Коротко


Подробно

13

Фото: Дмитрий Лебедев / Коммерсантъ   |  купить фото

Двадцать пять лет как один Daily

В 1992 году вышел первый номер ежедневной газеты «Коммерсантъ»


25 лет назад вышел первый номер ежедневной газеты «Коммерсантъ-Daily». Многие темы того номера могут вызвать у нынешнего читателя только улыбку. Изменились страна и живущие в ней люди, совсем другими стали правила политики и бизнеса. Вряд ли люди, которые 5 октября 1992 года начали готовить первый номер ежедневной газеты, газеты со свежими новостями и оперативной аналитикой, думали о том, что будет через 25 лет. Они знали: первый номер завтра, второй — послезавтра и так далее. Это так и осталось, это правило живо: читатель «Коммерсанта» должен раньше других получить больше других. Двери в этот клуб (должности читателей ежедневного «Коммерсанта» указаны на момент выхода первого номера) открыты всегда и для всех.


Анатолий Чубайс, председатель Госкомимущества РФ:

— «Коммерсантъ» оказался той самой гоголевской шинелью, из которой выросла современная российская журналистика. Я хорошо помню первые выпуски «Коммерсанта». Это был немыслимый по тем временам прорыв в совершенно другое измерение. На фоне убогого, лживого, мертвого советского языка «Правды» и «Советской России» возник совершенно другой язык — ясный и живой. Это был язык «Коммерсанта».

Помню, как обсуждали каждый номер, спорили, передавали друг другу. До сих пор в памяти один из заголовков тех лет: «Моссовет велел мясу дешеветь. Мясо не хочет». Ироничный умный «Коммерсантъ» читала вся страна, и это было грандиозно.

Справедливости ради скажу и о недостатках. Были у «Коммерсанта» периоды, когда градус ерничества стал серьезно зашкаливать, стиль шел в ущерб содержанию. Доставалось ли мне тогда? Признаться, не помню. Однако отсутствие злобы или обиды на газету означает, что наезжали вы на меня не сильно. Иначе я бы не забыл и все вам сейчас припомнил.

Вернусь к тому, с чего начал. «Коммерсантъ» стал первой газетой нового времени. Но у первопроходцев, как правило, непростая судьба. Те, кто идет следом, учатся на их ошибках и оказываются порой более успешны. Основатели тем временем самоисчерпываются и вымирают. Как ни удивительно, «Коммерсантъ» не умер. Другой на вашем месте уже бы давно. А «Коммерсантъ» живой, с чем и поздравляю! Долгих лет!

Владимир Ресин, первый заместитель премьера правительства Москвы:

— Я с «Коммерсантом» с первого дня его рождения. Хорошо знаком с создателем газеты — с Владимиром Яковлевым. Даже в какой-то степени помогал газете становиться на ноги. В частности, с помещением. И все эти 25 лет я тесно связан с «Коммерсантом», моя деятельность никогда не оставалась без внимания. Была и критика, но и хвалили тоже. Но никогда эти статьи не вызывали у меня какой-то изжоги или удовлетворения. Были ли они приятными или неприятными, но они всегда были справедливыми.

«Коммерсантъ» все эти 25 лет был востребован обществом и пользовался авторитетом. Поэтому когда мы хотим поздравить своих близких друзей, то делаем это через «Коммерсантъ». Все злободневные темы, которые возникают в стране, всегда освещаются «Коммерсантом» Это та газета, с которой мы все начинаем рабочий день.


Анатолий Лысенко, генеральный директор РосТВ:

— «Коммерсантъ» всегда был интересным, и я не мог тогда, как и сейчас, пожаловаться на эту газету за искажение действительности. «Коммерсантъ», в 90-х особенно, был отличным источником информации, школой независимости прессы.


Гавриил Попов, лидер Российского движения демократических реформ:

— Конечно, эта газета, как и все в нашей стране, колебалась не всегда правильно и не всегда в лучшую сторону. Но в целом линия «Коммерсанта» была правильная. «Коммерсантъ» был ориентирован на предпринимателей, в том числе на особый класс предпринимателей — независимых и самостоятельных. Газета считала, что этот класс нуждается в поддержке, но, к сожалению, поддержка малого и среднего бизнеса была и есть только со стороны СМИ.

