Раздача в 90-х банковских лицензий всем желающим вплоть до явных жуликов при отсутствии качественного банковского надзора, вероятно, еще войдет в историю главных ограблений России. Масштаб потерь — граждан, бизнеса, бюджета и экономики в целом — еще никем не осмыслен.
Фото: Тимофей Изотов, Коммерсантъ / купить фото
Необходимо ужесточать ответственность за недобросовестное ведение банковского бизнеса, заявил глава Сбербанка Герман Греф.
"Все, кто привел банки к такому состоянию, должны быть адекватно наказаны. Неотвратимость наказания должна присутствовать",— цитирует его ТАСС.
И ведь не поспоришь: "Вор должен сидеть в тюрьме". Хотя и немного странно слышать такое через 28 лет после воссоздания в стране системы коммерческих банков. И уже после довольно значительной чистки банковской системы, начавшейся еще при прежнем главе ЦБ Сергее Игнатьеве и с утроенной энергией продолжившейся уже под председательством Эльвиры Набиуллиной.
С 2009 года по настоящий момент лицензий лишились около 400 банков, подсчитали аналитики рейтингового агентства S&P. Это соответствует примерно 4% активов банковской системы (8% без учета госбанков).
"Банков" — это, конечно, сильно сказано. Отмывочные "помойки", обнальные конторы и "пылесосы", разумеется, смешно даже называть этим словом. Вообще-то это не секрет. Не секрет для регулятора, не секрет для их клиентов и даже для многих вкладчиков — особенно "серийных".
Греф, кстати, оговорился. Дескать, ЦБ все делает правильно, "самый прозрачный регулятор в стране" и вообще "новая революция" не нужны. "Деньги" к революции призывать тоже не собираются, но и от вопросов к качеству регулирования отказываться не хотят.
Вот два свежайших примера.
Первый — $120 млн полковника Захарченко.
Похоже, что это черная касса далеко не самой крупной обнальной конторы. И что, ни ЦБ, ни следственные органы (в них, кстати, полковников много, а еще и генералы есть) ни сном ни духом?
Второй — банкротство Росинтербанка.
Дыра — отрицательный капитал в 40 млрд руб.— уже даже не кажется удивительной. А вот уничтоженные документы и выведенные из строя серверы — уже особый цинизм. Причем из слов представителя ЦБ (агентства не называют его фамилии) не следует: уничтожены лишь документы, касающиеся активных операций или и пассивных тоже.
Проще говоря, известно, что налицо попытка спрятать — куда выведены и кем украдены деньги клиентов, но неизвестно, сохранились ли реестры обязательств перед вкладчиками. Честно говоря, на месте последних я бы понервничал: возмещение даже гарантированных государством 1,4 млн руб. может превратиться в целую эпопею.
Может показаться, что не все так плохо. А банковская чистка наконец дает результаты. По данным АСВ, возврат долга банками-"лишенцами" в 2015 году составил 16,3% (в два с лишним раза лучше, чем в 2014-м,— 7,7%).
"Дело в том, что в 2015 году закрылся кейс "Моего банка" Глеба Фетисова, который вернул в конкурсную массу 15 млрд,— объясняет Виктор Никольский, директор S&P Global Ratings.— Этот случай беспрецедентный. Мы не думаем, что возврат собственниками средств в конкурсную массу будет носить массовый характер. Если смотреть по последним банкротствам, пока никто больше так не делал. Если очистить статистику от этого исключительного случая, средний показатель возмещения в 2009-2015 годах составит 10%". Для сравнения: в США — порядка 70%, на Кипре, после банковского кризиса 2013 года,— 40%.
Решения по отзыву лицензий, которые были приняты ЦБ в 2015-м и 2016-м, Никольский называет "запоздалыми". И резюмирует: "Мы считаем, что дальше будет не лучше. Соотношение активов и обязательств банков на момент отзыва лицензии падает (с 50% в 2015-м до 28% в первом полугодии 2016-го), размер дыры растет".
Во что все это обходится, кажется, никто не знает. АСВ уже выплатило вкладчикам лопнувших банков около 1 трлн руб. В основном эмиссионных, то есть инфляционных, а значит, изъятых из кармана всех граждан. Но это лишь верхушка айсберга. А еще есть потерянные деньги компаний, закрывшийся или не случившийся бизнес, неподнятые зарплаты его сотрудников. А еще есть гигантские потери бюджета от обналички и ухода от налогов, по некоторым оценкам, исчисляющиеся чуть ли не триллионами рублей в год. Если бы банковским надзором серьезно занимались с самого начала, они были бы куда меньше. Глядишь, и не было бы разговоров о том, что без повышения налогов не обойтись.