Московская программа "Золотой маски" в разделе "Современный танец" открылась на сцене Центра имени Мейерхольда, чрезвычайно комфортной как раз для спектаклей contemporary dance. Но никакого комфорта ТАТЬЯНА Ъ-КУЗНЕЦОВА не испытала.
Конкурс в рубрике "Современный танец" в этом году откровенно слаб: отобрано всего четыре спектакля. Кто видел, говорит, что среди них нет ни одного способного сравниться с лауреатами прошлых лет. Что ж, танец — дело творческое, не серийное, год на год не приходится. Претендентов разбили на пары, обеспечив в петербургской и московской программах "Маски" два вечера современной хореографии.
Первыми в соревнование вступили дебютанты "Маски" — московские "По.В.С.Танцы" со спектаклем "Листья тел" (о нем Ъ писал 21 января этого года) и завсегдатаи конкурса — екатеринбургские "Киплинги" с работой "Ночной прыжок с парашютом". Эту группу в Москве давно знают и любят, хотя ее танцовщики уступают многим коллегам как по технике танца, так и по телесным возможностям. Зато именно "Киплинги" придумали и разработали чрезвычайно занимательный жанр — танцевальный соц-арт. В их почти капустнических спектаклях препотешно обыгрывался густой советский быт. При этом, скажем, за комической сагой о всеобщей садово-огородной страде (спектакль "Высокорослые томаты, или Правда о грушах") вырисовывалась тема борьбы советских граждан как за частную жизнь, так и вообще за выживание, на самом деле не такая уж и смешная.
Для своего "Ночного прыжка с парашютом" "Киплинги" пригласили иностранного хореографа (немку Катю Вахтер) и с ее помощью провели совершенно серьезное исследование на тему "Человек и власть". Пятеро танцовщиков одеты в полувоенную униформу: нашитые ленты намекают на лампасы, погоны, орденские планки, а бриджи и шорты вместо положенных брюк — на то, что милитаризация общества еще не вполне закончена. На современной сцене я еще ни разу не встречала столь дословного воспроизведения текста программки. Сказано: про формирование лидера и установление диктатуры — так и сделано. Сначала индивидуумы не знают, как им жить и что им делать. То есть буквально: одна рука у человека сама собой тянется, скажем, вперед, а другой он прижимает ее к телу и падает на пол — и ежику понятно, в чем тут дело. Когда же является тот, у кого руки с ногами в ладу, остальные его охотно слушаются: ткнет рукой вниз — ложатся на пол, дернет вверх — поднимаются. Затем показано, как при равных стартовых условиях одни делают карьеру, а другие оказываются аутсайдерами: идет шеренга, и тут кто-нибудь ласковым таким движением ка-ак обнимет кого-нибудь за талию да ка-ак швырнет через бедро! Вот и вырывается вперед. Немаловажный этап — борьба за лидерство. Женщина (впрочем, лишенная явных признаков пола) вдруг перестает выполнять приказы. Возникает что-то вроде дуэта: лидер тянет ее в одну сторону, она — в противоположную. Тема развивается: в бой вступают уже команды. Двое побеждают троих и попирают их ногами. Под маршеобразные немецкие песни в сценическом действии все более угрожающе проявляется принципиальная гражданственная позиция.
Нынешние "Киплинги" не похожи на "Киплингов" двухлетней давности. Поменялся не только состав группы, но и ее художественные принципы. Возможно, ребятам надоело, что серьезные люди держат их за клоунов, но, по совести говоря, держать их больше не за что. Клоунов у нас мало, а граждан много, и все они стоят в позиции.