Все эти годы «Коммерсантъ» вел себя очень достойно. Даже когда против меня на своих страницах достаточно жестко выступали. Я тогда был мэром Москвы и добивался уменьшения роли мэрии как бюрократической структуры. Я думаю, что тогда «Коммерсантъ» допустил крупную ошибку. Ведь бюрократизация пошла в общество очень широко, и мы пришли к тому, что общество сейчас увидело самую страшную бюрократизацию, на которой стоит вся мощь государственной власти. А тогда «Коммерсантъ» обрушился на меня с большой критикой. Рисовали даже карикатуры, где я торгую на каком-то рынке. Но тем не менее газета вела себя очень достойно, до откровенного хулиганства не опускались.


Геннадий Зюганов, председатель координационно-патриотического совета:

— Обо мне всегда писали по-разному. Но, слава богу, я не сталкивался с хулиганством и хамством. «Коммерсанту» вообще свойственен деловой стиль, хорошая аналитика и явственное видение ситуации в экономике, финансах и социальной сфере. У вас немало материалов, которые заслуживают внимания. А из постоянных рубрик мне всегда была интересна «Прямая речь». Разные точки зрения, собранные в одном материале и без комментариев журналиста, это очень хорошая находка именно вашего издания. Вы были первые, кто стал публиковать такие опросы. Я, кстати, когда готовлюсь к встрече с новым человеком, не только изучаю его биографию, его выступления и основные идеи, но и обязательно смотрю все его интервью, в том числе и в «Прямой речи» и в «Вопросах недели».

Сейчас журналистам «Коммерсанта» я бы пожелал быть прозорливее, повнимательнее, чтобы заставлять власть быстрее решать проблемы. Ваше издание может этому поспособствовать.


Рубен Варданян, главный исполнительный директор «Тройки Диалог»:

— Самая известная ошибка, связанная с нашей работой, была в 1994 году. Вышла большая статья, где было сказано, что «Тройка Диалог» купила 10% акций Тверьуниверсалбанка, но издание перепутало сумму с количеством акций. Я тогда только женился на Веронике Зонабенд, а она на тот момент работала заместителем директора валютного департамента этого банка, так что публикация вызвала большой переполох в руководстве банка и вокруг.

Но в целом «Коммерсантъ» в 90-х был символом нового бизнеса. Среди других изданий он выделялся своим подходом, свежей манерой освещения событий и, конечно, классными заголовками.


Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

Марк Захаров, художественный руководитель театра «Ленком»:

— Считаю, наши СМИ всегда пишут правильно. Никогда ни на что не обижаюсь. Если кому-то не нравится то, что я сделал, то, что ж,— так устроена жизнь. Я к этому отношусь смиренно. Знаю, у некоторых начинающих режиссеров «чесались руки» именно из-за публикаций в «Коммерсанте». Но враждебное и недоброжелательное отношение к критике вредит самому режиссеру. Надо наступить на горло собственной песне и смириться.

«Коммерсантъ» читаю ежедневно. Ведь именно из «Коммерсанта» я не раз узнавал информацию, которая не печаталась нигде. Газета обладала определенной смелостью, причем всегда. За это «Коммерсантъ» уважаю. Он подчас высказывал суждения, которые не получали одобрения на самом верху, но он не боялся. «Коммерсантъ» для общества 90-х — это некий разведчик, который прокладывал новый путь в нашем сознании, формировал наши раздумья о жизни, стране, обществе, политике и экономике.


Фото: Владимир Родионов, Коммерсантъ

Александр Шохин, заместитель председателя правительства РФ:

— К «Коммерсанту», в отличие от других СМИ, у меня никогда не было вопросов по поводу публикаций обо мне или моего цитирования. «Коммерсантъ» всегда действовал аккуратно, и если и были какие-то немного ироничные комментарии — чего же скрывать, у вас и такие есть,— то я не обижался на них, поскольку они и у меня самого вызывали улыбку. Поэтому все эти 25 лет «Коммерсантъ» действительно был со мной — как надежный информационный источник и как издание, в котором всегда хотелось публиковаться, доносить через это издание свои идеи.

