Коротко

Новости

Подробно

2

Фото: Дмитрий Азаров / Коммерсантъ   |  купить фото

Азбука морса

На фоне судьбы диких кабанов сигналы о масштабных отставках были приняты почти безболезненно

от

28 июля президент России Владимир Путин приехал в Тверскую область и провел совещание по развитию российского Нечерноземья. Специальный корреспондент “Ъ” АНДРЕЙ КОЛЕСНИКОВ обращает пристальное внимание на то, что именно в это время были опубликованы президентские указы о масштабных отставках и назначениях в среде высших российских чиновников. Но и на их фоне не померкли драматическая интрига и печальная развязка в истории с жизнью и судьбой дикого кабана в России.


— С трех укосов должны заготовить 63 тонны сенажа,— объяснял комбайнер в чистом, то есть только что скошенном поле агрофермы «Дмитрова Гора».— Сами траву высеваем… Семена, правда, нерусские…

Мощные зарубежные комбайны John Deere выстроились в поле многообещающим фоном для видеокартинки телеканалов. Не хватало тут, конечно, немецкой техники, которая пакует сено в огромные вакуумные тюки. Разгружают их на ферме одноименной техникой — никакая другая эти тюки как надо не зацепит. На мясоперерабатывающем заводе, куда поступает (уже, конечно, не своими ногами) продукция агрофермы,— тоже никакой отечественной техники. Это, видимо, принципиальная позиция. Есть, впрочем, несколько наших быков-производителей (известные технари). А свиней, например, язык не повернется назвать именно по всем этим причинам чистокровными русскими.

— Это большая честь первому лицу — побывать в Тверской области именно в нашем хозяйстве,— говорил, волнуясь и вроде бы косноязыча, бригадир комбайнеров Петр Андреев.

Но на самом деле это еще и правда был вопрос — кому тут что за честь и за что.

Владимир Путин сделал все как надо: прилетел, сел за деревянный стол с деревянными скамейками на фоне нескольких комбайнов, которые при его появлении взревели и, лязгая суставами, пошли косить траву с какой-то нерастраченной яростью.

Раньше Владимир Путин не упускал случая сесть за руль такого комбайна и показать всем наконец, как это делается, потому что ничего ведь нельзя никому поручить, все сам, все сам… . Нынче охладел. К комбайнам даже не обернулся. Зато увидел комбайнеров.

Я даже вздрогнул, когда их тоже увидел, всех сразу за столом. Как же так: ведь их комбайны — вон там, заходят уже на второй круг… А они здесь… Что-то тут было совсем не так. И когда я успел обратить внимание на то, что одна из женщин, подававших пирожки с грушами, тайком крестится, глядя на президента и комбайнеров, то я, как мне показалось, понял ее как никто в этом поле.

Комбайнеры, как им и положено, в разговоре с президентом были скованы, руки и лица их одеревенели, и хоть это примиряло со странной тверской действительностью: это было так понятно и естественно. Я видел, как Петр Андреев пытается воспользоваться вилкой, чтобы запихнуть в рот пирожок с капустой, и как не с первого раза у него это получается, но ведь получается же в конце концов… Я видел, как Владимир Путин пытается их разговорить, а говорит на самом деле только владелец агропредприятия Сергей Новиков… Про то в основном, какой он огромный, этот его комплекс.

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

— А техника чья? — спрашивал, конечно, Владимир Путин.— Не наша?

— Техника сложная,— отвечал господин Новиков.

— Да? — уточнял президент.

— John Deere собирают в Краснодаре,— успокаивал его директор.— А кормозаготовительная техника — вся сплошь немецкая! Другая-то совсем не годится…

Сергей Новиков был хорош. В нужный момент он предложил президенту попробовать местный йогурт с клюквой (с другой стороны ему уже подливали морсу), и президент увлекся, а точнее, отвлекся. Видно было, что в чем-чем, а в йогуртах он смыслит.

Развеселило его то, что йогурт был именно с клюквой. Под «клюквой» он, кажется, привык понимать что-то совсем другое, для него это был прежде всего термин беспощадной информационной войны, и он даже удивился, что «клюкву» можно добавить и в йогурт. И потом еще больше удивился:

— А клюква-то настоящая!

Ему уж не стали говорить, что клюкву собирают и привозят в Тверскую область из Латвии.

И еще два раза он возвращался к этой по-настоящему волнующей его теме, открывая очередную баночку с йогуртом: «Нет, реально вкусно!»

Никак не ожидал он таких сюрпризов от рядовой рабочей и, можно сказать, почти безнадежной поездки в Тверскую область.

Когда Владимир Путин уехал, одну такую же баночку взял в руки и министр сельского хозяйства Александр Ткачев. Впрочем, прежде чем попробовать, он ее дотошно нюхал. Видимо, были прецеденты…

На выставке продукции компании Сергея Новикова Владимир Путин остановился возле бутылки, этикетка которой была раскрашена все той же развесистой клюквой. Позже выяснилось, что это даже не настойка, а, как застенчиво указал производитель, винный напиток. Президент задумчиво вертел в руках бутылку.

