Коротко


Подробно

2

Фото: Сергей Ермохин / Интерпресс / ТАСС

"Защита должна быть системной"

Депутат Госдумы Оксана Пушкина рассказала Марии Портнягиной, зачем нужен закон против домашнего насилия

Зампред комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Оксана Пушкина заявила о разработке законопроекта о профилактике домашнего насилия. Один из главных его пунктов — введение охранного ордера, запрещающего агрессору приближаться к жертве. О масштабе проблемы и перспективах законопроекта "Огонек" поговорил с его инициатором


Домашнего, семейного или, по-другому, семейно-бытового насилия формально в России нет. При этом что ни день в новостных сводках всплывают шокирующие сообщения о жестоком обращении мужей с женами, родителей с детьми, детей, хотя и уже взрослых, с пожилыми родителями: издевательства, побои, преследования, убийства... Попытки признать проблему на законодательном уровне предпринимались у нас не раз, результат — нулевой.

Внутрисемейные конфликты — материя тонкая, поэтому, как показывает мировая практика, нуждаются в специальном регулировании. У нас такого нет, "традиция" — иная. Человек, пострадавший от домашнего насилия, в лучшем случае может обратиться в полицию, после чего, возможно, участковый проведет профилактическую беседу с агрессором. Есть, правда, еще статья о побоях. Только ровно год назад в отношении семейного насилия российские законодатели ее, что называется, декриминализировали.

Теперь если супруг, сожитель или родитель побьет члена своей семьи первый раз и без причинения вреда здоровью (такое вроде как возможно), виновному грозит административное наказание (арест до 15 суток, штраф до 30 тысяч рублей или обязательные работы на 60-120 часов). УК заработает только в том случае, когда побои повторятся, но и тут есть тонкость: если "повтор" случится в течение года после первого правонарушения. То есть, если, допустим, прошел год и один час после "дебюта", счет у драчуна обнуляется.

Экспертное сообщество, напомним, выступало против декриминализации побоев в семье — адвокаты, защищающие жертв семейного насилия, специалисты кризисных центров для женщин. Ключевой их аргумент: риск уголовного преследования худо-бедно сдерживал потенциальных домашних насильников. И теперь, год спустя, эксперты убеждены: послабление наказания было ошибкой.

Даже глава МВД России Владимир Колокольцев в конце прошлого года заявил, что закон о декриминализации побоев в семье создал новые трудности. По его словам, за девять месяцев 2017 года полиция зарегистрировала 164 тысячи правонарушений по фактам нанесения побоев (это административное право), но только 7 тысяч случаев расследовались как преступления (а это уголовное право). Проблему Колокольцев видит в том, что российские суды предпочитают назначать штраф, а не отправлять нарушителей под административный арест или привлекать их к обязательным работам.

"Это не в полной мере отвечает целям наказания,— признал начальник МВД.— Зачастую штраф не является серьезным сдерживающим фактором, а когда речь идет о близких людях, накладывает на семью еще и дополнительную финансовую нагрузку". Ситуация действительно абсурдная: ведь штраф — это вычет из семейного бюджета.

После такого признания высокопоставленного чиновника некоторые правозащитники воодушевились: не признак ли это смены вектора? Внятного ответа нет, но в конце января зампред комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Оксана Пушкина (фракция "Единая Россия") объявила, что ведется разработка законопроекта о профилактике семейного насилия. "Огонек" обратился к ней за подробностями.

— Какие меры защиты от домашнего насилия предусматривает готовящийся законопроект?

— Главное наше предложение — ввести охранный ордер, запрещающий агрессору приближаться к жертве. Это правовой документ, который выдается пострадавшему для того, чтобы обеспечить его безопасность. Насильнику, в свою очередь, временно, на срок действия охранного ордера, предписывается покинуть место совместного проживания с пострадавшим. Причем независимо от того, кто является собственником жилого помещения. К тому же ордер запрещает агрессору в этот период контактировать с жертвой, преследовать ее звонками или в социальных сетях. Действие ордера при необходимости может быть продлено в судебном порядке.

Охранный ордер как механизм защиты от семейного насилия сегодня действует в 127 странах. Его успешно применяют в США и странах Европы. Из наших соседей, например, Казахстан ввел охранный ордер несколько лет назад. Благодаря этому число жертв домашнего насилия там сократилось на 40 процентов. Разумеется, такой ордер — не панацея. Защита от насилия в семье должна быть системной. В этом цель нашего законопроекта.

— Что имеется в виду?

— Имеется в виду формирование системы, в которой задействованы полицейские, медики, соцработники. Необходимо развивать сеть кризисных центров, чтобы они были доступны по всей стране, чтобы человек, оказавшийся в трудной ситуации, знал, куда может обратиться за поддержкой. Нужно создавать систему учета. Дело в том, что семейное насилие — это латентный вид преступлений. Оно часто происходит за закрытыми дверями. Поэтому и достоверных данных о масштабе явления не существует. К тому же сегодня в России нет специального закона, по этой причине отсутствует единая система сбора информации о случаях насилия в семье, официальная статистика не ведется.

На деле жертвами домашнего насилия чаще всего становятся женщины, дети, престарелые люди, инвалиды, не способные защищать себя вследствие зависимого положения в семье. Очевидно, что семейное насилие негативно сказывается на подрастающем поколении. Законопроект охватывает вопросы, связанные с защитой жертв, но также с профилактикой домашнего насилия и просветительской работой.

— Почему так необходим специальный закон?