То, что сейчас «Коммерсантъ» расширяет свое присутствие, в том числе через «Коммерсантъ FM», во многом облегчает задачу общения. Читать печатную газету в автомобиле сложно, хотя из-за пробок в этом вопросе стало полегче, но все же через «Коммерсантъ FM» удается услышать многие публикации, как говорится, в живом исполнении. Иногда «Коммерсантъ» читаю и в электронном виде, но тем не менее всегда, когда прихожу на работу, открываю бумажный экземпляр газеты. Мне важно понять и расположение материала, расположение фотографий, страницы, где этот материал размещен, потому что это дает дополнительное представление о приоритетности и важности описываемого события. Если я не читаю все материалы «Коммерсанта», то я пролистываю все страницы номера. За что-то зацепиться на каждой странице всегда удается.

В конце 80-х «Московские новости» читали, стоя в несколько рядов на Пушкинской площади. Но в начале 90-х, когда началась ломка экономического уклада и создание нового, «Коммерсантъ» выполнил свою миссию путеводителя по рыночной экономике.

25 лет в живом режиме — это большой труд. «Коммерсантъ» — хороший проект, и все эти годы остается все таким же хорошим проектом.


Фото: Василий Шапошников, Коммерсантъ

Михаил Ходорковский, председатель правления МФО «Менатеп»:

— Когда меня спрашивают, правильно ли обо мне писали, отвечаю: «Я — не Путин, хвалить меня не принято». В целом объективистский стиль, исповедуемый молодым «Коммерсантом», меня вполне устраивал. Обид на журналистов не держу в принципе, не о «Коммерсанте» даже речь: на профессиональную журналистику не обижаются, а на профессиональный заказ и «чего изволите» — тем более. Вспоминая те годы, можно, наверное, порефлексировать на тему боевого листка «Не дай бог!». Но все мы не без греха.

По понятным причинам более или менее целиком я стал одолевать газету лишь с конца 2003 года. И должен сказать, что «занятые люди» серьезно обкрадывают себя, выдыхаясь ко второй-третьей странице: о самом важном часто пишут совсем не там.

С несколькими легендарными журналистами «Коммерсанта» мне повезло столкнуться как следует: Валерий Панюшкин написал книжку обо мне, с Наталией Геворкян мы написали книжку на двоих, с Вероникой Куцылло и сейчас работаем вместе.

В 90-е годы ежедневный «Коммерсантъ» заменял сегодняшний ежеминутный смартфон-планшет. И ведь хватало!

А еще у вас был Бильжо!


Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

Владимир Лукин, посол РФ в США:

— Должен сделать шокирующее, интимное заявление: я живу с «Коммерсантом» уже четверть века, и это происходит практически каждый день, за исключением выходных у газеты. Должен также сказать, что я полностью удовлетворен нашей совместной жизнью. «Коммерсантъ», может быть, единственное крупное издание в России, которое оканчивается твердым знаком.

Есть газеты, которые можно читать исходя из спортивного интереса, но ты заранее знаешь, что они напишут по любому очередному вопросу. Позиция «Коммерсанта» не всегда ясна, но она всегда выражена в цивилизованной и, я бы сказал, дозированной форме.

Одним из слабых мест нашего национального характера является отсутствие чувства меры, а вот «Коммерсантъ» как раз наделен в достатке чувством меры, ответственности и чувством того, что та точка зрения, которую выражает газета, не является абсолютной и доминирующей и только приглашением к дальнейшему обсуждению. Это все в «Коммерсанте» мне нравится, и потому я постоянен в своей интимной жизни.


Фото: Владимир Жаров

Сергей Лисовский, президент «ЛИС’С»:

— Само название «Коммерсантъ» в 90-е годы не очень воспринималось обществом и чиновниками, и газета сделала многое, чтобы исправить это положение. Был найден правильный путь, интонация, сдержанность по отношению к политике и тщательность в отношении экономики, коммерции. Был найден баланс между журналистской остротой для привлечения аудитории и реальной информацией, которая нужна пусть в первое время узкому кругу, но все же постоянного читателя. Потом этот круг только расширялся и расширялся. Я сам долгое время занимался журналистикой и понимаю, что у журналистов всегда есть не просто желание, а необходимость подать тему так, чтобы она вызывала интерес у читателя. Соответственно, те, о ком пишут, могут не согласиться с подобной подачей, посчитать ее обидной или унизительной. Но «Коммерсантъ» и в 90-е, и потом вел себя достойно и взвешенно, не обидев не только меня, но и многих других моих знакомых. Перехвалить тоже не перехвалили, такое редко бывает у любой серьезной газеты. И в 90-е, и потом всегда читал «Коммерсантъ», у меня и сейчас на столе лежат три газеты: КП, МК и “Ъ”. Читал в основном то, что профессионально интересовало: вначале материалы о рекламе, шоу-бизнесе, потом о телевидении, о сельском хозяйстве и экономической политике, в целом политике и о финансах. Но газету всегда осваивал практически полностью, и общее впечатление о ней всегда было хорошим. Но вот сейчас газета стала более приглаженной, раньше «Коммерсантъ» был поострее и по заголовкам, и по содержанию материалов. У вас вообще был свой стиль заголовков, который сейчас сохранился, но стал уже не таким цепляющим внимание.


