фестиваль кино
Первый уик-энд на Каннском фестивале оказался, как всегда, звездным. Публика еще не успела остыть от общения с Киану Ривзом и Моникой Беллуччи — героями "Матрицы", как на Круазетт высадился целый десант новых знаменитостей. Из Канна — АНДРЕЙ Ъ-ПЛАХОВ.
Арнольд Шварценеггер приехал рекламировать "Терминатора-3". Он явился вместе с женой, которую репортеры позвали сфотографироваться, но представительница клана Кеннеди, которую считают во многом "виновной" в успехе главного киборга Америки, сказала, что очень застенчива, и спряталась за могучей спиной мужа. Француженка Эмманюэль Беар, прекрасно сыгравшая в фильме "Бездомные", сама увильнула от встречи с журналистами и укатила в Париж, опасаясь, что вместо разговоров об искусстве ее будут пытать о том, почему она согласилась позировать обнаженной для одного из светских журналов.
Зато набережную Круазетт заполнили остальные французские звезды. Одиноко бродит по отелю "Мартинес" Венсан Кассель (говорят, его все же бросила Моника Беллуччи); по каннской лестнице с трудом поднимается грузный Жерар Депардье; на уик-энд заглянула Катрин Денев (редкий год, когда в Канне обошлось без ее фильма), гостей Unifrance приветствует его новый вице-президент Изабель Юппер. А Изабель Аджани вручает награды фирмы Chopard молодым актерам — мексиканцу Гаэлю Гарсиа Берналю и немке Диане Крюгер. На каннских просмотрах и вечеринках можно встретить Элизабет Херли и Майкла Мэдсена, Джульетт Льюис и Джона Малковича. Да кого угодно, хоть самого Никиту Михалкова в белом костюме от Gucci.
Но кроме светской беготни в Канне иногда показывают фильмы — эдак по сотне в день. Только у одних французов в конкурсе чуть ли не десяток лент, если считать копродукции. "Бездомные" Андре Тешине — утонченная ретрокартинка из эпохи немецкой оккупации. Женщина с двумя детьми оказывается беженкой и спасается только благодаря странному юнцу, улизнувшему из психушки, который призван сыграть в ее судьбе роль не столько любовника, сколько ангела-хранителя. На психоаналитическом уровне этот фильм — аналог "Теоремы" Пазолини, ибо все члены семьи, включая семилетнюю девочку, влюблены в загадочного пришельца.
Подобный сюжет мог бы скорее заинтересовать Франсуа Озона, но он, как и в "8 женщинах", предпочел драматическим краскам комедийные и сделал остроумный псевдодетектив "Бассейн" с Шарлоттой Рэмплинг и Людивин Санье в главных ролях. Приехав поработать над очередным романом в провансальский дом своего издателя, писательница-англичанка видит юную дочку хозяина и воображает себе криминальную драму с сексопатологией, в которой ей самой доведется стать не последней участницей. В фильме есть великолепные сцены — например, когда героиня, стоя на балконе, обнажает грудь перед стариком садовником. Это прямая цитата из "Тристаны" Бунюэля: то, что Катрин Денев делала в свои 27 лет, Шарлотта Рэмплинг повторяет почти в 60 — и не выглядит жалкой, а если и смешной, то потому, что полна юмора сама конструкция картины-обманки Озона.
Первым американским фильмом в конкурсе стал "Слон" Гаса Ван Сента, но его скорее можно назвать антиамериканским. Режиссер целый час гоняет камеру по бездушным выхолощенным коридорам и спортивным площадкам провинциального колледжа, чтобы эта стерильная пустота выплеснулась взрывом насилия: двое парней выписывают по интернету оружие и, облачившись в камуфляж, расстреливают своих соучеников и учителей. Преступники наяривают на фортепьяно "Лунную сонату" Бетховена, смотрят нацистскую хронику и к тому же замечены в гомосексуализме — фильм явно бросает вызов политкорректности. Его сила не столько в актуальности проблемы, сколько в кинематографичности ее воплощения: Ван Сент пользуется своим излюбленным стилем гиперреализма, чтобы обнажить то, что на языке советской пропаганды называлось духовным кризисом общества потребления.
Самым ярким впечатлением фестиваля пока остается фильм "Пять часов пополудни" 23-летней иранки Самиры Махмалбаф. Это первая попытка отрефлексировать ситуацию послевоенного Афганистана, где голод, страдания и смерть стали повседневностью, но в то же время входит в жизнь новое поколение прежде всего женщин, живущих мечтами о другой стране с другим будущим. В фильме, в названии которого процитировано известное стихотворение Гарсиа Лорки, есть много размышлений о религии, феминизме, отношениях западной и восточной культур. Великолепен и полон юмора образ главной героини картины, мечтающей стать президентом Афганистана и получающей совет репетировать свои речи перед стадом баранов.
Амбициозная Самира, дочь знаменитого режиссера Мохсена Махмалбафа, сняла уже свой третий фильм в возрасте, когда ее отец был почти неграмотным религиозным фанатиком и сидел в шахской тюрьме. Фильм Самиры Махмалбаф полемизирует с образом Рэмбо (теперь его может заменить более современный герой "Матрицы"), несущего западные ценности в восточную страну. Этот фильм направлен против талибов, но талибы, по мнению режиссера, не только те, кто правил Афганистаном, но и те, кто правит Америкой ("окружение фашиста Буша") и современным миром вообще. Это то темное, связанное с табу и предрассудками, что есть в каждом и во всех. И потому умная девушка Самира предлагает всем просклонять предложение: "Я талиб — ты талиб — он талиб — мы талибан — вы талибан — они талибан". Такая вот сплошная и всеохватная матрица.