Прокурор спрашивает: «Почему на допрос не вызывали?» — «В отпуске был следователь»,— отвечают. Там загрузка огромная, конечно, у следственных работников, в МВД — особенно, просто вал, и с этим тоже нужно что-то делать, надо посмотреть на это повнимательнее.



А, то есть это пока был только один сигнал бизнесу: будет увеличено количество следователей.

— Я прошу,— констатировал Владимир Путин,— Верховный суд и Генеральную прокуратуру проанализировать еще раз эти проблемы и представить соответствующие предложения.

Ожидаемая новость была и в том, что «деловым объединениям и Агентству стратегических инициатив» предлагается до конца года «создать специальную цифровую платформу, с помощью которой предприниматели смогут не только сделать публичной информацию о давлении на бизнес, но, главное, добиться рассмотрения вопроса по существу».

Владимир Путин пытался сейчас примирить коня и трепетную лань, и конем был понятно кто:

— Вы знаете, здесь обращаюсь к руководителям правоохранительных органов: не нужно этого пугаться! Это подспорье как раз для руководства этих органов, с тем чтобы руководящий состав на самом верхнем уровне оперативно, по-современному, объективно получал всю необходимую информацию для принятия соответствующих решений на ведомственном хотя бы уровне для начала!

Прозвучало еще одно радикальное предложение:

— Давайте подведем черту и с 1 января 2021 года прекратим действие всех существующих в настоящее время нормативных актов в сфере контроля, надзора и ведомственные региональные приказы, письма и инструкции! За оставшиеся два года при участии делового сообщества нужно обновить нормативную базу, сохранить только те документы, которые отвечают современным требованиям, остальные — сдать в архив!

Предложение звучало как призыв к своего рода революции. Правда, опять следовало читать оговорки: документы, отвечающие современным требованиям, надо оставить. И тут во весь рост возникает фигура Сохраняющего Документы, отвечающие современным требованиям.

— Когда мы обсуждали эту тему,— добавил президент,— многие коллеги сказали, искренне сказали, реакция была такая: «Страшно!» Действительно, знаете, страшно! Это не так просто! Ведь там по некоторым направлениям, по некоторым ведомствам вот такие фолианты, вот такой толщины, они же десятилетиями накапливались, еще с советских времен многие работают, со времен «очаковских и покоренья Крыма». Но не 2014 год имею в виду, конечно! (Президент не удержался и пошутил с нескрываемым удовольствием. Первый раз в послании оказалась шутка на такую нешуточную тему. Кроме всего прочего, это было единственное упоминание об отношениях с Украиной (ну кроме того, что губернатор Тульской области Алексей Дюмин пришел на это послание со звездой Героя России на груди), и этим послание 2019 года тоже отличалось от предыдущих, и от послания 2014 года особенно.— А. К.) Еще со времен Александра Сергеевича Грибоедова и раньше… И конечно, там столько всего отрегламентировано, столько понаписано…

Тем не менее предложение по замыслу является, повторяю, революционным, хотя Владимир Путин употребил это слово по другому поводу:

— Для настоящей революции в области связи, навигации, создания систем дистанционного зондирования земли необходимо кратно увеличить возможности нашей спутниковой группировки. Россия обладает для этого уникальными технологиями, но такие задачи требуют и качественного обновления всей космической отрасли. В том числе поручаю «Роскосмосу» совместно с правительством Москвы — коллеги приходили ко мне, докладывали, хороший проект — сформировать Национальный космический центр. Он должен объединить основные профильные организации, конструкторские бюро и опытные производства, обеспечить проведение научных исследований и подготовку кадров.

Так внимательно, как слушал Владимира Путина в этот момент Дмитрий Рогозин, не слушал в этом зале в этот день никто и никого.

Между тем казалось, что Владимир Путин готовится к завершению послания, тем более что он говорил уже около часа, и что это в самом деле будет самое миролюбивое, социально ориентированное и экономически либеральное послание за все последние годы. А может, и за все годы вообще.