Кирсан Илюмжинов, член комитета Верховного совета РФ по международным делам:

— Моя политическая жизнь в начале 90-х с вступлением в должность главы Калмыкии самым тесным образом переплелась с жизнью и становлением «Коммерсанта», и с тех пор мы шли и развивались вместе. Я в политике, вы — в медийном пространстве. С особой теплотой я вспоминаю молодых тогда еще корреспондента Алексея Кучеренко — он вообще потом перебрался ко мне работать — и Андрея Васильева, будущего главного редактора газеты. Я всегда с уважением относился к журналистам «Коммерсанта» и доверял им, их профессионализму. Когда Кучеренко брал у меня первое интервью по поводу того, буду ли я главой Калмыкии, и спросил, нужно ли его согласовывать, я сразу сказал: нет. У меня именно с «Коммерсанта» пошло железное правило: не перечитывать и не править интервью. То, что ты сказал «на свежак», самые первые мысли, эмоции, они, как правило, всегда самые правильные.

«Коммерсантъ» стал моей настольной газетой. «Коммерсантъ» стал той отдушиной, которая позволяла посмотреть на события другим взглядом, особенно на ситуацию со становлением нового поколения россиян, которые зарабатывают деньги, двигаются в политику. Газета очень точно отражала состояние общества не штампованными фразами традиционных газет, а живым, информационно насыщенным языком. Это был голос тех, кто зарабатывал для себя и создавал рабочие места для страны. Было заметно, что в журналистику надолго пришли молодые ребята со своим стилем, нестандартным мышлением, пережившие перестройку и гласность, но не уехавшие за границу, чтоб ворчать со стороны, а продолжившие жить со страной, расти с ней, переживать над проблемами, болеть общими болезнями.


Олег Бойко, глава концерна «Олби»:

Читаю «Коммерсантъ» уже 25 лет, причем до сих пор выписываю газету в бумаге. Это первая площадка, где серьезные аспекты бизнес-сообщества обсуждались каждый день. История «Коммерсанта» — это история деловой журналистики России. Кстати, это единственная газета, где публикации, касающиеся меня, занимали всю первую полосу. «Коммерсантъ» всегда поздравляет меня с днем рождения, и я желаю издательскому дому процветания и творческих побед, всегда оставаться лидером в информационном пространстве бизнеса.


Сергей Ковалев, председатель комитета Верховного совета РФ по правам человека:

— К «Коммерсанту» у меня с самого начала его появления было уважительное отношение. У газеты всегда был нужный тон, а это очень важно. И хотя я не был постоянным читателем «Коммерсанта», но все же читал его достаточно часто.

Меня газета не обижала, ничего такого, за что обычно долго хранят обиду, не помню, но и сильно она меня не хвалила. Не помню, чтобы «Коммерсантъ» оказывался в неловкой ситуации, хотя иногда газета помалкивала о некоторых особо острых вещах, но главное, что она не врала. И это очень приятно. И то первое общее приятное впечатление о газете, которое возникло с начала ее появления, так и оставалось неизменным все это время. Газете всегда был присущ сдержанный интеллигентный тон без вранья и разных всхлипов. На мой вкус, это хорошая журналистика.


Фото: Василий Шапошников, Коммерсантъ

Николай Травкин, лидер ДПР:

— Появление «Коммерсанта» стало важным событием. Это была принципиально новая газета, с новым уклоном, таких газет тогда не было. Она была по-новому оформлена, иначе писались и публиковались тексты, и «Коммерсантъ» сразу стал отличаться от других. Но тогда и время было другое, такое, в котором появлялось очень много чего нового.

