Коротко


Подробно

Фото: Дмитрий Лебедев / Коммерсантъ   |  купить фото

Крамолоборцы

Никита Аронов познакомился в Белгороде с кибердружинниками и их деятельностью

В Белгородской области первыми в России узаконили кибердружины — отряды добровольцев по поиску "опасной" информации в интернете. Теперь крамолу в Сети выявляют под руководством чиновников, которые говорят: "Проект у нас закрытого типа". К начинанию пригляделся "Огонек".


Никита Аронов


— Это у нас называется готовый материал,— Александр Мельников демонстрирует на экране папку с документом и двумя картинками. В документе ссылка на профиль "В контакте" белгородца Александра Л., на картинках — скриншоты крамольных сообщений с его страницы. Один — возмущение в адрес президента, другой — обидное про "Единую Россию". "Готовый материал" Мельников сегодня отправил в Управление МВД по Белгородской области.

Полноватый, основательный, в белой рубашке Александр — председатель белгородской общественной организации "Городская молодежь", а теперь еще и главный в городе кибердружинник. Его подопечные занимаются тем же, чем другие официальные молодежные активисты по всей стране: у них флешмобы, концерты, поиск просрочки в магазинах, субботники, помощь ветеранам. Некоторые даже патрулируют город вместе с полицией. Но вот стало нужно помочь правоохранительным органам и в виртуале. Сам Александр человек сознательный, а вот его соратникам, признает он, мотивации не хватает:

— Мы надеемся, что для нас придумают какую-нибудь систему поощрения. А то текучка большая. С января через проект прошли 70 наших активистов, а осталось пять, вместе со мной — шесть. Оказалось, что студенты психологически не готовы к такой нагрузке. Да и мне эта работа, если признаться, быстро надоедает.

Борьба с крамолой в Сети — занятие не из веселых. Каждый день Александр со товарищи механически, одну за другой просматривают странички молодых жителей Белгорода. Поскольку молодежи тут 44 тысячи человек, а дружинников шестеро и странички постоянно обновляются, работа здорово напоминает перенос воды в решете.

Семеро в приграничье


Кабинет в городском управлении молодежной политики Александр Мельников делит с руководителем "Ассоциации молодежи города Белгорода" Сергеем Селищевым. Тот тоже кибердружинник, но особый — в интернете он сражается с экстремизмом, не отвлекаясь на подростковые самоубийства, наркоторговлю и прочее сетевое зло.

Всего дружинников у него семеро. Но поскольку борьба с экстремизмом — дело опасное, все, кроме Сергея, свои лица и фамилии тщательно скрывают. По словам командира, в отряде и юноши, и девушки. Некоторые — студенты-айтишники, но есть и один будущий учитель физкультуры. Почти все — активисты, которых Сергей знает давно и лично. "Проект у нас закрытого типа",— поясняет он. За пять месяцев работы в кибердружину со стороны приняли только одного человека. Остальных Сергей бдительно отмел как провокаторов и потенциальных шпионов.

Опыт конспиративной работы в Сети у Сергея уже был. В 2013 году он работал белгородским координатором Медиагвардии — проекта "Молодой гвардии Единой России" по борьбе с вражеской пропагандой в интернете. Там царила еще более жесткая конспирация.

— Куратора Медиагвардии в регионе знают только три человека: московский куратор, руководитель регионального штаба и его заместитель,— серьезно произносит Сергей.

Он чувствует себя на передовой.

— Территория у нас приграничная. И в наших белгородских сообществах зарегистрированы порядка 500 украинских аккаунтов. В любое время они могут активизироваться. Если они будут знать аккаунты моих ребят и ребят из Медиагвардии, они могут просто одновременно вырубить все наши учетные записи, поскольку "В контакте" достаточно 50 жалоб на аккаунт, чтобы заблокировать его на сутки в автоматическом режиме. Этих суток им хватит, чтобы разместить экстремистские призывы, найти единомышленников и уйти с ними в закрытые Телеграмм-каналы, где мы уже не сможем их отследить,— излагает план предполагаемой кибератаки Сергей.

Но врага он встретит во всеоружии. Ежедневно бдительный командир проверяет все белгородские сообщения с тегами #революция и #долойвласть. Последние три дня, правда, было много ложных срабатываний — один из продавцов биоактивных добавок рекламировал в соцсетях очередную "революцию в здоровом питании".

— Не обо всех людях мы сразу сообщаем в органы. Бывает, что все материалы на странице нормальные и только один экстремистский. Мы пишем такому человеку и сообщаем, что материал надо удалить. У нас есть для этого специальные аккаунты-боты. Многие сразу удаляют...

