Арт-обозреватель «Коммерсантъ FM» Дмитрий Буткевич рассказывает о выставке живописи и скульптуры Аркадия Петрова, которая впервые проходит после семилетнего перерыва. Место проведения — галерея ArtStory в Москве.
Фото: Предоставлено Галереей ARTSTORY
В столичной галерее ArtStory открылась выставка живописи и скульптуры художника Аркадия Петрова, на которой представлено более сотни работ, — первая после почти семилетнего перерыва. Это и ретроспектива, и не совсем ретроспектива. Какие-то циклы художника не вошли в экспозицию. Например, он сам называет цикл из 80 с лишним работ в жанре «ню», который, по его словам все «боятся показывать»: «Причем это не порнография, а чистая эротика, и все равно работы боятся показывать. В 1984 году в Москве проходила моя первая выставка, на которую пришли из комсомола и Минкультуры и поснимали все мои "обнаженные работы". Несмотря на то, что они были целомудренными. Зрители говорили, что картину можно только поцеловать и больше ничего».
Тем не менее, тема обнаженной натуры, или, как иногда говорят про Петрова, тема «шахтерской Венеры», является одной из главных в творчестве художника. Корни его творчества — в народной культуре маленьких шахтерских поселков периода после Отечественной войны. И еще хочется привести короткий отрывок из интервью, которое дал мне художник: «Мои источники вдохновения, то, чем я "питаюсь" до сих пор, — это мое рождение, моя родина, Донбасс; и базары, массовое искусство, примитив — культура обыкновенного среднего русского человека. Она и сейчас есть. Если вы поедете в Тулу или в Екатеринбург, вы это увидите».
Конечно, выставку вполне можно назвать ретроспективной: показаны те работы середины 1970-х, которые сделали Петрова известным в кругах специалистов и собирателей, и, добавлю, непризнанным в официальных сферах. Нарочито наивные портреты и интерьеры, всегда дополненные надписями, в лучших традициях русского леттризма. Недаром за плечами Петрова и Училище 1905 года и Суриковский институт.
Но много и работ совсем новых, вполне, кстати, по-постмодернистски современных. И все же, как говорит художник: «Очевидно, есть связь с прошлым. Дед — шахтер, отец — шахтер, мама — стволовая. Отсюда и мои персонажи. Надеюсь на светлое будущее».