Что и как ускользает от внимания человека

Психология

текст Мария Фаликман кандидат психологических наук, иллюстрация Родион Китаев

Фото: Родион Китаев

Внимание человека не может быть направлено на все внешние воздействия сразу, оно ограничено. Можно даже измерить его объем, предъявив человеку много потенциальных объектов внимания на короткое время и подсчитав, сколько он успеет разглядеть. Главное следствие этого ограничения заключается в том, что от нашего внимания постоянно что-то ускользает, и мы то и дело допускаем разнообразные ошибки. Но если в одних случаях эти ошибки не более чем забавны, то в других — например, во время управления автомобилем или в работе авиадиспетчера — могут быть опасны.

В лаборатории когнитивных исследований Высшей школы экономики изучают одну из ошибок внимания, разгадку которой психологи ищут уже не первое десятилетие, — так называемую "слепоту к изменению" (change blindness). Эта ошибка заключается в том, что нам очень трудно обнаружить изменение в поле зрения, если оно происходит вне фокуса внимания. Любому известно по собственному опыту, как трудно бывает найти десять отличий в двух идентичных на первый взгляд изображениях, переводя взгляд с одного на другое. Психологи для изучения этого явления изобрели целый ряд методик: например, поочередное краткое предъявление двух вариантов одной и той же картинки в режиме циклического "обрыва пленки", во время которого на исходной картинке может исчезать (а потом вновь появляться и вновь исчезать) существенная часть изображения — допустим, дерево в городском пейзаже или турбина самолета. Без прерывания любое изменение автоматически обнаруживается детекторами движения, которыми вооружена наша сетчатка. Казалось бы, для реальной жизни такие прерывания не характерны, но на самом деле они встречаются сплошь и рядом, их наиболее частые причины — мигание и перевод взгляда.

Исследуя слепоту к изменению, кандидат психологических наук Игорь Уточкин, заведующий лабораторией когнитивных исследований НИУ ВШЭ, открыл еще одно удивительное явление: если наблюдателю все-таки удалось отыскать изменение, то второе изменение рядом с первым придется искать существенно дольше, а в некоторых случаях оно и вовсе не найдется. Для обозначения этого явления пришлось даже придумать специальный термин — "мертвая зона внимания". Чтобы обнаружить этот эффект, достаточно показать человеку картинку с тремя изменениями: центральным — хорошо заметным, даже бросающимся в глаза, чтобы человек нашел его сразу, и еще двумя, расположенными рядом с центральным и подальше от него. Если первое изменение наблюдатель находил в среднем за 5 секунд, то отыскание второго далекого изменения занимало около 20 секунд, а второго изменения в "мертвой зоне" внимания — около 40-50; примерно в половине случаев участники эксперимента либо отказывались от решения этой дополнительной задачи, сообщая, что больше ничего не меняется, либо допускали ошибку в обнаружении изменения. Эффект оказался очень устойчивым. Исследования в лаборатории, которые Уточкин проводил совместно с кандидатом психологических наук Юлией Стакиной, показали, что даже если человеку рассказать о "мертвой зоне внимания", это не помогает ему быстрее найти изменение рядом с тем, которое только что было обнаружено. А значит, дело в том, что наше внимание избегает возвращаться к тем местам в окружающем мире, где оно уже побывало: видимо, с эволюционной точки зрения возвращаться менее полезно, чем рассматривать новые, еще не обследованные места.

Еще одну ошибку, типичную для нашего внимания — "слепоту по невниманию" (inattentional blindness), — изучают на факультете психологии Санкт-Петербургского университета. Эта ошибка состоит в том, что мы, выполняя определенную задачу, не замечаем появления неожиданных и не связанных с этой задачей объектов, даже если смотрим прямо туда, где эти объекты появляются. Самый известный пример слепоты по невниманию — "невидимая горилла", главное действующее лицо серии экспериментов, проведенных профессором Иллинойского университета Дэниелом Саймонсом совместно с Кристофером Шабри и описанных в одноименной книге, вышедшей несколько лет назад на русском языке. Если группа людей смотрит видеоролик, в котором передают друг другу баскетбольный мяч две команды игроков — в белом и в черном, и считают количество передач в одной из команд (как правило, в белых футболках, хотя можно и в черных), то не менее половины из них не заметят гориллу, которая проходит через весь экран и даже останавливается в самой середине спортивного зала, чтобы несколько раз ударить себя в грудь.

