Ou sont passes les combattants tchetchenes d`Al-Qaida? Retour sur une enigme
Куда делись чеченские боевики "Аль-Каиды"? Тайна остается нераскрытой
SAMUEL GARDAZ
САМЮЭЛЬ ГАРДАЗ
С момента падения в ноябре минувшего года режима "Талибан" наблюдателям из западных стран не дает покоя один вопрос: куда делись чеченцы, воевавшие в рядах "Аль-Каиды"? Удивительно, но среди тысяч иностранных наемников, арестованных в ходе войны с талибами, нет ни одного чеченца. Американцы сейчас держат под стражей около 500 арестованных боевиков: 300 в кубинском лагере Гуантанамо и 200 в самом Афганистане. Но чеченцев там нет. Нет их и среди 3 тыс. боевиков из разных стран, заключенных в тюрьму в Шебаргане, недалеко от Мазари-Шарифа. В этой тюрьме, подведомственной генералу Дустуму (Abdul Rashid Dostum), содержатся граждане арабских стран, Пакистана, Франции, Англии и даже Австралии. И ни одного чеченца.
И все-таки нет никаких сомнений, что чеченцы воевали в Афганистане. Сколько их было? Судя по информации российских властей, от нескольких сотен до нескольких тысяч. Правда, относиться к этим цифрам нужно осторожно: Москва заинтересована в том, чтобы обвинить чеченцев в связях с талибами и организацией Осамы бен Ладена (Osama bin Laden) "Аль-Каида". Сами чеченцы эту информацию категорически отрицают, называя ее выдумкой российских пропагандистов. Интернет-сайт www.kavkaz.org, зарегистрированный в Катаре и считающийся рупором чеченских фундаменталистов, еще в ноябре минувшего года заявлял: "Ни американцы, ни НАТО не смогут представить ни одного пленного чеченца для доказательства участия 'сотен или тысяч чеченцев' в войне в Афганистане".
Французский специалист по Центральной Азии и исламу Оливье Руа (Olivier Roy) считает, что чеченцев в Афганистане, скорее всего, было очень немного. И объясняется это очень просто: им было совершенно невыгодно воевать на стороне талибов. "Ведь у них дома свой собственный джихад,— говорит исследователь.— По этой же причине в Афганистане было мало и палестинцев. Кроме того, если не считать некоторой, так сказать, солидарности командиров (речь идет о том, что чеченский полевой командир иорданец Хаттаб находится в Афганистане.— Корр. Le Temps), чеченская вооруженная борьба так и не вышла на международный уровень". Французский ученый также считает, что большинство чеченцев, воевавших в Афганистане, скорее всего, были убиты в окрестностях Кундуза в конце ноября минувшего года. А те, кто выжил, пытались покинуть Афганистан в запечатанных транспортных контейнерах, но большинство погибло от удушья. Чуть позже, во время бунта в крепости Кала-и-Джанги около Мазари-Шарифа, погибли сотни заключенных. В основном это были иностранные наемники. И наконец, последние уцелевшие чеченцы могли погибнуть в боях за Тора-Бора в декабре. Как известно, этот район сильно бомбили.
Помимо этого, точно назвать число оставшихся в живых чеченцев сложно, так как само слово "чеченец" стало неоднозначным. Например, в Афганистане чеченцем могут назвать любого выходца из бывшего СССР: и кавказца, и татарина, и башкира. В опубликованном в декабре организацией Human Rights Watch исследовании о судьбе семей иностранных наемников слово "чеченец" употребляется с большой осторожностью. Еще одним примером неоднозначности этого слова стало интервью "американского талиба" Джона Уокера Линда (John Walker Lindh), побывавшего в тюрьме Кала-и-Джанги. Отвечая в начале декабря на вопросы журналиста Роберта Янга Пилтона (Robert Young Pelton), он затруднился уточнить национальность "чеченцев", встречавшихся ему в Афганистане.
Путаница в количестве и национальной принадлежности тех, кого называют чеченцами, привела к тому, что западные гуманитарные организации, работающие в Афганистане,— тот же Красный Крест (CICR),— забили тревогу: почему среди арестованных нет ни одного чеченца? Уж не прячут ли их где-нибудь? Уж не нарушаются ли Женевские конвенции? Или, того хуже, не продали ли их надсмотрщики узбекским властям? Правда, эти слухи распространяют сами гуманитарные организации. Здесь вспоминают, что во время взятия Кундуза Исламабад создал настоящий воздушный мост для вывоза пакистанских боевиков, воевавших за талибов. Исходя из этого, кое-кто выражает озабоченность тем, что оставшиеся в живых чеченские наемники могли быть в конце концов переданы узбекским президентом Каримовым (Islam Karimov) Москве. А уж там из них выпытывают все подробности об антироссийских настроениях на Кавказе. Впрочем, может быть, так оно и есть? Ведь Москве нужно как-то вызволять похищенных боевиками русских. Такая практика широко применялась еще в первую чеченскую войну 1994-1996 годов.
Перевел ФЕДОР Ъ-КОТРЕЛЕВ