Коротко

Новости

Подробно

Фото: Алексей Куденко / Коммерсантъ   |  купить фото

Суд на поздней стадии

Онкопациенты пытаются отстоять право на диагноз

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 4

В Забайкалье супруги Ольга и Сергей Машуковы подали в суд на местную больницу, утверждая, что врачи в течение семи лет не замечали рак щитовидной железы у их дочери. Проверкой действий медиков, заявили “Ъ” в Минздраве, займется и Росздравнадзор. Юристы утверждают, что шансы выиграть такой процесс составляют не более двух-трех процентов. Проблема несвоевременной диагностики онкозаболеваний — крайне актуальная для России тема — была поднята два месяца назад в ходе прямой линии с президентом Владимиром Путиным. Впрочем, на сложившуюся практику, говорят эксперты, это не повлияло.


1 млн руб. в качестве компенсации морального вреда потребовали Ольга и Сергей Машуковы из города Борзя (Забайкальский край) от районной больницы и краевого департамента госимущества: педиатр, в течение семи лет наблюдавший их дочь Ирину (ей сейчас 15 лет), не диагностировал рак щитовидной железы. «У девочки были постоянно воспалены лимфоузлы — на шее и под мышками. Порой она даже не могла опустить руки, настолько они раздувались»,— рассказывает адвокат правозащитной организации «Зона права» Анастасия Коптеева, представляющая интересы истцов. К онкологу девочку отправили только в апреле 2016 года. В краевом онкологическом диспансере был поставлен диагноз — папиллярный рак щитовидной железы второй степени. Спустя полтора месяца в Федеральном научно-клиническом центре детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Дмитрия Рогачева в Москве Ирине удалили щитовидную железу, пораженную метастазами.

«Доказать врачебную ошибку крайне сложно, но здесь есть ясные доказательства»,— говорит госпожа Коптеева. Выявленный тип рака развивается долго, говорится в заключении судебных экспертов Центра независимой медико-социальной экспертизы из Новосибирска, поэтому, по всей вероятности, онкология возникла у ребенка давно. «Эксперты подчеркнули, что в медкарте нет клинического описания лимфоузлов, а педиатр не направлял пациента на первичный осмотр к онкологу»,— говорит адвокат. Она критикует уровень профессионализма врачей в регионе: в июле 2016 года врач Борзинской ЦРБ провел УЗИ шеи пациентки и описал нормальную щитовидную железу, хотя на тот момент она уже была удалена. Кроме того, родители подозревают медиков в сокрытии доказательств: в медкарте ребенка пропали листы с записями с 2009 по 2015 год. «Суд по нашей просьбе запросил у Забайкалмедстраха информацию об оказании услуг пациенту за этот период»,— пояснила госпожа Коптеева. На первом заседании суда представители больницы не признали свою вину. Следующее заседание состоится 6 сентября.

«Шанс выиграть суд, при условии что позиция истца обоснована,— два-три процента»,— пояснил “Ъ” медицинский адвокат, эксперт «Лиги защитников пациентов» Дмитрий Айвазян. Он говорит, что жалоб на неверное диагностирование и лечение очень много, но еще больше пациентов, которые не понимают, что их права нарушаются. «Кроме того, врачи не заинтересованы диагностировать болезни, лечение которых требует больших денежных вложений. А лечение онкологии может съесть весь бюджет больницы, особенно в регионах»,— говорит господин Айвазян.

Госпожа Коптеева рассказала, что сомневалась, надо ли браться за дело жителей Борзи. Надежда на победу у нее появилась после прямой линии с президентом Владимиром Путиным 15 июня этого года, на которой жительница города Апатиты заявила о несвоевременном диагностировании онкологии — у нее выявили рак четвертой стадии. Владимир Путин сообщил, что и его отцу врачи слишком поздно поставили диагноз. «Случай, обнародованный в ходе горячей линии,— очень типичная история, только девушке повезло: она добралась до президента. А что делать остальным? К сожалению, после этой прямой линии ничего не изменилось к лучшему»,— сообщила “Ъ” Ольга Гольдман, директор «Службы “Ясное утро”« (ранее АНО «Проект СО-действие»), оказывающей комплексную поддержку онкологическим больным.

Статистика звонков на федеральную горячую линию для онкобольных 8–800–100–01–91, говорят эксперты, показывает рост жалоб примерно на 3% по сравнению с прошлым годом. «В 2016 году было 30 тыс. обращений. 31% — это жалобы на оказание медпомощи, еще 20% — вопросы по поводу льготного получения лекарств»,— говорит госпожа Гольдман. В конце прошлого года служба провела опрос онкобольных в Москве, и 48% респондентов ответили, что больше месяца ушло у врачей на выявление рака, а 12% больных узнали свой диагноз через полгода и больше. «И это Москва, тут ситуация лучше, чем в регионах»,— подчеркнула госпожа Гольдман. Предложения пациентам отстаивать свои права в суде она называет жестокими: «Онкобольной не может ходить по судам, он тратит время и средства на поиск лекарств. У нас единичные случаи, когда что-то отсуживают, но в основном иски подают родственники».

В Минздраве России сообщили “Ъ”, что уделяют повышенное внимание каждому случаю несвоевременного и некачественного оказания медпомощи, и пояснили, что информацию об иске в Борзе направили в Росздравнадзор. В ведомстве подчеркнули, что выявление рака на ранних стадиях — важный фактор успешного лечения, и на это направлен профилактический осмотр населения. «В 2016 году, благодаря активизации онкологического поиска, проводимого в рамках возобновленной с 2013 года диспансеризации, 55% злокачественных новообразований были выявлены на первой-второй стадиях»,— указали в Минздраве.

Анастасия Курилова


Комментарии
Профиль пользователя