На счету Сергея немало разоблаченных экстремистов. В одном историческом сообществе, например, посмели говорить, что ветераны Великой Отечественной живут в России "настолько плохо, что в пору разрешать эвтаназию". Он подал сигнал — сейчас сообщество закрыто. Или вот молодая женщина — прикурила в храме от свечки и выложила фотографию в интернет. Сергей помог (он так и говорит — "помог") возбудить дело об оскорблении чувств верующих. В мае нарушительницу осудили, но, приняв во внимание новорожденного ребенка, пожалели и остановились на штрафе. А вот националист, призывавший воевать на Донбассе на стороне Украины, по словам Сергея, уже сидит. Последняя же победа активиста — антифеминистское сообщество "Мужское государство".

— У них там были откровенные призывы к революции, поэтому мы обратились в Следственный комитет,— докладывает Сергей.

Все, кого удалось привлечь к ответственности, писали в социальной сети "В контакте". Ее администрация, отмечает белгородский командир, лучше всего сотрудничает с активистами и правоохранительными органами. А вот Instagram, по его словам, блокирует только призывы к суициду. Еще хуже отклик на сигналы в Facebook: "Там нам обычно отвечают, что их юрисдикция в США и что российское законодательство об экстремизме и терроризме их не касается",— негодует кибердружинник. И почему-то добавляет, что правоохранительные органы тоже могли бы работать получше.

— В конце февраля мы прислали в Роскомнадзор список из 1354 публикаций с материалами из списка признанных судом экстремистскими. Они ответили, что нашли только 570 нарушений,— возмущается Сергей.— А их коллеги из Центра "Э" МВД по тому же списку вообще не нашли ни одного нарушения!

Впрочем, и сам список экстремистских материалов на сайте Роскомнадзора нуждается, по мнению Сергея, в дополнении. Дружинники, например, составили и направили в ведомство перечень из 140 музыкальных композиций, которые нужно срочно запретить за экстремизм. Подборка получилась богатая: от хитов группы "Коловрат", кумира скинхедов 1990-х, до треков 18-летней певицы "Монеточки", скептически отозвавшейся о российской операции в Сирии.

Почистить интернет


А начиналось все в Белгородской губернии, как водится, с защиты детей от вредной информации. С инициативой выступил еще прошлым летом старшекурсник-программист из Старого Оскола, который, к слову, состоял и в обычной народной дружине, ходил в патрули с красной повязкой. Но к тому моменту, как делу дали административный ход, инициатор проекта успел окончить институт и даже уехал работать за границу. Инициативе, впрочем, это не повредило: проект получил координатора — девушку Наталию из районного управления молодежной политики, а в дружину начали собирать первокурсников через студсовет. Название и устав позаимствовали у "Лиги безопасного интернета" — организации православного миллиардера Константина Малофеева (его кибердружины аж с 2011 года ловят экстремистов по всей стране), а потом вышли "в поле" — приступили к изучению в Сети "детско-подросткового контента".

— Вот смотрите, я ищу группы, где предлагают работу курьером на 2-3 часа в день и с зарплатой 40 тысяч. Это объявления наркоторговцев, так они ищут подростков-закладчиков (при торговле незаконными вещами через интернет продавец обычно делает закладку, то есть прячет товар в условленном месте и присылает покупателю фотографии, позволяющие это место найти.— "О"). Находим профиль автора такого объявления и — жалуемся на сайте Роскомнадзора,— объясняет последовательность действий дружинник Сергей Мизынчук.

Он делает скриншот, копирует ссылку, открывает сайт надзорного ведомства и вводит информацию в окошко "прием сообщений". Активисты уверяют, что мониторят "все щели": старооскольские интернет-сообщества поделены между дружинниками по 2-3 на каждого.

Сергей Мизынчук только что окончил первый курс факультета автоматизации и информационных технологий местного филиала МИСиС. Он мечтает перепоступить на профильный факультет, устроиться в органы и бороться с киберпреступностью. А наводить порядок в Сети Сергей начал еще школьником, когда никаких кибердружин на Белгородчине и в помине не было.

— Однажды я наткнулся на сообщество "Как заболеть и не пойти в школу". Там было 1200 детей, которые целенаправленно ломали конечности и наносили себе другие повреждения, чтобы пропустить учебу. Я нашел страницу девочки, которая выложила фотографию, как она сломала себе ногу. Отыскал ее родственников и написал им,— вспоминает свой первый опыт Сергей.

Когда появились так называемые группы смерти, а "В контакте" их еще не блокировали автоматически, белгородские дружинники искали детей, вступивших в суицидальную игру, и писали им, а также их родственникам. Третье после наркотиков и суицидов направление работы — борьба с детской обнаженкой. Современные подростки нередко выкладывают в интернет свои фотографии в нижнем белье, а то и без оного. А потом становятся объектами травли и шантажа. Местное сообщество, куда такие фотографии регулярно попадают, активисты закрывали уже несколько раз.

— Оно как гидра возрождается! Заблокируешь одну группу — вырастают две. В последней версии у них висит предупреждение: детям, беременным женщинам и кибердружинникам вход воспрещен,— рассказывает Сергей.