Я в «Коммерсанте» от начала и до конца читал только то, что касалось общественно-политической и экономической жизни. Но я также читал и «Московские новости», и журнал «Огонек». Тогда вся пресса была интересная, не то что сейчас, тогда рамки разрешенного были другие и смелость журналистов была другой. Ни с какой газетой у меня не было особо тесных отношений, не было ни любимой прессы, ни любимого телеканала. С руководством «Коммерсанта» в то время не пересекался и не общался, а с создателем газеты Яковлевым-младшим встретился уже в этом веке, а не тогда. А вот с корреспондентами «Коммерсанта» встречался часто, давал интервью, отвечал на вопросы. Статьи «Коммерсанта» меня никогда не обижали, так что шрамов от материалов «Коммерсанта» не осталось.


Сергей Станкевич, советник президента РФ по политическим вопросам:

— Говоря о том «Коммерсанте», нельзя не вспомнить имя его основателя Владимира Яковлева. Он, как настоящий подвижник, носился с идеей возрождения газеты «Коммерсантъ». Она была его любимым детищем и специалиста, и энтузиаста. А появление «Коммерсанта» в то время было невероятно важно, в России только начиналось возрождение и становление цивилизованного предпринимательства. По инерции советского восприятия отношение к коммерсантам было как минимум подозрительное, да и само слово звучало не совсем привычно, а уж занятие предпринимательством все еще было уголовным преступлением. Это было время жульнической коммерческой деятельности, вольница дикого рынка. Поэтому идея пропаганды цивилизованного предпринимательства, защита достойных его представителей была очень важной.

Все это появилось в «Коммерсанте», он сразу стал почти обязательным для ежедневного прочтения и был на столах у очень многих чиновников, что я могу подтвердить как непосредственный свидетель. Я и сам ежедневно читал газету, не всегда от корки до корки, но точно большую часть.

«Коммерсантъ» активно обсуждал политику и не был подобострастен ни к кому из представителей власти, не стеснялся критиковать и обрушиваться на любые произвольные действия власти, которых было полно. На меня в погромном варианте газета ни разу не наезжала, но критиковала часто. Но, насколько я знаю, никто после критики не начинал разбираться, почему газета позволила себе критиковать или перешла границу дозволенного.

«Коммерсантъ» никогда не страдал тягой к желтизне. Стиль, заданный с самого начала, был элегантным, подчеркнуто объективистским, с трезвыми взвешенными комментариями. «Коммерсантъ» всегда предоставлял возможность ответить, использовал различные точки зрения, для него стала нормой цивилизованная журналистика, в отличие от основной массы тогдашней печати, продолжавшей работать в советском стиле.

«Коммерсантъ» привлек не только очень талантливую молодежь, но и специалистов, тех, кто раньше не имел отношения к журналистике. И этот журналистский коллектив сразу стал очень заметен. Многие выходцы из того «Коммерсанта» стали звездами нашей журналистики. И пребывают в этом качестве до сих пор.


Фото: Сергей Самохин

Константин Боровой, президент Российской товарно-сырьевой биржи (РТСБ):

— На первом этапе «Коммерсантъ» был газетой слегка желтоватой. Но меня она устраивала. Российская товарно-сырьевая биржа развивалась вместе с «Коммерсантом», еженедельные пресс-конференции РТСБ для газеты были одним из источников новостей, всегда очень подробных. Кроме того, эти пресс-конференции были чем-то вроде обучающих семинаров для журналистов. Я даже предложил некоторым из них поработать на бирже в качестве брокеров, они с удовольствием согласились, например, Миша Бергер. Позже он пытался создать похожее на «Коммерсантъ» издание, но оно не было настолько же успешным.

Иногда приходившие на наши пресс-конференции журналисты «Коммерсанта» меня веселили. В полусоветской Москве начала 1990-х первые этажи зданий были заняты учреждениями, а я говорил журналистам, что скоро эту нишу займут магазины, рестораны, кафе, что появятся такие рестораны, как «Лондон», а не только носящие имена столиц государств социалистического лагеря. Говорил, что россияне будут просыпаться и первым делом смотреть котировки рубля к доллару, котировки акций. Они не верили, смеялись, а меня веселило их неверие.

Газета «Коммерсантъ» была необычной для тех времен. На ее страницах публиковалось много фантазий, гипотез, однако все это было нормально для свободной прессы, освещавшей события новой, рыночной экономики. Взгляд «Коммерсанта» на события на рынке был иногда слегка поверхностным, но это были не проклятья в адрес грабителей-капиталистов, а анализ. Например, первые котировки начал публиковать именно «Коммерсантъ».

