"Референдум превращается в юридическую фикцию"

Конституционный суд начал проверку законности моратория на проведение референд

       Конституционный суд начал проверку законности моратория на проведение референдумов

процесс


Вчера Конституционный суд приступил к разрешению одного из самых громких политических скандалов, происшедших в президентство Владимира Путина. Осенью прошлого года Федеральное собрание при поддержке Кремля запретило проведение референдумов в последний год полномочий президента и Госдумы. Тем самым были блокированы планы коммунистов провести летом 2003 года референдум, что фактически означало срыв их основной предвыборной акции. Группа депутатов от фракции КПРФ оспорила в КС конституционность этого решения. Особый подтекст этому делу придало избрание в начале года председателем КС Валерия Зорькина, который в начале 90-х годов на этом посту прославился как стойкий борец с президентом Борисом Ельциным.
       Летом 2002 года КПРФ выступила с инициативой проведения референдума. Коммунисты планировали задать гражданам России четыре вопроса: согласны ли вы с тем, чтобы в РФ была запрещена купля-продажа земли, за исключением земель личных подсобных хозяйств, приусадебных садово-огородных, дачных и гаражных участков? Согласны ли вы с тем, что недра, леса, водоемы и другие природные ресурсы, а также железные дороги, предприятия топливно-энергетического комплекса, оборонной промышленности, черной и цветной металлургии, обеспечивающие национальную безопасность России, должны находиться только в государственной собственности? Согласны ли вы с тем, что зарплаты и пенсии не могут быть ниже установленного особым законом прожиточного минимума? Согласны ли вы с тем, что оплата жилья, электроэнергии и иных коммунальных услуг в сумме не должна превышать 10% от совокупного дохода семьи?
       Кремль по достоинству оценил политическую опасность, которую таил в себе референдум: в случае его проведения коммунисты получили бы мощнейший пропагандистский ресурс всего за несколько месяцев до парламентских выборов. Поэтому в начале сентября, сразу после начала осенней сессии Госдумы, пропрезидентские думские объединения вместе с правыми и "яблочниками" внесли на рассмотрение нижней палаты поправку к закону "О референдуме", которая запрещала проведение референдумов в последний год полномочий Госдумы и президента. Она была принята Госдумой в рекордные сроки: 18 сентября — в первом чтении, 20 сентября — во втором и третьем. Правда, обеспечить 300 голосов, необходимых для принятия поправок к конституционному закону, было крайне трудно. Для контроля за ходом голосования в Госдуму прибыл замглавы администрации президента Владислав Сурков (что случается крайне редко), но и в этих условиях необходимого числа голосов никак не набиралось — поправки пришлось переголосовывать несколько раз, при этом господин Сурков и лидеры прокремлевских фракций лично уговаривали депутатов-одномандатников проголосовать за поправки. После одобрения поправок Советом федерации их подписал президент, 28 сентября они были опубликованы и вступили в силу. Коммунисты в ответ оспорили конституционность этого решения в КС.
       В начале вчерашнего заседания стороны пытались перещеголять друг друга в том, кому удастся приобщить к делу больше документов. Заявители попросили приобщить стенограммы и видеозапись заседаний 18 и 20 сентября, таблицы результатов голосований и даже обращение группы ученых-юристов к генсеку ООН и в Европейский суд по правам человека. В свою очередь, представитель президента в КС Михаил Митюков попросил приобщить несколько заключений юристов, письмо зампреда Центризбиркома о том, что проведение референдума — это дополнительные расходы в размере 4 млрд рублей, а также газетные публикации и программные документы компартии, которые должны были доказать, что задуманный коммунистами референдум носил явно политический характер. Завершался список "вещдоков" представителя президента книгой лидера КПРФ Геннадия Зюганова "Трудный марафон". После долгих размышлений суд приобщил стенограммы и заключения юристов, обещав подумать над остальными документами в ходе заседания.
       После этого перешли к заслушиванию мнений сторон. Представитель заявителей, депутат Госдумы Анатолий Лукьянов, сразу объяснил, что Конституция не предусматривает ограничений на выражение воли граждан. Он предположил, что если развести во времени выборы президента и Госдумы, то на проведение референдумов времени совсем не останется и "придется ловить узкое окошко между выборами". Поэтому, по мнению товарища Лукьянова, "речь идет о фактической ликвидации института референдума и превращении его в юридическую фикцию".
       Впрочем, основные претензии к оспариваемому положению у коммунистов были не из-за его неконституционности. Их больше возмущали многочисленные нарушения процедуры принятия поправки. Депутат Виктор Илюхин в своем выступлении подробно описал ход заседания 18 сентября, когда поправку четыре раза переголосовывали, чтобы набрать необходимые 300 голосов.
       — Результаты голосования по регламенту могут быть пересмотрены только в случае их неправильного технического фиксирования электронной системой,— заявил депутат.
       После этого он сообщил, что в зале в момент голосования находилось не больше 180 депутатов, и рассказал о нарушениях при передаче карточек отсутствующих депутатов по доверенностям:
       — Четыре человека имели 120 доверенностей! Как один человек может проголосовать за 30 человек? Как может сидящая на первом ряду Фарида Гайнуллина проголосовать за 30 человек, бегая по десяти рядам? А депутат Пехтин передал свою карточку депутату Резнику, которого в зале не было, и его карточкой тоже голосовали по доверенности!
       Но особое возмущение Виктора Илюхина вызвало то, что второй пункт постановления о принятии законопроекта в первом чтении устанавливал месячный срок для подготовки к нему поправок. Но уже через день документ был принят во втором и третьем чтениях.
       Оправдываться пришлось представителю Госдумы, главе комитета по законодательству Валерию Гребенникову.
       — До 2002 года уже существовал закон, устанавливающий ограничения на сроки проведения референдума,— заявил депутат, имея в виду сам закон "О референдуме".— Но это никто не оспаривал.
       Затем он перешел к процедурным нарушениям:
       — Если сегодня подвергнуть сомнениям все доверенности, которые есть, мы подвергнем сомнению многие законы. Это сложившаяся в течение многих лет практика. Она принята в Госдуме, Совете федерации. Ломая ее, мы должны отдавать себе отчет, что другого ничего нет.
       После этого он заступился за коллегу по фракции ОВР госпожу Гайнуллину:
       — Может один депутат нажать на 25-30 кнопок! Это действительно бывает. Это не сказки. Но в тот день она была не одна. Половина депутатов ОВР были на месте.
       Выступивший следом представитель СФ в Конституционном суде Юрий Шарандин, как оказалось, обиделся за свою палату и зачем-то начал объяснять суду, что в Совете федерации нет практики использовать доверенности и нажимать кнопки за других у них не принято. Тем не менее член СФ решительно заступился за принятые поправки, заявив, что не видит оснований для признания их неконституционными:
       — Политическое использование результатов референдума недопустимо, и от этого надо защищаться законом.
       На этом рассмотрение дела было отложено: отведенное для заседания время истекло. Вчера стороны воздержались от прогнозов относительно возможного исхода дела. Молчали и судьи, председательствовавший Валерий Зорькин лишь изредка делал технические замечания.
       Сегодня КС заслушает представителя президента, судьи зададут вопросы представителям сторон, после чего стороны выступят с заключительными словами. Ъ будет следить за развитием событий.
ЮРИЙ Ъ-ЧЕРНЕГА
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...