Оживление спроса домохозяйств в третьем квартале 2017 года вызвано в основном снижением нормы сбережений, а не наращиванием кредита, утверждает ЦБ в осеннем выпуске «Финансового обозрения». Активность банков летом—осенью 2017 года была чрезвычайно высока, но в большей степени это была конкуренция за старых заемщиков: только население заключило с банками с начала года новых договоров на 2,3 трлн руб., но портфель кредитов вырос лишь на 0,6 трлн руб. Похожая ситуация и с кредитованием компаний. Пока главная проблема для ЦБ — быстрая дифференциация заемщиков в экономике и проблемы мелких банков: некоторое смягчение резервных требований с 1 декабря для базовых банковских лицензий — видимо, ответ регулятора на эти риски.
Фото: Антон Белицкий, Коммерсантъ / купить фото
Осенний выпуск «Финансового обозрения» посвящен анализу не текущей конъюнктуры, а итогов второго—третьего кварталов, в какой-то степени это аналитический комментарий к уже принятым ЦБ решениям лета—осени 2017 года. Впрочем, на решения ЦБ по ставке тезисы документа, очевидно, будут иметь влияние: в контрасте с осторожностью несколько месяцев назад аналитики Банка России признают, что рост в нефинансовом секторе сопровождается однозначным и устойчивым улучшением ситуации с финансовым посредничеством. В целом это довольно благоприятные для сохранения консервативной денежно-кредитной политики (ДКП) сведения. Если во втором квартале говорить об угнетающей экономический рост ДКП ЦБ было невозможно в принципе (снижение инфляции и ключевой ставки было де-факто синхронизировано), то по итогам третьего при быстром снижении инфляции и умеренном — ставки «ползучее ужесточение» ДКП уже могло отразиться на финсекторе.
Как отмечает ЦБ, главный драйвер экономического роста в 2017 году, рост частного спроса, по крайней мере со стороны населения, был обеспечен не столько ростом кредита (он рос преимущественно за счет ипотеки, в том числе спонсируемой государством, и в меньшей степени — потребкредитования), сколько снижением нормы сбережений. ЦБ не делает предположений о том, как на ситуации отразилось снижение ставок по депозитам. Впрочем, аналитики регулятора видят снижение в третьем квартале кредитных ставок быстрее депозитных, а долгосрочных ставок — быстрее краткосрочных, это отражается прежде всего на склонности к сбережению физлиц.
При этом кредитная активность банков во втором—третьем кварталах 2017 года, видимо, была очень высокой: ЦБ приводит данные о заключении с начала года новых кредитных договоров с физлицами на 2,3 трлн руб. Впрочем, большая их часть — перекредитование на новых условиях: прирост портфелей кредитов физлицам за тот же срок составил всего 0,6 трлн руб., что несопоставимо с масштабами роста спроса домохозяйств и не объясняет восстановление роста оборота розницы. Ситуация с кредитованием нефинансового корпоративного сектора схожа, но имеет свои особенности: большая часть выданных кредитов (Минэкономики ждет прироста портфеля кредитов этому сектору лишь с октября 2017 года, до сентября наблюдался общий делевереджинг) также была рефинансированием и пролонгацией договоров, однако конкуренцию банкам за кредит составляли лизинговые, факторинговые структуры и с третьего квартала — эмиссия облигаций. Наконец, ЦБ отмечает в целом очень активную борьбу финансовых посредников за клиентов — возможно (в отчете это не рассматривается), что вклад в нее внесли осенние санации «Открытия» и Бинбанка.
Относительно новая, но уже отмечаемая ЦБ проблема вполне позитивной для финсектора на несколько кварталов вперед ситуации — растущая неоднородность денежно-кредитных условий в экономике, актуальная сейчас для нефинансовых заемщиков. По итогам обследования ЦБ 90% банков во втором—третьем кварталах не смягчали требований к заемщикам (но не ужесточали их, что было характерно для 2015–2016 годов), «усложнение» финрынка, о котором говорит Банк России, может быть вызвано в том числе дифференциацией кредитных условий банков для разных групп заемщиков. Ситуация довольно своеобразная: происходящее снижение долгосрочных ставок кредита не будет распространяться на потенциально и реально проблемные сектора. Очевидно, их ответом станет или политическая атака ЦБ, или масштабные запросы на увеличение господдержки. Дифференциация клиентуры при этом обычно вызывает и дополнительное расслоение самих банков. 10 ноября ЦБ опубликовал нормы обязательных резервов для банков с базовой лицензией, в которых установил их для «иных» обязательств перед физлицами и юрлицами на уровне 1% (ранее — 5%). В какой-то степени это можно считать ответом ЦБ на дифференциацию: низкая норма резервов для малых банков (капитал от 300 млн до 1 млрд руб.) облегчит существование региональных и кэптивных банков.