Газета заняла в информационном поле нишу, которая до этого пустовала. Да и позже многие пытались делать похожие издания, но беспристрастность «Коммерсанта» была отличительной чертой и очень сильной стороной газеты. В то время многие средства массовой информации уже начинали ложиться под крупных предпринимателей. А «Коммерсантъ» был изданием самодостаточным в экономическом смысле, рентабельным, он мог себе позволить не зависеть от конъюнктуры, не выступать на стороне тех или иных предпринимательских групп. Газета защищала рыночную экономику, вызывавшую конфликт в обществе, которое только начинало воспринимать ценности рынка.


Геннадий Бурбулис, госсекретарь России:

— Вспоминаю с благодарностью поздравления с днем рождения, которые получал со страниц «Коммерсанта», иногда их автором был Юлий Гусман. Если шире, то государственные деятели, публичные люди обязаны относиться к прессе терпимо, терпеливо, уважительно, понимать, что оценки могут быть не совсем адекватные, но они обязаны быть. Оценки творческого человека всегда субъективны, но в этом его природа. К тому же есть такая пословица: для публичной фигуры любое упоминание — в копилку. Надо только уметь достойно воспринимать и хулу, и хвалу.

С первых шагов «Коммерсантъ» был изданием в высшей степени профессиональным, информативным, аналитическим. Картина реальности, которую предоставляла газета, помогала понять что-то новое, у издания с самого начала было свое лицо.

«Коммерсантъ» побуждал читателей, особенно постоянных, вырабатывать вдумчивый системный взгляд на себя, на страну, на мир, не спешить безусловно принимать какую-то точку зрения, проникаться ненавистью или восторгом. С помощью этого издания мы учились культуре мыслить, культуре выражать свои мысли в слове, не стесняться своей позиции, учились культуре диалога.


Фото: Александр Тимошенко, Коммерсантъ

Владимир Жириновский, лидер Либерально-демократической партии России (ЛДПР):

— Помощники подсчитали, что с 1991 года в газете «Коммерсантъ» мое имя упоминается в 3670 статьях. Вся моя жизнь на ваших страницах! Конечно, неоднократно были какие-то ошибки или перегибы, потому что у вас много журналистов, которые сочувствуют западным демократам, и они меня критикуют, хотя должны быть беспристрастными. Несколько раз мы оспаривали какие-то отдельные публикации, много раз я вам в редакцию письма направлял. Всякое за 25 лет было. Но в целом, конечно, «Коммерсантъ» держит марку и пишет взвешенно, объективно. Большинство статей, которые касались меня или ЛДПР, написаны честно.

Мне запомнилась история, когда «Коммерсантъ» напечатали на рулонах туалетной бумаги и раздавали на улице. Так и осталось загадкой, то ли ваши пиарщики такую рекламную кампанию устроили, то ли против вас кто-то хотел сработать. Помню, как однажды газету выпустили с пустыми страницами, только на первой полосе вверх ногами было опубликовано опровержение одной из прошлых статьей. Такая протестная акция была заметная.

Многие политические термины вошли в обиход с легкого пера ваших журналистов. Например, выражение «большая двадцатка» (о переговорах лидеров крупнейших стран) вошло в употребление после статьи в «Коммерсанте». Но корреспондент неправильно понял аббревиатуру G20, он подумал, что это Grand 20, хотя это Group of 20.

Если вернуться к событиям 25-летней давности, то «Коммерсантъ» стал первой газетой с явным деловым стилем, подчеркнутым нейтралитетом к сторонам. Мы тогда привыкли к советской прессе, которая была очень формализована, и к прессе новой волны, которая во многом была распоясавшейся, журналисты слов не выбирали. А «Коммерсантъ» оказался на золотой середине: без лишнего официоза, но и без неоправданных эмоций. Такой образец классической прессы. Многим тогда было лестно попасть на страницы такого издания.


Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

Константин Эрнст, ведущий программы «Матадор»:

— Мне запомнилась моя фотография в роли Фассбиндера, она была опубликована на первой полосе. Правильно ли обо мне писали? Да, думаю, правильно. Иногда ошибались, но не по злому умыслу, а потому, что не были настолько погружены в фактуру нашего рынка. Страсть публиковать фотографии в дурацких и смешных ракурсах сначала раздражала, а потом забавляла.