Но тут-то все и пошло вразнос.

Сначала президент посчитал своим долгом сравнить «создание, например, стратегического гиперзвукового планирующего крылатого блока» системы «Авангард» с запуском первого искусственного спутника Земли.

Потом добавил:

— Россия была и будет суверенным, независимым государством. Это просто аксиома. Она будет либо такой, либо вообще ее не будет. Для всех нас это должно быть понятно, мы должны это понимать и осознавать. Россия не может быть государством, если она не будет суверенной! Некоторые страны могут, Россия — нет!

Руководителям СМИ Владимир Путин читал послание дважды: он собрал их у себя еще и вечером. На снимке: руководители федеральных каналов и им, как правило, сочувствующие

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

Некоторыми странами для него как был, так остается весь Евросоюз (хотя Германия, будем справедливы, ведь строит же «Северный поток-2», хоть, наверное, тоже страшно), Япония, Канада… Все страны, которые не называются Соединенными Штатами Америки. А они, видимо, так или иначе и называются.

И Владимир Путин решил остановиться, конечно, на Договоре о ракетах средней и меньшей дальности. Вернее, на одностороннем выходе США из этого договора.

— Многие страны развивали и продолжают развивать данный вид вооружения,— сказал он,— а Россия и США — нет, мы сами себя добровольно в этом ограничиваем. Такое положение дел, конечно же, может вызывать вопросы, понятно. Так нужно было нашим американским партнерам так и сказать, сказать по-честному, а не использовать надуманные обвинения в адрес России для обоснования своего одностороннего выхода из договора!.. Сами все нарушают, а потом ищут оправдание и назначают виновных! Но еще и своих сателлитов мобилизуют: они так аккуратненько, но все-таки американцам подхрюкивают по этому вопросу!

Да нет, не случайным было это слово. Не зря Владимир Путин публично унижал страны НАТО. Не то что не смог остановиться. Так могло с ним быть в начале 2000-х, когда он предлагал французскому журналисту делать обрезание и не думать ни о чем постороннем — и сам тоже не думал и даже не притормаживал.

Нет, теперь он пытался, унижая этих людей, напротив, возбудить в них чувство собственного достоинства, и разве не понимал, что они ему и его стране этого еще больше не простят? Что сателлиты все равно не восстанут от этих слов против тех, в чьих кругах они вращаются? Понимал и говорил, потому что пришел, видимо, к выводу, что терять больше нечего и незачем, а окончательные слова-то по их поводу еще не все сказаны. И что слышат они его, если учитывать опыт предыдущего послания, только тогда, когда он говорит именно в таком тоне.

То есть, другими словами, они должны были, видимо, понимать, что это они сами из него такого Владимира Путина сделали.

И президент России теперь говорил, какими именно положениями договора США пренебрегли и как запустили «ракеты-мишени средней дальности» и «разместили в Румынии и Польше пусковые установки, пригодные для применения крылатых ракет Tomahawk»…

Но при этом нельзя было ожидать, что последует за этим повторением уже не один раз пройденного и сказанного в разных аудиториях.

— Скажу уже сегодня прямо и открыто,— заявил президент России,— чтобы никто нас потом ни в чем не упрекал, чтобы всем было заранее ясно, о чем здесь идет речь. Россия будет вынуждена создать и развернуть виды вооружений, которые могут быть использованы не только в отношении тех территорий, с которых для нас будет исходить соответствующая прямая угроза, но и в отношении тех территорий, где находятся центры принятия решений о применении угрожающих нам ракетных комплексов.

А вот теперь главным смыслом послания стало то, что он сказал только что. Все остальное, можно сказать, перестало существовать или, по крайней мере, могло перестать существовать хотя бы ввиду реализации как прямых, так и обратных угроз.

