Коротко


Подробно

"Я его не резал"

Утверждал на суде чеченский палач

процесс


       Громкий процесс открылся вчера в Верховном суде Дагестана. На скамье подсудимых — чеченский боевик Тамерлан Хасаев, один из участников казни шестерых российских военнослужащих 5 сентября 1999 года близ дагестанского селения Тухчар. Жестокая расправа была заснята самими боевиками на видеопленку, которая в конце концов оказалась в ФСБ.
       Вчера на процесс в Махачкалу прибыл начальник главного управления Генеральной прокуратуры на Северном Кавказе Владимир Кравченко. Как выяснилось в самый последний момент, именно он назначен гособвинителем. Это уже второй случай, когда поддерживать обвинение в Верховном суде Дагестана берется чиновник столь высокого ранга. Прецедент был создан самим генпрокурором России Владимиром Устиновым на процессе по делу Салмана Радуева.
       После рутинных для начала любого процесса процедур Владимир Кравченко зачитал текст обвинительного заключения. Тамерлану Хасаеву вменяется в вину девять эпизодов. Среди них помимо посягательства на жизнь сотрудников правоохранительных органов (ст. 317 УК РФ) и участия в незаконном вооруженном формировании — и вооруженный мятеж, и насильственный захват власти, и незаконное хранение оружия, и похищение человека, всего восемь статей УК. Но для пожизненного заключения Хасаеву хватило бы и одной 317-й статьи.
       В поле зрения правоохранительных органов Хасаев попал в январе 2001 года, когда пытался похитить двух российских военнослужащих. Их выручили сослуживцы, а сам Хасаев оказался за решеткой. В ходе следствия всплыла и история 1996 года. Тогда Хасаев участвовал в похищении жительницы Грозного Хаджиевой. Не сумев похитить ее сына, который считался зажиточным бизнесменом, Хасаев со товарищи захватили Хаджиеву прямо во дворе ее дома на улице Жуковского в Грозном. В качестве выкупа бандиты потребовали $2 млн. Женщину держали в лесу и регулярно записывали ее мучения на видео, а затем подбрасывали кассеты к дому Хаджиевых. Кончилось все тем, что похитителям пришлось обменять заложницу на двух боевиков, которых, в свою очередь, захватили родственники Хаджиевой. Пятигорский городской суд приговорил Хасаева к восьми с половиной годам лишения свободы.
       Но Хасаев сразу же оказался под новым следствием. Сотрудники правоохранительных органов уже работали с видеозаписью 1999 года, обнаруженной во время обыска в Шали, пытаясь вычислить участников казни шестерых российских военнослужащих. Всем им боевики перерезали горло. После нескольких месяцев напряженной работы следователи установили не только место и дату казни, но и выяснили, что один из палачей, Тамерлан Хасаев, уже отбывает срок в Кировской области. Его этапировали в Махачкалу и показали кассету с записью казни. Хасаев не стал отрицать очевидное и стал давать подробные показания.
       Как выяснилось, в начале сентября 1999 года он вступил в одно из бандформирований под предводительством некоего эмира Умара. В боевой поход его потянуло за трофеями, в расчете на то, что потом можно будет выгодно продать захваченное оружие. Утром 5 сентября 1999 года боевики заняли несколько сел Новолакского района Дагестана. Шестеро военнослужащих внутренних войск, прикрывавших милицейский блокпост у селения Тухчар и дорогу на Чечню, оказались в плену у боевиков. Израсходовав почти все боеприпасы, они укрылись в домах местных жителей, но спустя некоторое время вынуждены были сдаться. Кто-то выдал их укрытие боевикам. Ближе к полудню их собрали на поляну, расположенную у блокпоста, и устроили публичную казнь, записав все на видеокамеру. Одним из палачей, которым Умар приказал резать русских, был Тамерлан Хасаев. Правда, он не до конца справился с поставленной "задачей". Рядовой Алексей Липатов вырвался из рук палачей и попытался бежать, но его добили автоматной очередью. В наказание за плохо сделанную работу Умар отправил Хасаева домой без обещанного гранатомета.
       Когда Владимир Кравченко зачитал обвинительное заключение, Хасаев заявил, что признает себя виновным только частично. "Я не резал солдата, а только подошел к нему с ножом",— сказал он суду и тут же потребовал для себя переводчика, ссылаясь на плохое знание русского языка. Это ходатайство суд решил удовлетворить, назначив на сегодня допрос потерпевших. В Махачкалу приехали дагестанские милиционеры и родители двух казненных солдат — Алексея Липатова и Алексея Полагаева.
       
       ЮЛИЯ Ъ-РЫБИНА, Махачкала

Тэги:

Обсудить: (0)

Газета "Коммерсантъ" от 17.10.2002, стр. 5
Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

обсуждение