Первые выпуски газеты вызывали у меня чувство предвкушения: вот сейчас я все это прочту. Это было настолько непохоже на все советские газеты! Это было живо, остроумно, талантливо и информативно. И первые номера «Коммерсанта» были для меня одним из важнейших сообщений, что мы живем в другом времени. А запомнились, конечно же, в первую очередь заголовки. Например, «Референдум прошел. И плебисцит с ним...».

Для меня в 90-е существовали две газеты: «Коммерсантъ» и «Независимая». И «Коммерсантъ» выполнял роль драйверского СМИ, равного телевидению. Как минимум для людей, которые меня окружали, с которыми я общался.


Гарегин Тосунян, председатель правления Технобанка:

— В начале 1990-х «Коммерсантъ» был явлением перехода от советской прессы к новому времени, было интересно читать нестандартное, живое преподнесение материала, яркое, эмоциональное. Такая манера подачи новостей вызывала симпатию, без «Коммерсанта» просто нельзя было.

Всю газету не читал никогда, некоторые разделы меня просто не интересуют. Но я обязательно изучал первую страницу, на которую выносились, как и сейчас, самые актуальные проблемы.

По поводу материалов обо мне к «Коммерсанту» у меня не было никогда особых претензий. Пару раз были похожие на заказные статьи, но я не обижался, внимания не обращал: пресса есть пресса, и там работают разные люди. Да и на общем фоне это было очень редко. В текстах «Коммерсанта» я вообще не встречал уклона в сторону хвалебности или, наоборот, порицания ни по отношению ко мне, ни к кому-либо еще. Всегда была и есть ровная, спокойная и объективная информация, трезвый, близкий к объективности взгляд.


Николай Рыжков, советник Военно-промышленной инвестиционной компании и Тверьуниверсалбанка:

— Я уже не помню, как я впервые познакомился с «Коммерсантом», но вот уже более двух десятков лет выписываю две газеты: «Коммерсантъ» и «Независимую газету». Самое главное, что это не бульварное, а грамотное издание, поднимающее серьезные темы и качественно их освещающее. Всегда интересна первая полоса, основные публикации номера, как и две следующие с новостями политики и экономики. Иногда читаю публикации о криминальной жизни страны и всегда удивляюсь: что же такое у нас в государстве происходит? Мало читаю сообщений из-за рубежа, особенно из соседних государств, но вот все, что касается российско-американских отношений, мне интересно.


Евгений Ясин, директор экспертного института РСПП:

— У меня к «Коммерсанту» никаких претензий нет. Это нормальная, хорошая газета, выдерживающая сбалансированную линию, чтобы не ссориться с властью, и в то же время интересно рассказывающая о происходящих событиях так, чтобы люди сами могли делать выводы о возможных результатах нашей политики.

Я 25 лет выписываю «Коммерсантъ». Конечно, от корки до корки осилить не успеваю. Обычно читаю первые четыре страницы, где размещены материалы об экономике и политике. Но пролистываю номер полностью.

В начале 90-х “Ъ” был одним из примеров демократической прессы, он во многом служил примером для будущих СМИ. Но тогда была другая история. Сейчас другое время и другие СМИ.


Павел Медведев, председатель подкомиссии Верховного совета РФ по банкам:

— «Коммерсантъ» всегда вызывал у меня положительные эмоции. Даже сейчас, если нужно посмотреть какую-то финансовую или экономическую новость, я ищу ее здесь, так как знаю, что на страницах этой газеты она будет написана максимально точно и грамотно. Так же было и в 90-х. И тогда «Коммерсантъ» был грамотной газетой, на вес золота, таких почти не было. Многие газеты, журналы, телеканалы перевирают же не потому, что они вредные, а потому только, что не понимают. «Коммерсантъ» понимает, поэтому для меня всегда был надежным источником информации.

Подготовили Елена Федотова, Дмитрий Спиридонов, группа «Прямая речь»


Двадцатипятилетний «Коммерсантъ»

В декабре 2014 года «Ъ» исполнилось 25 лет. Из еженедельника, ставшего символом 90-х, народная память сохранила тяжеловесные таблицы с биржевыми ценами и валютными курсами, серьезные экономические обзоры, остроумные заголовки и политические колонки на злобу дня. Пришло время дополнить эту картину. Только не смейтесь.

Читать далее

Материалы по теме:

Комментировать

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы
все проекты

обсуждение