'/%3e%3cpath%20fill-rule='evenodd'%20clip-rule='evenodd'%20d='M14.3017%2018.2207H15.3723L14.8352%2016.9716L14.3017%2018.2207ZM14.0381%2018.8502L13.7205%2019.5769H12.9973L14.5351%2016.0881H15.1601L16.6917%2019.5769H15.9493L15.6357%2018.8502H14.0381ZM25.6746%2019.5744H26.3736V16.0879H25.6746V19.5744ZM22.8929%2018.0766H24.1812V17.4409H22.8929V16.7264H24.7631V16.0905H22.1942V19.5767H24.8304V18.9408H22.8929V18.0766ZM20.1158%2018.4886L19.3234%2016.0879H18.7452L17.9528%2018.4886L17.1817%2016.0898H16.4277L17.6446%2019.5789H18.2308L19.0245%2017.2871L19.8181%2019.5789H20.4094L21.6232%2016.0898H20.8887L20.1158%2018.4886ZM11.9304%2018.0863C11.9304%2018.6538%2011.6486%2018.9571%2011.1368%2018.9571C10.6222%2018.9571%2010.3388%2018.645%2010.3388%2018.0621V16.0902H9.63046V18.0863C9.63046%2019.0681%2010.1761%2019.6312%2011.1271%2019.6312C12.0875%2019.6312%2012.6381%2019.0574%2012.6381%2018.0571V16.0881H11.9304V18.0863ZM7.94048%2016.0881H8.64841V19.5791H7.94048V18.1613H6.34117V19.5791H5.63281V16.0881H6.34117V17.4962H7.94048V16.0881Z'%20fill='white'/%3e%3cpath%20fill-rule='evenodd'%20clip-rule='evenodd'%20d='M16.0069%2011.6456C13.556%2011.6456%2011.5625%209.65187%2011.5625%207.20117H12.1903C12.1903%209.30551%2013.9026%2011.0176%2016.0069%2011.0176C18.1113%2011.0176%2019.8236%209.30551%2019.8236%207.20117H20.4514C20.4514%209.65187%2018.4576%2011.6456%2016.0069%2011.6456Z'%20fill='white'/%3e%3cdefs%3e%3clinearGradient%20id='paint0_linear_17199_5762'%20x1='1336'%20y1='2.75586'%20x2='1336'%20y2='2669.42'%20gradientUnits='userSpaceOnUse'%3e%3cstop%20stop-color='%23FB6361'/%3e%3cstop%20offset='1'%20stop-color='%23ED3E45'/%3e%3c/linearGradient%3e%3c/defs%3e%3c/svg%3e)
"Я лично ничего никому не передавал"
Это заявил в интервью корреспонденту Ъ ЮРИЮ Ъ-СЕНАТОРОВУ профессор БАБКИН пере
Это заявил в интервью корреспонденту Ъ ЮРИЮ Ъ-СЕНАТОРОВУ профессор БАБКИН перед заседанием Мосгорсуда.
— Почему в результате соглашения с американцами о научном обмене возникла тема торпеды "Шквал"?
— Ни в ходе заключения соглашения, ни в ходе обмена научными разработками изделие "Шквал" не обсуждалось и в отчетах не рассматривалось. Предметом рассмотрения было теоретическое исследование генераторов, использующих воду в качестве окислителя.
— Что конкретно интересовало Эдмонда Поупа в программе "Шквал"?
— Мы с ним не обсуждали вопросы "Шквала".
— Вы не подозревали, что господин Поуп — кадровый разведчик?
— Кадровый — это тот, который в кадрах? Нет, не подозревал. Я не вел с ним личных разговоров, так как не знаю английского языка. Он неоднократно прилетал в Россию и получал пропуска в различные государственные органы, а пропуска выписывались службами безопасности.
— Почему комиссия МГТУ по безопасности, через которую проходили переданные американцу отчеты по двигателям, использующимся в том числе и в "Шквале", поставила добро только на одном из пяти докладов?
— На каких отчетах комиссия МГТУ ставила подписи, я не знаю, поскольку в состав комиссии не входил и на заседаниях не присутствовал. Рукописи четырех отчетов, написанных сотрудником ГНПП "Регион" и мною, как научным руководителем, просматривались на предмет научной достоверности и передавались в управление по международным связям МГТУ для дальнейшего оформления. Больше я этих отчетов не касался.