Потом ему показывали баранки производства подконтрольной Сергею Новикову фирмы «Волжский пекарь», и президент на ходу последовательно употреблял их в пищу, чего никто вокруг, кажется, совсем не ожидал, а то бы до него надкусил бы хоть кто-нибудь в рамках отлаживания системы продовольственной безопасности, что ли…

Польщенная директор фирмы рассказывала, что они эти баранки поставляют даже в Израиль, и Владимир Путин констатировал: «Наши люди их там берут…»

— А вот грибы пошли…— обращал его внимание на два полных лукошка с белыми и подосиновиками Сергей Новиков.

— Грибы пробовать не буду,— сказал как отрезал (шляпку от ножки) Владимир Путин.

В совещании на втором этаже участвовали все губернаторы нечерноземных областей, не было только ярославского, Сергея Ястребова, и быстро стало ясно почему.

Президент говорил, что Нечерноземью нужны мелиоративные работы, что надо вводить в оборот земли, которые не используются по целевому назначению, или изымать их, если не используются больше трех лет… Про глубокую переработку, конечно, как без нее…

Все было так; все шло как надо. Тут, впрочем, стало происходить странное. Из внешнего мира по разным каналам связи (прежде всего по мобильным телефонам) в зал начали поступать сообщения об указах Владимира Путина, которые обнародовались один за другим. Они тут обсуждали вопросы развития тепличного овощеводства и сами были в таком тепличном состоянии, так как президент — вот он, рядом с ними, а значит, ничего нехорошего случиться не может… Или все же может?.. А там, снаружи, уходил по собственному желанию один из них, ярославский губернатор, самый нечерноземный из нечерноземных (с другой стороны, его не было в зале, и это должно было успокаивать остальных: опять же, их-то позвали, значит, с ними все вроде должно быть в порядке, но вот ведь это «вроде»…).

И вот уже министр сельского хозяйства Александр Ткачев никак не мог толком начать доклад, потому что отвлекался на собственный телефон, и такое впечатление, что тоже читал чьи-то сообщения на самую вечную тему: Отставок и Назначений…

Владимир Путин тем временем невозмутимо информировал присутствующих о том, что «в 2015 году впервые за долгие годы удалось достичь и даже превысить порог Доктрины продовольственной безопасности по мясу. Доля отечественной мясной продукции, в целом мясной продукции достигла в общем объеме ресурсов 88%. Даже по этой доктрине, о которой я упомянул, цель ставилась 85%»,— уточнял он необходимые подробности сегодняшнего состояния доктрины мясной безопасности страны.

Отставки и назначения тем временем ширились, и привыкание к ним оказалось мгновенным, и очередного указа ждали все, по-моему, уже без трепета и даже без большого интереса: да, конечно, давно было пора, Михаил Зурабов-то (посол России на Украине.— “Ъ”) когда еще просился… Каждая из этих отставок по отдельности сделала бы информационную картину дня и повелевала бы им, а собранные в одно время в одном месте, на сайте kremlin.ru, они начали вдруг производить впечатление какой-то кадровой возни, на которую, может, и не стоит, а главное, некогда было обращать внимание… И если цель была именно в этом, то она, безусловно, оказалась достигнута.

Александр Ткачев, справившись с первой лавиной информации, с головой ушел все-таки, слава богу, в сельскохозяйственные проблемы, и, возможно, поэтому не всегда удавалось сразу понять, о чем он говорит: он сейчас тут проводил время, такое впечатление, больше наедине с собой. Был многословен.

Но все-таки можно было заметить, что он прошелся по всем почти сельхозкультурам, оценил плюсы и минусы, достижения и недостатки…

И вдруг раскрыл одну нехорошую тайну:

— Сегодня мы с вами пробовали местный йогурт из прибалтийской клюквы… (так вот почему он так принюхивался, прежде чем попробовать его.— А. К.). Более того, я хочу с грустью констатировать о том, что Россия импортирует только одних грибов на $2 млрд! В России, где, как принято говорить, грибов как грязи! (А вот это зря так про грибы. Аукнется.— А. К.) А импортируем, потому что нет промышленной основы, промышленного производства! Конечно, я буду просить вас о том, что мы должны переработку грибов…

— Импортируем грибов?..— президент от неожиданности выразился не очень-то по-русски.

Александр Ткачев горько кивнул.

— Водку на клюкве, я смотрю, производят (вот ведь не зря он ее так рассматривал.— А. К.), а йогурт почему-то на своей клюкве нельзя произвести! — рассердился Владимир Путин.— Нужно завезти обязательно клюкву из-за границы…

Надо было понимать, в каких лучших чувствах он был сейчас оскорблен. Ведь как он его ел, этот йогурт, с удовольствием каким…

— А потому,— не спеша разъяснил Александр Ткачев,— что нужна промышленная основа, производство, высокие технологии. А так, понимаете, и грибы потребляют и собирают местные жители. То есть то, что съели, закрутили и забыли!

Видимо, все-таки наоборот: закрутили, съели и только потом забыли.

Очень подробно Александр Ткачев остановился на главной беде российского животноводства: африканской чуме, которая косит прежде всего свиней.

