Коротко


Подробно

Новые книги

Выбор Игоря Гулина

Джонатан Брукс Платт Здравствуй, Пушкин!


Книга американского историка и теоретика культуры Джонатана Платта посвящена знаменитому пушкинскому юбилею 1937 года. История вполне известна: на фоне ажиотажа второй пятилетки, партийных чисток, показательных процессов руководители советской культуры вдруг решили превратить столетие со дня гибели дореволюционного поэта в грандиозное всесоюзное торжество. Еще недавно отношение к Пушкину было крайне неоднозначным: в нем признавали мастера слова, показательного представителя передовой части своего класса и одновременно порицали за аристократизм, компромиссы, недостаточную вовлеченность в освободительное движение, ценность его наследия для людей социализма постоянно ставилась под вопрос. Однако во второй половине 30-х эти метания заканчиваются, Пушкин становится иконой, искупительной жертвой во славу будущей счастливой жизни, ядром национальной культуры, звучащим сквозь века голосом, освобождающим плененные тьмой народы. Именно тогда — в сталинских чествованиях — рождается тот Пушкин, к которому мы привыкли на школьных уроках и в массовой культуре. Однако это изобретение классика для культуры, все еще ориентированной на революционную новизну и борьбу с пережитками старого мира, конечно, было довольно проблематичным и двусмысленным. Эти проблемы и интересуют Платта в первую очередь. Он анализирует юбилейные статьи в газетах и выступления на митингах, написанные к празднику стихи, картины и романы, фильмы и театральные постановки, учебные методички и даже серьезные научные исследования. Их цель — найти мертвому поэту место в мире победившей и продолжающей побеждать революции. Здесь возникает определенная двусмысленность. Платт описывает ее как борьбу двух установок — монументализма и эсхатологии, стремления вписать сегодняшний день в большую историю с заверяющими ее течение фигурами великих и, наоборот, революционной страсти к разрывам, абсолютной уникальности момента, освобождению от мертвого груза прошлого. Фигура Пушкина не принадлежит целиком консервативному повороту. Напротив, она служит причудливому соединению этих двух модальностей: Пушкин одновременно застывает вековым монументом и разрывает время, протягивая руку строителям коммунизма, остается навеки утраченной жертвой и воскресает для новой жизни. Поэт превращается в фантасмагорическую фигуру, зависающую между вечным искусством и повседневной политикой, миром мертвых и живых, проклятым прошлым и идеальным будущим. Книга Платта, будучи серьезным научным исследованием, читается как фантасмагорическая повесть о приключениях этой ожившей статуи.

Издательство Европейский университет
Перевод Якова Подольного


Клод Леви-Стросс Узнавать других


Маленькая книжка великого французского антрополога — три лекции, прочитанные им в Японии в 1986 году. Лекции эти как бы публицистические, предназначенные для непосвященной публики, но не подразумевающие никакого упрощения. "Узнавать других" может стать замечательным введением и в идеи Леви-Стросса, и в антропологию как таковую. Лейтмотив книг: народы и культуры, которые мы считаем отсталыми, стоящими ниже нас на ступенях прогресса, такими вовсе не являются. Линейный прогресс — очень относительная вещь, и каждая цивилизация видит его по-своему, с точки зрения более интересующих ее целей. Достижения в одном покупаются потерями в другом — и высокая техническая культура, и географическая экспансия европейцев куплены ценой болезней и утраты эволюционной мобильности. И одновременно — при всей своей разности — разные культуры решают одни и те же проблемы. Так, одна из самых любопытных главок посвящена сравнению сложнейших репродуктивных стратегий и практик в "примитивных" обществах (брат берет жену умершего брата, чтобы родить ему детей, и т.п.) с современной западной полемикой об искусственном оплодотворении. То, что выглядит с обывательской точки зрения дикостью, оказывается сложной системой решения вопросов, к которым наша культура только подходит. Антропология оказывается здесь не только наукой, методом изучения, но и школой внимания — этической и даже политической позицией.

Издательство Текст
Перевод Елизаветы Чебучевой


Муми-тролли. Полное собрание комиксов Туве Янссон. Том 5


В этой книге собраны последние три комикса, написанные Туве Янссон. Отныне Муми-тролль-канон представлен по-русски целиком. Эти истории занимают в нем странное место. Хотя изначально главный герой появился именно в картинках, к систематическому рисованию комиксов Янссон вернулась в середине 50-х по предложению своих британских издателей. Тем показалось, что для более стойкой популярности ее романов на англоязычном рынке "Муми-троллей" стоило бы перенести в более легковесный формат. Янссон стала выдумывать про своих героев еженедельные газетные стрипы — частично облегченные пересказы романов, частично — самостоятельные истории. Но даже там, где сюжеты совпадают с известными книгами (это хорошо видно по входящей в пятый том рисованной версии "Волшебной зимы"), царит совсем другой дух. Это как бы оборотная страна романов Янссон. Если там мир выдуманных зверьков вмещает целую большую европейскую литературу от эпических приключений до экзистенциалистских раздумий, то здесь никакой серьезности, никакой скрытой тревоги и печали. Вместо этого — карнавал, бездумная жанровая игра, бесконечные каламбуры и остроты, зачастую совсем не детские. К примеру, в книге есть сюжет про психоаналитика, пытающегося добраться до бессознательного обитателей Муми-дола. Остается общая для вещей Янссон догадка: мир необъясним и немотивирован, даже пытаться понимать его глупо, играть гораздо разумнее.

Издательство Zangavar
Перевод Анастасии Берсеневой


Журнал "Коммерсантъ Weekend" от 07.04.2017, стр. 31
Комментировать

рекомендуем

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы

Социальные сети

все проекты

обсуждение