Коротко

Новости

Подробно

Тимур Киров: «Мусорную проблему надо решать чисто и честно…»

Уже в этом году, по прогнозам экспертов, нас ждет «мусорная революция».


Всему виной изменения законодательства, согласно которым в каждом регионе должны появиться естественные монополисты по обращению с ТБО, а также должны быть утверждены новые тарифы для населения. К концу лета процесс перехода игроков мусорного рынка в статус региональных операторов затянулся, а грядущее изменение тарифов грозит населению резким повышением.


Насколько серьезна данная проблема и какие существуют варианты ее решения, рассказал глава одного из крупнейших в России коммунальных холдингов ГК «Капитал Инвест» Тимур Киров.


— Тимур Миронович, расскажите, пожалуйста, что происходит сейчас в сфере обращения ТБО столичного региона?

— Сейчас происходит коллапс. Дело в том, что вывоз и утилизация ТБО пока что входят в ставку технического обслуживания многоквартирных домов, и независимо от того, каков объем этого самого мусора, население платит по нормативу 2,25 руб. с каждого квадратного метра собственной жилой площади. Но этой весной, после массового закрытия полигонов, себестоимость утилизации мусора выросла в разы и его стало фактически некуда вывозить, что привело к увеличению расходов на транспортировку. Соответственно, компании, которые этим занимаются, стали поднимать тарифы, где-то на треть, а кое-где и вдвое. На сегодняшний день это 5–6 руб. за квадратный метр. То есть мы уже видим разницу: 2,25 руб. мы получаем от населения и 5–6 руб. должны заплатить за утилизацию. В связи с этим многие УК (управляющие компании) вынуждены урезать расходы на эксплуатацию домов в пользу вывоза мусора, а это наши с вами подъезды, внутренние сети, подготовка к зиме и качественная работа лифтов. И что самое печальное — это не предел мусорного тарифа. По нашим прогнозам, он может достигнуть 10–15 руб. на квадратный метр в течение двух лет.

— Что же делают управляющие компании в этой ситуации?

— На сегодняшний день все УК перешли в режим жесткой экономии, мы же пытаемся производить сортировку мусора на месте — трамбуем его и очень жестким образом контролируем объемы. Но резервы небезграничны, рано или поздно, при стремительном росте тарифов, как это происходит в последнее время, все равно начнем уходить в минус. Пока УК еще держатся, но это ненадолго, запас прочности всего на два-три месяца. Данная проблема касается всех без исключения, пострадавшими здесь будут даже не УК, а в первую очередь жители, для которых неизбежно вырастут коммунальные платежи. Допустим, если сейчас они платят за утилизацию ТБО, предположим, 150–200 руб. с двухкомнатной квартиры, то в будущем эта сумма может увеличиться до 1–1,5 тыс. руб.

— Существуют ли варианты решения проблемы?

— Безусловно, они есть. Первый — ускорение реформирования системы утилизации ТБО, строительство новых полигонов, мусороперерабатывающих предприятий и необходимой инфраструктуры. Второй — ускорение вывода тарифа за утилизацию ТБО из ставки технического обслуживания многоквартирных домов в отдельное начисление и перевод населения на самостоятельные взаиморасчеты с мусорными компаниями. Третий — субсидии для операторов ТБО со стороны муниципалитетов, которые будут компенсировать разницу между платой, полученной от населения, и фактически понесенными расходами.

— Практикует ли ваша компания сейчас раздельный сбор мусора?

— Да. По идее, этим должны заниматься сами жители, но такой культуры у населения нашей страны пока нет. Фактически мы сами собираем мусор, сортируем его — на картон, стекло, пластик, железо и т. д., когда он находится уже в контейнерах.

— Правильно ли я понимаю, что если это явление станет массовым, то поможет решить проблему утилизации ТБО?

— Отчасти да. Но существует еще одна проблема, которая не касается жителей напрямую, но влияет на стоимость утилизации,— коррупция внутри мусорных компаний. У нас очень распространена ситуация, когда они занимаются приписками объемов. Со своей стороны, мы с этим боремся, меняя контрагентов или сотрудников. Пока есть конкуренция, такие меры дают результаты, но если на рынке появится мусорный монополист, то ситуация выйдет из-под контроля. Вообще любая монополия неизменно ведет к повышению цен и падению качества.

— Давайте вернемся немного назад, вы говорили про то, что нужно создавать новые мусороперерабатывающие предприятия и инфраструктуру,— у нас в стране сейчас есть предпосылки для этого?

— Да. Например, я знаю, что администрации Московской области и города Москвы уже ведут такую работу. Я думаю, что в ближайшие два-три года мы увидим результаты. В принципе это не так сложно, нужно просто вложить деньги. Действующим примером в столице является предприятие ГУП «Экотехпром», которое занимается термическим обезвреживанием ТБО с получением тепловой и электрической энергии, их завод способен перерабатывать до 250 тыс. тонн мусора в год. Всего же необходимо от 8 до 12 крупных предприятий по разным направлениям, которые будут перерабатывать мусор с полигонов.

