Дональд Трамп сделал свое дело

Низкие ставки и налоговая реформа в США поддержат мировой оптимизм

Хотя высокие биржевые котировки все чаще смущают аналитиков, ожидания инвесторов не спешат ухудшаться — под конец года рынки получили ожидаемое: Конгресс США утвердил масштабное снижение налогов, которое повысит прибыльность американских корпораций уже в следующем году. При этом сохранение относительно низких рыночных ставок поддержало и приток средств на развивающиеся рынки. Шанс на сохранение этих трендов хотя бы в следующем году высок, поэтому он может запомниться инвесторам как самый благоприятный со времени финансового кризиса 2008–2009 годов. О рисках же инвесторы, вероятно, вспомнят позднее.

Все претензии и комплименты новому президенту США Дональду Трампу маловажны в сравнении с главным его проектом 2017 года — реформой американской налоговой системы

Фото: Reuters

После победы Дональда Трампа на президентских выборах в США в ноябре 2016 года большинство экономических новостей были так или иначе привязаны к повестке новой администрации — это касалось и торговли, и фискальной и монетарной политики. Еще в январе США вышли из соглашения о Транстихоокеанском партнерстве, а в конце года заблокировали ряд решений на уровне ВТО, однако главным событием с точки зрения влияния на внешние рынки, безусловно, стало утверждение американским Конгрессом масштабной налоговой реформы. На ее ожиданиях весь год росли биржевые индексы, а приток капитала на рынок США препятствовал повышению рыночных ставок вслед за ужесточением политики ФРС.

Большинство экспертов не ожидали, что реформа будет принята до конца года, соответственно, ее эффект, изначально переоцененный, в последних прогнозах аналитики в основном переносили как минимум на вторую половину 2018 года. К примеру, в МВФ, где в начале года прогнозировали ускорение глобального роста в первую очередь из-за улучшения ситуации в США, теперь ждут лишь умеренного повышения темпов американской экономики — с 2,2% в этом до 2,3% в следующем году. Однако ожидания улучшения ситуации в мировой экономике оправдались и без реформы: в Китае власти страны всеми средствами боролись с риском «жесткой посадки» экономики, а относительно слабый доллар наконец-то замедлил отток капитала из страны. Ускорился рост и в Европе, и в странах—экспортерах нефти.

Фактический эффект от реформы, по крайней мере в 2018 году, вероятно, будет значительным и вряд ли ограничится американскими компаниями (хотя именно сектора традиционной промышленности и сферы услуг США считаются основными бенефициарами). На глобальные условия конкуренции наибольший эффект может оказать не только снижение ставки налога на прибыль с 35% до 21%, что поддержит корпоративные прибыли и биржевые котировки (эффективные налоговые ставки ниже, но и по их номинальному размеру среди развитых стран США уступают лишь Японии и Новой Зеландии), но и переход на территориальный принцип обложения. Прежде при репатриации прибыли от зарубежной «дочки» материнская компания из США должна доплачивать налог по ставке 35% (за вычетом уже уплаченного в другой стране), обложение же у источника не предполагает таких требований (правда, при репатриации имеющихся прибылей потребуется уплатить 7,5%). В Минфине США оценивали объем таких нерепатриированных средств в $2,5 трлн, если хотя бы часть этих денег вернется на американский рынок, это может дополнительно подогреть рынок и усилить тенденции, связанные с ужесточением монетарной политики.

Впрочем, ожидания повышения инфляции и рыночных ставок в этом году так и не оправдались. В декабре 2016 года базовая ставка ФРС составляла 0,5–0,75%, в конце 2017-го — 1,25–1,5%, однако требуемая доходность десятилетних бумаг (они же являются индикатором ожиданий долгосрочной инфляции) за год почти не выросла и по-прежнему колеблется на уровне ниже 2,5% (а в июле она опускалась почти до 2%). По двухлетним бумагам при этом рост уже очевиден — с 1,2% в начале года до 1,9% в конце. Некоторая интрига относительно скорости ужесточения политики ФРС сохраняется и из-за прихода нового главы регулятора, который вряд ли поспешит охладить экономику резким повышением ставок, хотя и Джанет Йеллен была на этом посте крайне аккуратна, в 2015 и 2016 годах ставки поднимались лишь один раз.

В следующем году рыночные ставки, вероятно, все-таки начнут расти, особенно если реформа, как надеются в Белом доме, приведет не только к росту корпоративных прибылей, но и инвестиций и потребления. Однако, и это отчасти парадоксально, чем более привлекательным будет американский рынок для иностранных инвесторов или репатриантов, тем медленнее будут расти ставки. При этом, учитывая крайне медленное сворачивание монетарной поддержки в зоне евро и Японии, вряд ли стоит ждать и существенных рисков для развивающихся рынков — в этом году впервые за три года на них был зафиксирован чистый приток средств.

Татьяна Едовина

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...