Да, то, что сейчас говорил российский президент, было именно угрозой. Никак по-другому это не называлось. Владимир Путин полагал, что другого разговора там, в центрах принятия решений (то есть, давайте говорить прямо, в городе Вашингтоне, по которому в любом случае будет нанесен удар, если что, и в некоторых других, более укромных на первый взгляд местах), не поймут и даже не услышат. И он говорил так, чтобы услышали.

Так коллегам не угрожал даже Никита Хрущев.

Но разве Владимир Путин закончил?

— Что в этой связи важно, и здесь много новизны,— продолжил президент России, не отказывая себе в особом иезуитстве этого словосочетания: «много новизны».— По своим тактико-техническим данным, в том числе по подлетному времени до указанных центров управления, эти вооружения будут вполне соответствовать тем угрозам, которые направлены против России.

Именно эти все слова, а не какие-то другие в последние годы (хоть, может, и похожие), являлись теперь закономерным развитием его Мюнхенской речи. Никогда еще Владимир Путин не заходил так далеко.

В какой-то момент он перешел и на личности. Если до сих пор он говорил прежде всего про Соединенные Штаты, то теперь обращался к одному человеку в них:

— Мы видим, что имеем дело с деятельными, очень талантливыми людьми, однако среди правящего класса много и таких, кто излишне увлечен идеей своей исключительности и своего превосходства над всем остальным миром. Разумеется, их право думать так, как они хотят. Но считать-то они умеют? Умеют наверняка. Пусть посчитают дальность и скорость наших перспективных систем оружия! Мы просим только об этом: пусть сначала посчитают…

«Авангард», «Пересвет», «Кинжал», «Буревестник», «Посейдон»… Владимир Путин добросовестно перечислил все и прибавил еще «Циркон»:

— Хочу сказать о гиперзвуковой ракете «Циркон» со скоростью полета около 9 Махов, дальностью более тысячи километров, способной поражать как морские, так и наземные цели. Ее применение предусмотрено с морских носителей, серийных надводных кораблей и подводных лодок, в том числе уже произведенных и строящихся под ракетные комплексы высокоточного оружия «Калибр». То есть все это будет для нас незатратно!

А вот это вряд ли.

Люди, выходящие из зала после гимна Российской Федерации, не казались ошарашенными. Да они и не были ими. Да, выдал Путин опять… «Подхрюкивают!..» А ничего словечко!.. И где только опять взял…

— Да, у нас есть чем ответить! — восклицала Валентина Матвиенко, воодушевленная, видимо, не только посланием президента России, но и часовой аудиенцией у султана Брунея.— Чтобы ни у кого не было охоты угрожать нам!

— Кто к нам с мечом придет, тот от меча и погибнет! — слышалось, по-моему, от Рамзана Кадырова.

— А я думаю, то, что в начале говорится, всегда самое важное…— спорил, по-моему, сам с собой главный раввин России Берл Лазар.— Про духовные и социальные ценности было.

— В том смысле главное, что и слово было в начале? — уточнял я.

Он безоговорочно соглашался.

— В начале — слова… А в конце-то, похоже, дела…— пробовал я переубедить его.

— Все новости были в начале…— качал он головой.

— То есть «Циркон» для вас — не новость? — холодел я от догадки.

Берл Лазар простодушно улыбался.

Нет, они все-таки недопонимали. Ведь так еще не было, думал я в какой-то даже оторопи. И главное, так, как было, уже не будет.

И вдруг в паре метров от себя я наконец услышал:

— Да, это вызов! И мы его принимаем! Да, тяжело! Но мы выстоим!

Я с облегчением обернулся. Тут все-таки был кто-то, кто меня понимал.

— Но вы должны понять,— продолжал врио губернатора Санкт-Петербурга Александр Беглов,— что такое количество снега за такой короткий период не убрать! Поэтому мы объявили субботник! И мы, я считаю, выстояли! И главное, обещаю: к следующей зиме подготовимся!

Какой бы ядерной она ни была.

Андрей Колесников


Комментарии
Профиль пользователя