— За последние годы,— сообщил он,— «африканка» зарегистрирована в 42 регионах России… Владимир Владимирович, вы нас поддерживали в Китае, и мы сегодня боремся, весь мир борется за рынки Китая, потому что у нас скоро будет перепроизводство свинины… А для чего нам нужен экспорт? Для того чтобы Китай, Иран, страны Персидского залива!.. И не только свинины, но и птицы, говядины и так далее!

— С Ираном вы загнули…— изучающе посмотрел на него Владимир Путин.— И Персидский залив тоже...

Все-таки мусульмане, имел он в виду, критически относятся к свинине.

— Я по птице и говядине сказал,— качнул головой Александр Ткачев.— Так вот Китай на переговорах выставляет нам абсолютно объективные условия: «Коллеги, у вас есть в регионах африканская чума, мы не можем себе позволить!» А у них, хочу проинформировать, в Китае 430 миллионов поголовье свиней… У нас в России — 24 миллиона, и мы уже практически подбираемся к удовлетворению потребления! 430 миллионов!! И конечно, если этот вирус попадет…— понятно, у них же плотность населения, плотность животных очень высокая…— конечно, это может просто угробить им эту отрасль. И не только китайцы — все!

И это было еще далеко не все, что он сказал по этому поводу.

Плюс в том, что у России в последние десятилетия не было такого страстного министра сельского хозяйства.

Источниками вируса, по словам Александра Ткачева, чаще всего выступают дикие кабаны.

— Одно животное болеет — сразу выбивается комплекс в 50 тысяч голов, — вздохнул министр.— И ты ничего не сделаешь, потому что не лечится во всем мире. Это страшная беда. Конечно, я понимаю, как дрожат коленки и у него (Александр Ткачев кивнул в сторону Сергея Новикова.— А. К.), и у всех, потому что это все вокруг и рядом ходит, через дорогу; неизвестно, когда это может случиться, и он может потерять бизнес — вот что такое африканская чума!

Он предложил активнее уничтожать диких кабанов (то есть охотиться не удовольствия ради, а пользы для) и платить за это. Но даже среди сидящих за столом нашлись, судя по возникшему гулу, люди, не желающие, чтобы из их жизни исчезла охота на кабанов.

И эта тема возникала на совещании еще не раз. Она оказалась отчего-то самой горячей (на втором месте — опасность, связанная с приездом в Россию президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана). Ведь может снова открыться российский рынок для турецких овощей, а российские производители только начали осваивать этот осиротевший было рынок… («И заметьте, Владимир Владимирович, турецкая лира девальвировалась по отношению к рублю, это создает им конкурентные преимущества…»).

Так прорвало Сергея Юшина, руководителя Национальной мясной ассоциации:

— Аргументы (в пользу того, чтобы оставить в живых диких кабанов.— А. К.) смешные: мы должны сохранить видовое многообразие! Да, конечно, у нас страна Россия большая, и можно кабанов сохранить в другом месте, тем более их завезли в Центральную часть искусственно в советское время! Искусственно. Это смесь дикого кабана со свиньей, но это завезли, его тут не было!! Поэтому даже если вдруг будет депопуляция полная…

— Откуда завозили? — быстро спросил президент.

— Из других районов…— не до конца раскрыл карты Сергей Юшин.— Здесь не было этого!

— Ладно уж, не было! — не верил Владимир Путин.

— Из Краснодара завозили и из Сибири завозили! — крикнул кто-то с другой стороны стола.— Это было в 1950-е годы!

Намек на то, что президент не сможет этого помнить?

— Владимир Владимирович,— приободрился Сергей Юшин,— когда я прихожу на совещание, вам я не могу ни одну цифру соврать! (Кому другому сколько угодно, но только не этому человеку.— А. К.) Это будет последний мой шаг, потому что это как у сапера! Нет, это точная информация, у нас специалисты все проверяют. Спасибо, что поддержали, действительно же не было!

И Сергей Юшин вздохнул с облегчением. Он уверен был, что стоял сейчас на краю пропасти. Владимир Путин уже перестал спорить, а Сергей Юшин только еще приободрился:

— Мы вообще что сравниваем: продовольственную безопасность страны, наш потенциал экспорта или желание поохотиться? Но, простите, можно поохотиться на кабанов в Сибири или где-то еще! Или есть олени, косули…Кабаны в Центральной части России, в регионах, которые поражены, и соседних должны встречаться реже, чем слоны и леопарды! Реже!..

Там, в кажущемся таким большим мире, за пределами этой комнаты, отстрел между тем был закончен. Никита Белых перестал быть губернатором Кировской области, а Крым — федеральным округом. Кто-то перестал быть полпредом. А кто-то, с другой стороны, стал им. В социальных сетях, в телевизоре и в электронных газетах бушевала сейчас такая живая и по-своему даже красивая жизнь.

И никто не подозревал, что в это же самое время в небольшом помещении в Тверской области был вынесен приговор дикому кабану и всем его деткам.

Андрей Колесников, Тверская область


Комментарии
Профиль пользователя