В этот день на центральной площади города Флоренции были свалены в огромную кучу и сожжены многочисленные предметы светского обихода: косметика, определенные книги, зеркала, модная одежда, игральные карты, произведения искусства и даже музыкальные инструменты — предметы «роскоши», которые так или иначе могли склонить человека к «греху». Это мероприятие было названо очередным «костром тщеславия» и организовано доминиканским монахом Джироламо Савонаролой, который в те годы фактически правил Флоренцией.
Не случайно «Костер тщеславия» 1497 года пришелся на традиционный в итальянской и некоторых других европейских культурах праздник под названием «Жирный вторник»— последний день перед католическим Великим постом, аналог восточнохристианской Масленицы. В этот день устраивают карнавал и прочие праздничные и кулинарные мероприятия, люди объедаются, особенно сдобной выпечкой, и веселятся. На этот раз Савонарола, который вел подчас беспощадную борьбу с «нравственным упадком» и наплывом светско-гуманистических идей, решил развлечь публику «Костром тщеславия». Впрочем, к этому времени подобные костры стали во Флоренции привычным делом: Савонарола стал их жечь с 1495 года.
Большая часть предметов роскоши, сжигавшихся в этом костре, была по-разбойничьи отобрана у горожан толпами сочувствующих Савонароле фанатиков. Кто-то уничтожал имущество и добровольно. Существует легенда о том, что два великих флорентийских живописца, Сандро Боттичелли и Лоренцо ди Креди, под впечатлением от проповедей Савонаролы сожгли на этом костре не одно свое творение. Если этот факт все-таки остается пока не доказанным историками, то достоверно известно, что было сожжено колоссальное количество книг с работами Овидия, Проперция, Данте и Боккаччо.
Резкость убеждений и агрессивность методов Савонаролы принесли ему немало врагов. Его влияние в скором времени оценили по достоинству в Ватикане, и уже в мае того же года его отлучили от церкви, а годом позже он был повешен и затем сожжен.
Петр Харатьян