цена вопроса
После 11 сентября можно было сомневаться в чем угодно, кроме будущего спецслужб. Поставленная во главу угла мировой политики борьба с терроризмом, местами переходящая в войну, ложилась главным образом на плечи борцов незримого фронта. Казалось, во имя этой высокой цели американские избиратели и их представители готовы заплатить спецслужбам любую цену — в прямом и переносном смысле. Их рейтинг должен приблизиться к подскочившему до 90 пунктов рейтингу Буша.Прозвучавший сразу после трагедии осторожный вопрос, как же это ребята из ФБР и ЦРУ проворонили террористов, ну они-то должны были хоть что-то знать, утонул в горе, выглядел неуместным на фоне единого порыва нации ("We shall overcome!"), был сознательно забыт, пока доблестные американские парни сражались в Афганистане. Но только наивный мог предположить, что американцы так и не вернутся к этому вопросу. Всему свое время.
Когда недели три назад началась массированная атака прессы на Белый дом (им докладывали, они знали о готовящихся терактах, но не реагировали), стало понятно — началось. Политкорректная пауза после трагедии закончилась. Пресса взялась за всех — за Белый дом, ЦРУ, ФБР, АНБ, минюст. Вцепилась как клещ и теперь не отцепится, пока не получит ответы на вопросы: кто что знал, кто кому что докладывал, кто на что как реагировал. И это в тот момент, когда американские спецслужбы считали, что вопрос о расширении их полномочий и снятии ряда правовых ограничителей, всюду и всегда мешающих работе спецслужб, практически решен в их пользу. Ситуация нарастала как снежный ком. Каждый день статьи в крупнейших газетах, первые полосы в еженедельных журналах, центральные сюжеты в новостных программах.
Прежде чем продолжить борьбу с терроризмом в максимально удобном для них правовом и финансовом режиме, спецслужбам США предстоит пройти через чистилище расследования комиссии конгресса — сначала в закрытом, а потом в открытом режиме. И поверьте, будут названы виновные, какие бы посты они ни занимали и где бы ни работали — в Лэнгли или в Белом доме.
Это будет поучительная история, наблюдая за которой российские спецслужбы перекрестятся — хорошо, что мы не в Америке. Что в переводе с русского на русский означает: да пропади она пропадом, эта демократия, если ей надо платить такую дань. Какие-то вшивые депутаты будут решать, как нам работать. А террористы в это время делают что хотят. Самое удивительное, что приблизительно так же в России рассуждают и законодатели. Поэтому мы и не знаем, что такое парламентское расследование. И если на заре перестройки еще играли в демократию и пытались провести нечто подобное, например, по трагедии в Тбилиси (правда, безрезультатно), то теперь даже и думать об этом забыли. Да и избиратели наши готовы защищать права смелых ребят из спецслужб больше, чем собственное право хотя бы знать, кто же, скажем, виновен во взрывах домов в России в 1999-м. Может быть, поэтому в Америке в большинстве случаев есть ответ на вопрос "Кто виноват?", а у нас этот вопрос всегда риторический.