Автор как герой

МХТ имени Чехова отметил 150-летие Горького

Сегодня не так просто с ходу сказать, кем Максим Горький приходится Художественному театру — тому, что в Камергерском переулке. Когда-то молодой Художественный театр, называвший себя Общедоступным, свои эстетические поиски связывал с современной русской драматургией — и очень надеялся на то, что именно Горький может оказаться голосом нового времени, вторым после Чехова столпом репертуара, еще одним «домашним» автором. Попытка оказалась плодотворной, но короткой: после 1905 года Горький исчезнет из репертуара Художественного театра почти на 30 лет — и вернется сюда голосом социалистического реализма и номенклатурным именем на фасаде. Парадоксальной истории отношений Горького и МХТ был посвящен юбилейный вечер. Рассказывает Ольга Федянина.

150-летие Горького Московский художественный театр отметил не в самые солнечные для себя времена

Фото: Екатерина Цветкова, Коммерсантъ  /  купить фото

Жанр торжественного, но человеческого — неформального и неофициозного — чествования МХТ опробовал неоднократно, самый запоминающийся опыт состоялся пять лет назад, в январе 2013-го. Тогда к 150-летию Станиславского поставили вечер-посвящение «Вне системы», основанный на документальных текстах, которые сыграли, прочитали, произнесли со сцены не только премьеры труппы, но и люди, определяющие лицо современного российского театра: от Дмитрия Чернякова до Анатолия Смелянского. Тот юбилейный вечер с нынешним неизбежно связывают воспоминания и ассоциации, главным образом тревожные и невеселые. «Вне системы» ставил Кирилл Серебренников, сам говоривший тогда со сцены от лица Мейерхольда и двумя неделями позже принимавший гостей на открытии Гоголь-центра. На нынешнем вечере Серебренников не мог присутствовать не только как участник, но даже и как зритель, потому что уже который месяц сидит под домашним арестом по недоказанному обвинению. Тогдашний спектакль заканчивался появлением на сцене Олега Табакова — нынешний состоялся через две недели после его похорон и спустя всего несколько дней после поспешного назначения нового худрука. Театр еще не успел попрощаться со своим многолетним лидером, строителем и защитником — и гадает о будущем. От этого нынешний вечер для многих оказался еще и прощанием с тем МХТ, который существовал в последние 20 лет.

Между тем постановочная группа во главе с режиссером Виктором Рыжаковым задумывала юбилей-праздник, серьезный, остроумный и легкий. Из дневников, воспоминаний, писем, газетных и архивных текстов драматург Михаил Дурненков собрал впечатляющую документальную полифонию — впечатляют тут прежде всего тексты самого Горького, большая часть которых меньше всего похожа на тот навязчивый казенный пафос, до которого фатально сократили «отца социалистического реализма» школьная программа и официальный канон. Как и в 2013-м, звезды МХТ вышли на сцену не для того, чтобы сыграть своих персонажей, а для того, чтобы сказать что-то от их лица, буквально озвучить историю. При этом двумя протагонистами становятся не актеры труппы, а приглашенные: Игорь Гордин говорит от лица героя вечера, Ксения Раппопорт — от лица Марии Андреевой, актрисы МХТ, влюбившейся в странного поэта, пытавшейся удержать его в театре и в конце концов практически оставившей театр ради этой любви. Выбор неслучаен: главная и самая понятная драма вечера — история пришлого человека, оказавшегося в чужой стае. Горький здесь человек изначально чужой для МХТ, да и вообще, вероятно, для театра. Его переписка с Немировичем и диалоги о Горьком внутри МХТ — смешной, драматичный и очень узнаваемый образец не столько бессмертного театрального интриганства, сколько не менее бессмертного театрального эгоизма. Пока театру нужен новый материал, новая пьеса, он обхаживает автора, окутывая его лестью и уговорами. Как только материал получен, автор превращается в обузу, источник раздражения и беспокойства. А то, что Немирович (Игорь Верник) сначала гордится новообретенным «выходцем из народа», а потом так же быстро в нем разочаровывается — не только казус театрального эгоизма, но к тому же еще и просто классическая русская коллизия.

Сколько бы сам Горький ни говорил о России и от имени России, массы, бессловесной толпы — на сцене МХТ в этот вечер он так и останется одиночкой, пришельцем, чужаком. В конце от его имени, за него и его голосом уже вещает сталинская номенклатурная политика, быстро и жестоко превращающая писателя в собственную полезную функцию. Констатацией этого финального превращения театр, собственно, провожает своего юбиляра, который для МХТ действительно оказался скорее персонажем, чем автором.

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...