В Центре психолого-медико-социального сопровождения по Белгородской области регулярно получают от дружинников информацию о проблемных школьниках.

— В этом году они сообщили нам о 28 ребятах, которым грозило самоубийство. Мы обратились к их родителям через школы. И двоим детям действительно понадобилась помощь врачей. Сигнал кибердружины — это еще не факт, что опасность действительно есть, но точно повод насторожиться,— уверена в эффективности работы сетевых активистов руководитель центра Екатерина Викторова.

Недавние депутатские инициативы по поводу входа в интернет по паспортам и запрета подросткам пользоваться социальными сетями оскольские дружинники совсем не одобряют. Интернет нужно не закрывать, а наводить в нем порядок, считают активисты.

— Я захожу в интернет с целью очистить его,— признается Сергей.— По уму, это должно бы делать государство. Но правовая база настолько устарела, что заблокировать многие вредные ресурсы практически невозможно.

В каждом районе


Оскольская дружина с прошлого лета работала в качестве эксперимента. Потом опыт решили распространить на всю область.

— В январе-феврале мы основали дружины во всех 22 муниципальных образованиях области. Им назначены координаторы из центра молодежных инициатив и районных управлений по делам молодежи,— рассказывает глава управления молодежной политики Белгородской области Максим Чесноков.— Все данные стекаются в наш информационный центр.

Тяжело пришлось в маленьких муниципалитетах. Например, в Красненском районе молодежи — всего 2,5 тысячи человек, и только одна полуживая группа "В контакте". С немалым трудом удалось найти одного активиста, к которому сразу приставили координатора.

А 22 мая губернатор Белгородской области подписал первый в стране регламент по взаимодействию с кибердружинами. Районным администрациям и образовательным учреждениям теперь рекомендовано создавать, развивать дружины и поощрять активистов. Областной Центр молодежных инициатив обязан принимать все сигналы кибердружинников и реагировать на них в течение 10 дней. В тот же срок должны отвечать активистам и местные органы власти.

Для районных дружинников в Белгороде проводят регулярные семинары. Детские психологи учат отличать опасные игры от суицидального поведения. А сотрудники Центра религиоведческих исследований и профилактики экстремизма кафедры философии и теологии социально-теологического факультета БелГУ (есть в Белгороде и такой) объясняют, как правильно выявлять экстремистов.

По официальной статистике, в белгородские дружины набрали уже более 400 человек. КПД их, правда, невысок — за первые пять месяцев 2017 года 400 кибердружинников выявили всего 805 материалов "возможно противоправной направленности", как аккуратно пишут чиновники. По наводке дружинников Роскомнадзор заблокировал 392 пользователя и сообщества. 381 жалобу направили администраторам "В контакте", 47 сигналов — детским психологам, а 261 сообщение — в УМВД по Белгородской области.

— По итогам года будем награждать самых активных и эффективных участников,— говорит Максим Чесноков.— Наверное, это будут планшеты или смартфоны — что еще сегодня нужно кибердружинникам?

Новая профессия


На втором этаже бюджетного учреждения "Центр молодежных инициатив" располагается тот самый информационный центр кибердружин. Здесь за ноутбуками сидят Лев, Инна и Настя. Лев только что после армии, Инна как раз из декрета, а Настя еще недавно курировала разные молодежные мероприятия. Все они работают в новом подразделении только две недели, но фотографироваться и называть фамилии уже категорически отказываются.

— Понимаете, к проекту неоднозначное отношение, ребят уже и павликами морозовыми называли, и доносчиками,— объясняет курирующий все дружины заместитель Максима Чеснокова Павел Максимов.

Все заняты делом. Инна ведет обширную переписку "В контакте" с активистами из районных дружин. Лев ищет в Сети сообщества про кровь, смерть и автомобильные аварии. А у Насти, девушки с ярко-красным маникюром и густо татуированными руками, на мониторе наклеена табличка-напоминалка "не забыть осмотр районов". И Настя не забывает. Сейчас она изучает жителей райцентра Вейделевки. Это поселок городского типа на 6412 человек. Настя ставит "В контакте" выборку: населенный пункт — Вейделевка, возраст — до 18 лет. И методично просматривает все подозрительные профили.

— Вот у девушки глаза рукой закрыты. Может быть, это ничего не значит, сейчас модно так фотографироваться. Но на всякий случай проверим,— комментирует Настя.

Время идет. В час дня девушки встают и уходят: "Извините, у нас обед". Но это ничего, после обеда они снова вернутся и займутся делом. И каждый день татуированная Настя будет читать странички школьников и школьниц Белгородской области. Восемь часов в день с перерывом на обед. Пять дней в неделю. Такая у Насти теперь работа...

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы

Социальные сети

все проекты

обсуждение