Незаметный рабочий


Пожалуй, самый знаменитый эксперимент со "слепотой к изменению" был проведен в конце 1990-х в Иллинойском университете Дэниелом Саймонсом и Дэниелом Левиным. Прелесть его состояла в том, что эксперимент был проведен прямо на улице, в университетском городке, где к прохожему подходил помощник экспериментатора с картой в руках и просил объяснить, как пройти к библиотеке. В процессе объяснения между собеседниками проходили двое рабочих, которые несли дверь. Помощник экспериментатора менялся местами с одним из рабочих, и разговор продолжался: высокий процент участников этого эксперимента не замечал подмены собеседника! Аналогичные результаты были получены в другом исследовании, где помощник экспериментатора, который должен был зарегистрировать участника эксперимента, приседал за стойку регистрации, чтобы достать анкету, а поднимался оттуда другой помощник. На этом эксперимент заканчивался. Обнаружилось, что даже в этом случае очень немногие замечали, что регистратор поменялся. В течение полутора десятилетий психологи, а потом и нейрофизиологи пытались понять, почему так происходит, и выяснили, что дело, по всей видимости, в пространственном направлении внимания: нам кажется, что мы видим все вокруг, но на самом деле в момент изменения смотрим не туда, где оно происходит.

Доцент СПбГУ Мария Кувалдина с коллегами работают с моделью этой ситуации, которую предложил американский психолог Стивен Мост. По экрану хаотически движутся белые и черные фигурки, похожие на крестики, и участник эксперимента подсчитывает количество соударений фигурок одного из наборов (например, тоже белых) с краями экрана. В это время из-за правого края экрана выплывает хорошо отличимая фигурка светло-серого цвета и, проплыв через весь экран, исчезает за левым краем. Опрос участников показывает, что эту фигурку они замечают столь же редко, как и гориллу в ролике с баскетболистами, то есть не более чем в половине случаев. Причем, сколь бы ни был похож неожиданный объект на нужные, наблюдатель все равно не замечает его появления! Видимо, настройки нашего внимания слишком специфичны для того, чтобы включить туда предмет с чуть отличающимися от остальных свойствами.

Исследователи решили проверить гипотезу о том, что на "слепоту" может повлиять готовность наблюдателя к появлению чего-то еще помимо той информации, с которой он работает. В очередной серии экспериментов Марии Кувалдиной и ее коллеги Ники Адамян на экране компьютера были разбросаны буквосочетания, из которых участники эксперимента должны были составить слово. Помимо основного набора буквосочетаний с буквами черного цвета на экране возникала еще пара букв светло-серого цвета. Эти буквы можно было не заметить, а можно использовать в задании: например, без них могло получиться слово "пример", а с ними — слово "примерка" или "примерно". В эксперименте приняли участие 132 человека. Обнаружилось, что даже в этом случае возникает "слепота по невниманию": люди часто не замечают "лишний" — пригодный, но отличающийся от остальных — слог. Однако, если оказывалось, что слово с добавленным слогом встречается в русском языке чаще, чем слово без него, то "слепота по невниманию" наблюдалась реже: если высокочастотного продолжения ("примерно") не замечают 50% участников, то низкочастотного ("примерка") — уже 77%. Это означает, что, даже если незамеченный объект не достигает сознания, он все равно обрабатывается и при определенных условиях может быть использован для решения стоящих перед нами задач.

В наших экспериментах тоже неоднократно было показано, что если отдельные объекты-буквы входят в состав слова родного языка, то наблюдатель способен обнаружить их, — а иначе не заметил бы. Это явление, получившее название "эффект превосходства слова", было описано в психологии на самых ранних этапах научного изучения внимания, во второй половине XIX века: уже тогда американский психолог Джеймс Маккин Кеттелл, стажировавшийся в лейпцигской лаборатории основателя психологии Вильгельма Вундта, экспериментально показал, что человек за короткое время может узнать и назвать намного больше букв, если они образуют слово. Сравните сами: ЕОСАЗКРТ и СТРЕКОЗА — сколько букв удалось запомнить с первого взгляда в каждом случае?

