В Третьяковке открылась выставка "Митуричи-Хлебниковы. Четыре творческих портрета". Члены этого семейного клана хорошо известны поодиночке, но их работы выставляются вместе впервые. И это соседство доказывает, что Петра Митурича (1887-1956), его жену Веру Хлебникову (1890-1941), сестру поэта Велимира Хлебникова, их сына Мая Митурича и их внучку Веру Митурич-Хлебникову связывают не только родственные узы, но и особое фамильное понимание искусства.
Сам жанр таких династийных выставок, весьма привлекательный для обывателя, обычно ставит младшее поколение в не совсем удобную ситуацию — сравнения со знаменитыми предками. В случае с кланом Хлебниковых-Митуричей дело еще больше усугубляется присутствием в семейной истории одного безусловного гения, "первого председателя земного шара" Велимира Хлебникова, с которого, как сказал на пресс-конференции Май Петрович Митурич, "все и началось".
Петр Митурич старался быть конгениальным своему обожаемому другу, учителю и впоследствии деверю, изобретая головоломные пространственные конструкции из бумаги чтобы проиллюстрировать многомерность его стихов (на выставке есть и рукописи Хлебникова, испещренные таинственными значками, как кодексы Леонардо).Сохранились модели и чертежи разнообразных летательных и двигательных аппаратов, построенных Петром Митуричем, как теперь бы сказали, по законам бионики — в этом он солидаризировался со своим коллегой Владимиром Татлиным, чей "Летатлин" затмил митуричские "планеры парители волновые", может быть, только из-за не слишком удачного названия последних. Но, несмотря на свои авангардистские устремления, Петр Митурич прославился прежде всего как отменный рисовальщик почти классического толка, график и книжный иллюстратор.
У его жены Веры Хлебниковой был несомненный художественный дар, следуя которому она отправилась, как многие в ту пору, учиться в Париж. Ее карьера, начатая в парижских студиях 1910-х годов, могла бы быть блистательной — судя по тому немногому, что сохранилось от ее наследия. Но судьба распорядилась так, что она стала больше известна в роли музы и модели, посвятив свою жизнь семье, а не творчеству. Но, глядя на ее утонченную живопись рядом с работами ее сына Мая Митурича, начинаешь понимать, что слова о врожденном вкусе и чем-то, что впитывается с молоком матери, имеют не только фигуральный смысл.
Маю Митуричу удалось стать не только хранителем семейных преданий, но и прямым продолжателем семейной традиции, которая в послевоенные годы уже была чрезвычайно ценным, хотя и не многими ценимым капиталом. В этот раз автор хрестоматийных иллюстраций к Киплингу, Житкову, Чуковскому, правда, решил выставить только свою живопись последних лет, которая выглядит ностальгическим посвящением памяти родителей.
Его дочь Вера Хлебникова-Митурич, напротив, попыталась дистанцироваться от семейной традиции, которая, по ее признанию, не только радость, но и тяжелый груз. Главная тема ее элегантных коллажей, шелкографий и авторских книг — память о чужой жизни. Она остроумно, но бережно обыгрывает само понятие культурного архива, используя случайно попавшие ей в руки чужие архивы (свои почти все в музеях) — письма, квитанции, фотографии, коллекции марок. Удивительным образом ее работы рифмуются с произведениями ее деда, не желавшего ограничиваться амплуа традиционного художника. И хотя Веру Хлебникову причисляют к кругу московских концептуалистов, на этой выставке кажется, что это у нее семейное.
МИЛЕНА Ъ-ОРЛОВА
Крымский вал, 10 до января.