Коротко


Подробно

Тысяча и один клон

В Большом театре прошли гастроли бакинского балета

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 21

гастроли балет



Однодневные гастроли Азербайджанский театр оперы и балета приурочил к 80-летию своего классика — композитора Фикрета Амирова. Его балет "Тысяча и одна ночь", четверть века назад поставленный Наилей Назировой, считается национальным азербайджанским достоянием. Однако ЕЛЕНА Ъ-ГУБАЙДУЛЛИНА не смогла отличить национальное от эсэсэсэрного.
       Двухчастное хореополотно составили завуалированные и явные цитаты из спектаклей Юрия Григоровича. Это закономерно. Ведь пресловутая формула советского искусства в балете решалась однозначно: за "национальное" отвечали ориентальные руки танцовщиков, за "социалистическое" — то сочетание классики и акробатизма, которое узаконил главный балетмейстер Советского Союза Юрий Григорович. Но хореограф Назирова пошла дальше: клонировала не только движения, но и целые сцены из опусов Григоровича.
       Героические вариации гневного Шахрияра (Ислам Исламов) — вылитый Спартак. Мелкие прыжки-вращения Шехеразады (Римма Искендерова) с витиеватой игрой рук — натуральная Ширин из "Легенды о любви". Неверная Шахриярова жена Нурида (Елена Скоморошенко) устраивает оргию, взяв за образец разложение древнеримской распутницы Эгины. А скорбное шествие обреченных на смерть женщин повторяет путь плакальщиц из той же "Легенды".
       Существенное отличие в том, что азербайджанский хореограф с большей лихостью внедряет в акробатическую классику национальный элемент: каждая вторая сцена балета представляет собой соревнования по исполнению танца живота. На этой стезе особенно преуспела Алсу Гимадиева, станцевавшая подругу Али-бабы Марджану. А вот с акробатикой дело не сложилось: в любовных адажио, сделанных будто под копирку, кавалеры чуть не падали, перебрасывая с плеча на плечо своих дам. Одинаково трудно пришлось Аладдину с Будур и Синдбаду с Девушкой, а Шахрияру — тяжелее вдвое: ему пришлось таскать и распутную Нуриду, и сочинительницу Шехеразаду.
       Впрочем, с остальным текстом национального достояния, удостоенного некогда Госпремии СССР, артисты справились легко. Самым живым моментом стала детская выходка атамана разбойников (Юрий Лобачев). Усатый негодяй кровожадно наклонился над оркестровой ямой в поисках очередной жертвы. Искал он не там: как раз оркестр Большого театра под управлением азербайджанского дирижера Джаваншира Джафарова вполне пристойно обошелся с азербайджанской партитурой. Особенно отличились ударные.

Комментарии
Профиль пользователя