Центральной темой президентского послания к Федеральному собранию, как и писал Ъ, стало ускорение. Ускоряться, считает Владимир Путин, должна не только экономика, но и государство в целом.
Изложенная в послании схема ускорения такова. Сначала экономика: экономический рост уже есть, что хорошо. Но он недостаточно высок, что плохо. Правительство же ставит перед собой неамбициозные цели, что еще хуже. Этот пассаж уже неоднократно звучал в выступлениях президента. После него политики могли ждать, что последующие слова Владимира Путина станут прологом административных или кадровых решений. Экономисты могли ждать откровения о том, какой именно активной экономической политики президент ждет от правительства.Президент оправдал ожидания скорее политиков, чем экономистов. Доведя логическую цепочку своих рассуждений до драматической констатации того, что у правительства нет активной экономической политики, он заговорил о реформе госаппарата. И сосредоточился на исполнительной власти. Ее "прямая задача", по словам президента,— создание условий для развития экономических свобод. Этот постулат либерализма президент пояснил классическим русским примером. Ограничение экономических свобод, напомнил он, преодолевается взятками. Этот поворот, казалось бы, должен был снизить накопившееся напряжение. Но не тут-то было. Владимир Путин заявил, что надо менять технологию принятия решений в исполнительной власти. Наблюдатели сделали вывод, что лозунг реструктуризации правительства, который премьер заменил на гораздо более мирный ("тонкая настройка кабинета"), не снят с повестки дня. Напряженность снова появилась, и тут Владимир Путин припомнил Михаилу Касьянову, что еще год назад дал поручение подготовить проект административной реформы. Из его слов следовало, что воз и ныне там. Но это не так. Правительство подготовило пакет законов о дебюрократизации, причем два важнейших — о сокращении перечня лицензируемых видов деятельности и об упрощении регистрации предприятий — уже подписаны президентом.
Для президента, по-видимому, важнее было не столько корить премьера, хотя его упрек, конечно, заметили все, сколько расширить зону действия ускорения. Владимир Путин ждет, что ускорен будет не только экономический рост, но и процесс преобразования всей государственной машины.
Ускорение, таким образом, приобретает всеобщий характер. С одной стороны, это, конечно, правильно. С другой — почему-то вспоминаются события, происходившие в Советском Союзе 17 лет назад. Выдвинутый тогда лозунг ускорения научно-технического прогресса потом плавно превратился в перестройку, а та привела к полному краху существовавшей системы. Начинали же, как и сейчас, с погони. Догоняли, правда, не Португалию, как сейчас, а США.
Вчера Владимир Путин ничего подобного не вспоминал. Поставив задачи ускорения судебной реформы, борьбы с преступностью и реформы государственного устройства, он опять вернулся к экономике.
Новый экономический круг он начал с малого бизнеса. Невнимание к нему подрывает один из мощных ресурсов экономического и социального подъема. Попытки исправить положение приводят иногда к парадоксальным результатам. В качестве примера Владимир Путин привел единый социальный налог, введение которого едва не задушило и без того хиреющий российский малый бизнес. Подобным же образом на малый бизнес действуют и всевозможные надзирающие госорганы. Признав это, президент выдвинул революционное предложение — ввести трехлетний мораторий на проверки малого бизнеса. Уточнять, что мораторий наверняка не распространится на налоговые проверки, он не стал.
Найдя слова утешения малым предпринимателям, президент обратился к сверхкрупным — к естественным монополистам. Правительство услышало еще один президентский упрек: программы реформирования монополий были одобрены еще в прошлом году, однако "аккуратное отношение" к ним приводит к росту тарифов. Президент поставил четкую задачу: реформа должна привести к сокращению издержек. Это уже частичный ответ на вопрос о том, какой должна быть активная экономическая политика.
Вторая часть ответа (как и первая, предсказанная вчера Ъ) состоит в реформе ЖКХ. Основное в этой реформе, считает президент, в том, чтобы направить бюджетные средства, передаваемые сегодня монопольным подразделением ЖКХ, жильцам. Экономический смысл, как и при реформе естественных монополий, в сокращении госрасходов, за которым должно последовать снижение налогов.
Закончил второй экскурс в экономику Владимир Путин темой ВТО. И сформулировал главное в подходе к присоединению к этой организации: "ВТО — это не абсолютное добро и не абсолютное зло, а инструмент. Тот, кто умеет им пользоваться, становится сильнее. А тот, кто сидит за протекционистским частоколом, проигрывает".
Остальные ответы на вопрос об активной экономической политике президент даст в следующем, бюджетном послании. Кстати, несмотря на пропаганду ускорения, сам президент с посланиями отстает от прошлогоднего графика. В 2001 году обращение к Федеральному собранию было обнародовано 3 апреля, а уже 20 апреля президент выступил с бюджетным посланием.
НИКОЛАЙ Ъ-ВАРДУЛЬ