— Сейчас большинство уголовных дел о домашнем насилии у нас расследуются уже после того, как случились страшные последствия. Большинство жертв терпят, потому что им зачастую не к кому обратиться за помощью, а полиция не принимает от них заявлений, не возбуждает уголовные дела, спускает расследования на тормозах. Чтобы чего-то добиться, требуются юридическая грамотность, знание Уголовно-процессуального кодекса, умение правильно написать заявление и собрать доказательства — все это для большинства практически невозможно. И жертва продолжает жить в одном доме с тем, кто издевается над ней каждый день. Даже если суд над агрессивным супругом все-таки состоится, то после заседания все равно предстоит возвращение домой, где будет все тот же мучитель. Замкнутый круг.

Важно, чтобы сотрудники правоохранительных органов реагировали своевременно: как только поступил звонок от жертвы, нужно сразу к ней выезжать. В Уголовном кодексе РФ есть статья "Угроза убийством". Но эта статья действует лишь в случае, когда можно доказать наличие оснований для опасения за жизнь. Скажем, муж бросается с ножом и криками: "Убью!" А женщина должна как-то это зафиксировать. На камеру? Видеорегистратор на лоб надеть? Поэтому авторы законопроекта, среди которых именитые юристы, адвокаты, предлагают дела такого рода перевести из категории частного обвинения в частно-публичное. То есть не потерпевшая доказывает, что она жертва, а правоохранительные органы занимаются сбором доказательств. Сейчас же, если вас избил муж, вы сами должны собирать доказательства, сами идти в суд и так далее. Это, по сути, главное препятствие в защите жертв домашнего насилия. Словом, необходим специальный закон, более эффективный по сравнению с существующими отдельными статьями из Уголовного, Гражданского и Административного кодексов.

— Прежде аналогичные законопроекты не находили поддержки в Госдуме. Более того, год назад депутаты приняли поправки о декриминализации насилия в семье. Ваша инициатива, получается, в противоход...

— Когда в Госдуме принимался законопроект о декриминализации побоев в семье, одна чиновница аргументировала необходимость его принятия следующим образом: "Когда муж избивает свою жену, это не так страшно, как если бы мужчина испытал унижение. Нельзя унижать мужчин!" Дикость! Но это вполне согласуется с традиционным образом женщины в России: нельзя унижать мужчину не из-за страха, что ситуация в семье может только ухудшиться, а потому, что роль женщины в том, чтобы "спасать" мужа, в самопожертвовании... "Бьет значит любит" — в этом скрепы? Безусловно, так думают не все женщины, но это очень распространенная позиция. Благо, что новое поколение сильно отличается. Во всяком случае оно выражает желание жить по-другому. И еще. Я не голосовала за законопроект о декриминализации побоев, убеждала коллег, уговаривала их этого не делать. Увы, не смогла.

--А на каком этапе сейчас подготовка законопроекта? Когда планируется внести его на рассмотрение в Госдуму?

— Законопроект о профилактике семейного насилия разработала команда юристов, адвокатов, представителей Конституционного суда. То есть текст есть. Сейчас мы его вычитываем, дорабатываем. Нам нужно еще месяца два. А потом все, подаю. Мы готовы к тому, что это будет бой — за здравый смысл, в защиту человеческого достоинства.

Беседовала Мария Портнягина


Кто в доме жертва

Детали

О семейном насилии в мире и России


По данным ООН, в 95 процентах случаев жертвы семейного насилия — женщины. Насилие бывает разным: психологическое, физическое, сексуальное, а еще экономическое, когда жертва оказывается ограничена, например, в пище, выборе одежды, праве на труд. ООН разработала модельное законодательство о насилии в семье в 1996 году, что вызвало волну национального законотворчества. Сегодня отдельные законы о домашнем насилии приняты в 127 странах, в которых предусмотрены охранные ордера (России в числе этих стран нет). Различают временный чрезвычайный ордер, который может оперативно выдавать полиция, и судебный ордер. Об эффективности меры говорит, например, тот факт, что с принятием такого закона в США число внутрисемейных убийств сократилось в четыре раза.

В России с начала 1990-х годов было разработано больше 40 законопроектов о насилии в семье. Ни один из них не был принят. Из-за отсутствия официального статуса по сей день нет точных данных о случаях семейного насилия в нашей стране. Тем не менее статистика МВД, данные кризисных центров помощи женщинам и детям дают представление о масштабе проблемы. Так, 40 процентов тяжких насильственных преступлений у нас совершаются в семье (в том числе каждое 11-е убийство), каждое 5-е уголовное дело о побоях — против близкого родственника пострадавшего.

Число насильственных преступлений, совершенных в семье, растет. По данным МВД, в 2015 году из 49 579 таких преступлений 35 899 были совершены в отношении женщин, в 2016 году из 64 421 — 49 415. На учете в полиции состоят более 200 тысяч семейных дебоширов.

Однако лишь 10 процентов жертв семейного насилия обращаются в полицию. Чаще они ищут поддержки у подруг (об этом заявили при опросе 53 процента пострадавших), матери (43 процента), семьи мужа (23 процента), других родственников (21 процент). Еще 8 процентов идут за помощью к медработникам, 2 процента ищут защиты у юристов. Основные причины, по которым жертвы семейного насилия не обращаются к полицейским, таковы: "травма не была серьезной" (27 процентов), "бесполезно" (24 процентов), "стеснялась" (16 процентов), "не нужна дурная слава семье" (8 процентов), боязнь развода (6 процентов).

И последний штрих: в ходе опроса ВЦИОМа в 2017 году каждый пятый россиянин согласился с тем, что "при определенных обстоятельствах ударить жену, мужа, ребенка бывает допустимо".

Материалы по теме:

Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

Социальные сети

обсуждение