Коротко

Новости

Подробно

"Закаев -- только эпизод в российско-датских отношениях"

-- Скорее всего, нет. Датчане -- очень щепетильный народ, особенно в правовых

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 6

Выдаст ли Дания России Ахмеда Закаева и насколько серьезно испорчены отношения двух стран из-за чеченской проблематики? Об этом обозревателю Ъ ЕВГЕНИЮ Ъ-ЖИРНОВУ рассказал бывший посол СССР в Дании НИКОЛАЙ ЕГОРЫЧЕВ, проработавший в Копенгагене дольше других советских дипломатов — 14 лет.

— Как по-вашему, Николай Григорьевич, Закаева выдадут России?


       — Скорее всего, нет. Датчане — очень щепетильный народ, особенно в правовых вопросах. Ежели бы мы дали необходимые и конкретные доказательства вины Закаева, они бы нам его выдали немедленно. А логика типа "мы считаем Масхадова преступником, а Закаев — его соратник и потому тоже преступник" в датском суде не сработает. Но я считаю, что датчане были не правы в том, что не отменили проведение чеченского конгресса в то время, когда у нас шла трагедия с захватом заложников. Они могли это поправить.
       — Но ведь они ссылаются на отсутствие правовых возможностей для этого...
       — Вы знаете, когда я приехал послом в Данию, через полгода или год должен был состояться визит председателя Совета министров СССР Алексея Николаевича Косыгина в Копенгаген. И дней за десять до его прилета в датских газетах началась оголтелая антисоветская кампания. Я, никого не спрашивая в Москве, попросил приема у министра иностранных дел Дании. И говорю ему: "Господин министр, хочу поставить вас в известность, что глава советского правительства в условиях развернувшейся у вас истерии приехать в Данию не может. И я сделаю все, чтобы он отказался от этого визита". Я действовал на свой страх и риск, но считал, что, если я внесу такое предложение, в политбюро прислушаются к мнению посла и визит будет отменен.
       Министр перепугался. Визит и с экономической, и с политической точки зрения был для датчан очень важен. Он начал мне объяснять, что у них демократия, что пресса независима от правительства и кабинет не может на нее влиять. Я ответил ему, что это — их внутренние дела, могут они влиять на свою прессу или нет. Но если кампания по дискредитации СССР не прекратится, Косыгину в Дании делать нечего. "Если Дания,— говорю,— не заинтересована в установлении добрых отношений с Советским Союзом, мы обойдемся без них". На следующий день ни в одной газете не было ни единой антисоветской статьи. Наоборот, многие издания вышли с положительными материалами о нашей стране.
       Думаю, что и в этот раз датское правительство вполне могло урегулировать дело, не доводя ситуацию до скандала, и перенести чеченский конгресс на другую дату. А нам не надо было концентрироваться на Закаеве. Упор следовало сделать на несовместимости чеченского мероприятия с трагедией в Москве.
       — Вы считаете, что визит Путина в Данию был отменен неправильно?
       — Этот демарш был своевременным. Мы продемонстрировали свою озабоченность и сделали это хорошо, без ненужного надрыва.
       — Тогда же раздавались призывы к бойкоту датских товаров. Вы считаете, что эта мера может повлиять на решение датчан о выдаче Закаева?
       — А зачем? Никому это не нужно. Те, кто предлагает такие меры, не понимают главного: история с чеченским конгрессом и Закаевым — только эпизод в российско-датских отношениях, история которых насчитывает не одно столетие. Нельзя из каждого эпизода делать большую политику. Особенно в международных делах.
Комментарии
Профиль пользователя