Мы с коллегой Еленой Горбуновой обнаружили, что если ставить перед наблюдателем задачу назвать одну букву из такой строки и при этом отвлекать его внимание от этой строки, то человек решает задачу лучше, когда буква входит в состав слова. При этом отвлекать внимание можно разными способами. Самый простой: стрелочкой показать, в какой стороне экрана компьютера появится буква в составе слова, а сразу после этой подсказки показать стимул с другой стороны. Посложнее: быстро предъявлять стимулы друг за другом в центре экрана, предварительно поставив перед наблюдателем не одну, а две задачи: например, найти среди множества строк из цифр две строки из букв и назвать среднюю букву. При этом если первая и вторая буквенные строки разделены менее чем половиной секунды, то вторую строку человек обычно не замечает — эта ошибка внимания, описанная канадскими психологами в начале 1990-х, называется "миганием внимания" (attentional blink). Наблюдатель постоянно, не мигая, смотрит на ряд стремительно сменяющих друг друга в одном и том же месте зрительных объектов, среди которых нужно обнаружить и опознать два, но его внимание как будто мигает сразу после обнаружения первого объекта, и заметить второй уже не удается, пока первый не будет полностью обработан.

Слово как курсор


В России внимание изучают не только в Москве и Петербурге, но и в университетах других городов. Например, в Томском университете сотрудники лаборатории когнитивных исследований языка Алексей Миклашевский и Оксана Царегородцева совместно с болгарским психолингвистом Арминой Джанян исследуют, как на направление нашего внимания влияют прочитываемые нами слова. Достаточно человеку прочесть слово "солнце", и его внимание автоматически соскальзывает вверх, туда, где солнце располагается в реальном мире. Иначе говоря, слово играет роль подсказки-курсора, управляя вниманием помимо наших намерений и доказывая, что все наше познание развивается из взаимодействия с окружающим миром и отражает его структуру. А психологи из Ярославского университета Илья Владимиров и Сергей Коровкин исследуют загрузку внимания в ходе решения задач на догадку, требующих только сообразительности, и задач на применение правил, предполагающих реализацию известного алгоритма. Для этого в дополнение к основной, мыслительной задаче участники экспериментов параллельно решают еще одну, требующую внимания. Подобранные задачи позволяют понять, насколько загружено внимание человека на разных этапах решения основной задачи. Исследователям удалось показать, что алгоритмические и творческие задачи решаются по-разному: чем мы ближе к решению алгоритмической задачи, тем больше внимания она требует, а при решении задач на догадку требования к вниманию по мере приближения к ответу не возрастают.

Наши исследования показали, что буква в составе слова замечается в таком ряду более успешно, чем буква в случайно подобранном наборе букв (допустим, КЬНЦП). То же самое верно и для случая, когда мы отвлекаем внимание в другую сторону экрана: слово помогает нам более успешно опознать букву в его составе. Но, помимо сходства в том, как работает "эффект превосходства слова" в этих двух условиях, есть и различия. На самом деле, мы использовали не только слова и случайные последовательности букв, но и последовательности, похожие на слова русского языка (например, ПОШКА) — психологи и психолингвисты называют их "псевдословами". Эти три типа стимулов предъявлялись в трех разных условиях. В первом внимание было направлено на слово (например, мы дали подсказку стрелочкой влево и показали слово слева). Во втором мы отвлекали внимание от места появления слова неверной подсказкой-стрелочкой. А в третьем наблюдатель смотрел прямо на место появления слова, но его внимание было отвлечено из-за "мигания внимания". Обнаружилось, что во всех случаях, когда человек смотрит на место предъявления слова, вне зависимости от того, занято его внимание или нет, можно получить не только эффект превосходства слова, но и "эффект превосходства псевдослова". Иначе говоря, в фокусе пространственного внимания опознанию буквы помогает не только наше знание слов родного языка, но и представление о допустимом порядке букв в словах. А если отвлечь внимание от места появления буквенной строки, то слово увеличивает успешность отчета о букве, а псевдослово воспринимается просто как случайная буквенная строка и не помогает решить задачу. А значит, внимание вниманию рознь: пространственные перенаправления и умственная перегрузка по-разному влияют на закономерности решения зрительных задач.

Конечно, это лишь несколько штрихов, намечающих общую панораму исследований в отечественной психологии, и несколько примеров экспериментов, которых несравненно больше даже в упомянутых лабораториях и научных группах. Но хотелось бы верить, что эти исследования вносят посильный вклад в разгадку этого самого загадочного из наших познавательных процессов.

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...