Коротко


Подробно

Фото: Алексей Куденко / Коммерсантъ   |  купить фото

Правила игры

распутывает из шелков глава азиатской программы Московского центра Карнеги Александр Габуев


Президент Владимир Путин отправляется в Пекин на первый в истории саммит стран Шелкового пути. Его позвал лично председатель КНР Си Цзиньпин, для которого это мероприятие — важная веха накануне осеннего съезда Компартии, где он намерен расставить на ключевые позиции своих людей и начать готовить свой внеплановый третий срок. Учитывая важность отношений с Китаем в условиях санкций, а также личную дружбу с лидером КНР, не поехать в Пекин президент Путин не мог.

Впрочем, у российского руководства были и другие веские причины: 8 мая 2015 года президент Путин и Си Цзиньпин подписали в Кремле заявление о сопряжении Шелкового пути с Евразийским экономическим союзом. Ожидалось, что китайские компании будут строить трансконтинентальные маршруты доставки грузов в ЕС, выносить заводы, тянуть трубы, кабели и оптоволокно и что большая часть этих новых артерий пройдет через Россию и страны ЕАЭС, и в результате на них прольется дождь инвестиций и льготных кредитов.

Начало было бодрым. Первый вице-премьер Игорь Шувалов передал китайцам список почти из 80 инвестпроектов, Евразийская экономическая комиссия очень бойко начала переговоры с Китаем об устранении нетарифных барьеров для торговли — прорыв в "повороте на Восток" должен был вот-вот произойти.

Два года спустя можно констатировать, что этим надеждам не суждено было сбыться: в условиях торможения экономики КНР и роста плохих долгов китайцы — и без того непростые переговорщики — стали еще прижимистее. Льготные кредиты и инвестиции из Фонда Шелкового пути увидели только НОВАТЭК и СИБУР, где акционером является давний знакомый президента, глава Российско-китайского делового совета Геннадий Тимченко. На этом история успехов пока заканчивается.

Саммит Шелкового пути вроде бы давал уникальную возможность подтолкнуть зависшие проекты. В Москве многие надеялись, что, раз мероприятие так важно для Си Цзиньпина, Пекин пойдет на уступки по условиям сделок, чтобы обеспечить подписание красивых соглашений к важной дате — например, даст денег на ВСМ Москва--Казань. Однако первые же попытки прощупать китайцев окончились неудачей: они сразу дали понять, что никакой халявы по случаю саммита не предвидится.

В чем же причина? Мои китайские собеседники говорят, что сделок для успеха саммита и не нужно — он заранее объявлен крайне удачным. Китайский агитпроп уже подготовил картинку полного триумфа товарища Си, а наличие или отсутствие бизнес-проектов ее не меняет — так зачем же идти на реальные уступки россиянам? Впрочем, не нам в России удивляться такому подходу к организации триумфов на высшем уровне.

Газета "Коммерсантъ" №79 от 05.05.2017, стр. 7

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы
все проекты

обсуждение