Коротко


Подробно

Фото: Евгений Павленко / Коммерсантъ   |  купить фото

Конституционный суд разбирается с правами адвокатов

Приговоренный защитник оспорил нормы о тайне расследования

Как стало известно "Ъ", в Конституционный суд пожаловался адвокат Владимир Дворяк, приговоренный к исправительным работам за разглашение тайны расследования. Он оспаривает нормы Уголовного и Уголовно-процессуального кодексов (УК и УПК), позволяющие привлекать к ответственности за нарушение подписки о неразглашении уголовных дел. КС уже изучает ряд аналогичных жалоб. Президентский совет по правам человека (СПЧ) готовит рекомендации по исправлению спорных норм.


Владимир Дворяк пожаловался в КС на ct. 161 и ряд других норм УПК, разрешающих следователю отбирать у адвокатов подписку о неразглашении данных предварительного расследования, и ст. 310 УК — о санкциях за ее нарушение. Господин Дворяк стал первым адвокатом в РФ, приговоренным по этой статье (400 часов исправительных работ) за последние три года, выяснил его представитель в КС аналитик "Агоры" Рамиль Ахметгалиев. Такую подписку следствие отбирает у адвокатов повсеместно, особенно при расследовании резонансных дел — например, по обвинению в шпионаже Светланы Давыдовой. При этом "сторона обвинения активно освещает ход и результаты расследования через СМИ, зачастую с обвинительным уклоном", отметил господин Ахметгалиев.

Господина Дворяка обвинили в связи с уголовным делом о взяточничестве, возбужденным против замначальника финансово-экономического отдела МЧС Хакасии Елены Фитисенко. 31 октября 2013 года Абаканским горсудом рассмотрен вопрос об избрании для его подзащитного — экс-главы отдела кадров республиканского МЧС Вячеслава Титова — меры пресечения в виде содержания под стражей. Адвокат сфотографировал представленные суду материалы дела, которые были оглашены в открытом заседании, и ознакомил с содержанием скопированных им протоколов допросов третьих лиц, в частности главу МЧС Хакасии Андрея Фирсова. Мировой судья и Абаканский горсуд сочли это преступлением, несмотря на то что данные были общедоступны в суде и подзащитный адвоката сам имел право их разглашать. Заявитель жалуется в КС, что это ограничивает "выполнение адвокатами своих профессиональных обязанностей" и право фигурантов уголовных дел, особенно находящихся под стражей, на квалифицированную юридическую помощь. "В моем деле речь идет не столько о разглашении данных следствия, сколько о том, что я разгласил данные о совершении следователем и сотрудником ФСБ преступления",— утверждает заявитель, указывая, что его подзащитного понуждали к даче ложных показаний против господина Фирсова.

Похожая ситуация была в апреле 2014 года с подмосковным адвокатом Георгием Антоновым, который на пресс-конференции рассказал об эпизодах, вменявшихся в вину его клиентам — экс-главе Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции МВД Денису Сугробову и его заместителю Борису Колесникову. Сообщенная им информация ранее была обнародована СМИ со ссылкой на источники в следственных органах. Но мировой суд признал адвоката виновным. "Оспариваемые нормы ставят сторону защиты в неравное и даже подчиненное положение от стороны обвинения,— считает господин Дворяк.— Предупреждая адвоката об уголовной ответственности, ему полностью связывают руки. Сбор доказательств защитой обусловлен получением у следователя разрешения: это позволяет обвинению узнавать о стратегии и тактике защиты и фактически управлять ее действиями". Автор жалобы ссылается на международные нормы о недопустимости угроз, препятствий, запугивания или неоправданного вмешательства в деятельность юристов.

В марте ситуацию при участии Владимира Дворяка обсудил СПЧ, решив подготовить совместно с Федеральной палатой адвокатов (ФПА) рекомендации и представить их на рассмотрение президенту. ФПА заявила, что "пробелы в УПК правоохранительные органы нередко используют для того, чтобы вывести адвоката из дела", призвав вышестоящие суды пересмотреть дела приговоренных адвокатов, "исходя не из формального толкования ст. 161, а из смысла и принципов права".

КС уже изучает аналогичные жалобы находящихся под подпиской о неразглашении адвокатов Ивана Павлова и Дмитрия Динзе и их подзащитных: обвиняемых в госизмене бывшего сотрудника отдела церковных связей Московского патриархата Евгения Петрина и радиоинженера Геннадия Кравцова, обвиняемого в подготовке теракта в Крыму украинского режиссера Олега Сенцова.

В марте депутаты Госдумы от "Справедливой России" Александр Агеев и Валерий Гартунг внесли проект поправок в ст. 161 УПК, обязывающих следователя обосновывать свои требования к адвокатам и свидетелям о неразглашении данных предварительного расследования. Проект не рассмотрен, правовое управление Госдумы его раскритиковало. "УПК болен и требует серьезного редактирования, как и практика его применения, разглашением тайны следствия не может быть общедоступная информация",— считает полпред Совета федерации в КС и Верховном суде Алексей Александров.

Анна Пушкарская, Санкт-Петербург


Материалы по теме:

Комментировать

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы
все проекты

обсуждение