— Когда передавались научные отчеты американской стороне, у вас не было желания подстраховаться или заручиться поддержкой со стороны ФСБ?
— Служба безопасности МГТУ и куратор от ФСБ знали о выполняемой по соглашению работе, американцы посещали МГТУ с их разрешения. Кроме того, в 1998 году ко мне на кафедру приходили два сотрудника ФСБ. Им я подробно рассказал о работе. На мой вопрос "Прекратить работу?" мне ответили: "Продолжайте". Об этом разговоре я поставил в известность службу безопасности МГТУ.
— Какие с точки зрения следствия секреты вы передали Соединенным Штатам?
— Точку зрения надо спрашивать у следствия. Я лично ничего никому не передавал.
— Каким, вы думаете, будет решение суда?
— Суд самостоятельно определит свое решение. В моих деяниях нет состава преступления, и по материалам судебного разбирательства приговор суда, на мой взгляд, должен быть оправдательным.
— Как давно вы знаете Эдмонда Поупа?
— С лета 1996 года, когда руководство ГНПП "Регион" пригласило руководство МГТУ имени Баумана и МАИ на встречу с представителями Пенсильванского университета. От МГТУ на встрече присутствовал проректор по международным связям, который пригласил и меня на эту встречу. От "Региона" — практически все его руководство. Пенсильванский университет представляли его замдиректора (фамилию уже не помню), начальник лаборатории прикладных исследований Кайли, начальник международного отдела Поуп, переводчик и еще кто-то. Естественно, наша встреча проходила в присутствии представителя службы безопасности ГНПП "Регион".— Почему в результате соглашения с американцами о научном обмене возникла тема торпеды "Шквал"?
— Ни в ходе заключения соглашения, ни в ходе обмена научными разработками изделие "Шквал" не обсуждалось и в отчетах не рассматривалось. Предметом рассмотрения было теоретическое исследование генераторов, использующих воду в качестве окислителя.
— Что конкретно интересовало Эдмонда Поупа в программе "Шквал"?
— Мы с ним не обсуждали вопросы "Шквала".
— Вы не подозревали, что господин Поуп — кадровый разведчик?
— Кадровый — это тот, который в кадрах? Нет, не подозревал. Я не вел с ним личных разговоров, так как не знаю английского языка. Он неоднократно прилетал в Россию и получал пропуска в различные государственные органы, а пропуска выписывались службами безопасности.
— Почему комиссия МГТУ по безопасности, через которую проходили переданные американцу отчеты по двигателям, использующимся в том числе и в "Шквале", поставила добро только на одном из пяти докладов?
— На каких отчетах комиссия МГТУ ставила подписи, я не знаю, поскольку в состав комиссии не входил и на заседаниях не присутствовал. Рукописи четырех отчетов, написанных сотрудником ГНПП "Регион" и мною, как научным руководителем, просматривались на предмет научной достоверности и передавались в управление по международным связям МГТУ для дальнейшего оформления. Больше я этих отчетов не касался.
— Когда передавались научные отчеты американской стороне, у вас не было желания подстраховаться или заручиться поддержкой со стороны ФСБ?
— Служба безопасности МГТУ и куратор от ФСБ знали о выполняемой по соглашению работе, американцы посещали МГТУ с их разрешения. Кроме того, в 1998 году ко мне на кафедру приходили два сотрудника ФСБ. Им я подробно рассказал о работе. На мой вопрос "Прекратить работу?" мне ответили: "Продолжайте". Об этом разговоре я поставил в известность службу безопасности МГТУ.
— Какие с точки зрения следствия секреты вы передали Соединенным Штатам?
— Точку зрения надо спрашивать у следствия. Я лично ничего никому не передавал.
— Каким, вы думаете, будет решение суда?
— Суд самостоятельно определит свое решение. В моих деяниях нет состава преступления, и по материалам судебного разбирательства приговор суда, на мой взгляд, должен быть оправдательным.
Газета «Коммерсантъ» №30
от 20.02.2003, стр. 7