— А расскажите, пожалуйста, куда сейчас отвозят мусор, если большинство полигонов в Подмосковье закрылись, а мусороперерабатывающих заводов не хватает?

— Во-первых, не большинство, а часть, во-вторых, то, что не идет на свалки Подмосковья, отвозят в другие регионы, поэтому и цена так высока, туда закладываются еще и транспортные расходы. Фактически стоимость утилизации ТБО растет каждый месяц без остановки. При этом антимонопольная служба на это никак не реагирует.

— Что будет с отраслью, если ничего не предпринимать и оставить ситуацию такой, какая она есть сейчас?

— Это приведет к тому, что управляющие компании, прежде всего коммерческие, начнут банкротиться одна за другой, по принципу падающего домино. Чем это плохо, не для отдельно взятой коммерческой компании, а для всей отрасли в целом? Ответ очевиден — произойдет снижение конкуренции, которое приведет к ощутимому падению качества предоставляемых услуг. Если сейчас у населения уже есть повод для недовольства, то, когда оно усилится, можно только представить, чем это чревато. К тому же начнется значительный рост тарифов ЖКХ — не на 4–6%, как мы привыкли, а на 20–30%. Управляющие компании будут стремиться переводить жителей на прямые договоры с ресурсоснабжающими организациями (РСО), включая мусорные компании.

— А что произойдет в этом случае?

— Не буду утверждать в глобальной перспективе, но первый же случай в Московской области перехода РСО на прямые расчеты с жителями привел к ее банкротству, потому что собирать деньги с населения за коммунальные услуги — очень тяжелая и неблагодарная работа, гораздо проще требовать их с УК. Есть такое понятие «кассовый разрыв» — это разница между суммой, которую управляющая компания должна перечислить поставщику коммунальных услуг, и деньгами, полученными за их потребление от населения. Очень часто он достигает 40%. Неплательщиков среди собственников жилья более чем достаточно. Средняя собираемость по дому редко превышает 70%.

Безусловно, у нас есть удачные примеры взаиморасчетов населения с РСО — это электричество. Знаете, почему они не банкротятся? Потому что в любой момент могут прийти и отключить должнику свет. Теперь представим себе картину: может ли ресурсник сегодня прийти и отключить должника? Нет. Имеет ли мусорная компания право, если не будут ей платить, не вывозить мусор? Не имеет.

— Какие санкции предусмотрены в такой ситуации?

— Административно-техническая инспекция будет такую компанию штрафовать. Сегодня ситуация такова, что жители хотят — платят, хотят — не платят. Адекватных рычагов влияния на них по факту нет. Поэтому те РСО, которые пошли на прямые договоры, редко собирают более 50% оплаты. УК выступает в данном случае посредником, который аккумулирует средства, сводит к минимуму кассовый разрыв и покрывает его. Это выгодно всем: и РСО, и гражданам, и государству. Простой пример, существует закон о прямых расчетах населения с ресурсоснабжающими организациями, согласно которому собственники жилья могут платить им, минуя управляющую компанию, если такое решение принято на общем собрании. Сейчас, уже после того, как многие собственники попробовали прямые расчеты, их энтузиазм поутих. Наоборот, они пишут нам письма с просьбой о помощи, потому что новые счета оказались значительно выше старых. Но что мы можем сделать в данной ситуации? К сожалению, немногие понимают, что, голосуя за прямые расчеты, они лишаются своего представителя в доме в лице УК, который юридически грамотен в вопросах взаимодействия с РСО и знает, где они начисляют не по нормам, где ошибаются, а где намеренно завышают показатели.

— Многие ставят нам в пример западные страны — как подобные вопросы решаются там?

— Начнем с того, что на Западе другой менталитет и совершенно другая ситуация. Собственников жилья там не больше 20–25%, что значительно упрощает процесс во всех отношениях. Они не стремятся приобрести в собственность жилье, потому что это большие вложения, большая ответственность и налоговая нагрузка. В Америке, Англии, Франции, Германии, Швеции и т. д. очень хорошо развит рынок коммерческого найма. Люди всю жизнь живут на съемных квартирах, выбирая свободу передвижения по стране и миру. Исключение — частные дома, которых там тоже немало, но там совершенно другое законодательство и есть специальные люди, которые занимаются решением всех вопросов, связанных с коммунальным хозяйством,— RPF-менеджеры, которые имеют адвокатские полномочия и отчитываются перед государством за законность своих действий. Я могу сказать, что вывоз мусора в западных странах в пять раз дороже, чем в России, но он субсидируется государством. Мне нравится опыт Китая, где весь комплекс ЖКУ предоставляется по предоплате: сколько оплатил — столько и будет в доме вода/тепло/свет, а уборка заложена в комплексный тариф.

В общем, нельзя сказать, что наш рынок хуже или лучше западного, там есть свои нюансы и свои проблемы, но, похоже, там лучше налажен диалог между властью и обществом, поэтому они решаются быстрее. Может быть, и мы к этому придем в обозримом будущем.

Комментарии

Рекомендуем

наглядно

обсуждение

Профиль пользователя