Вчера начался трехдневный официальный визит в Россию президента Франции Жака Ширака. В течение последних месяцев отношения Москвы и Парижа развернулись на 180 градусов: взаимное непонимание первой половины прошлого года сменилось небывалым подъемом, выводящим Францию в едва ли не главные европейские партнеры России.
Визит господина Ширака (Jacques Chirac) в Россию происходит в момент, когда Россия и Франция вступили в новую стадию отношений, которую дипломаты определяют как "привилегированное партнерство". Свидетельство этому — множество контактов высокопоставленных чиновников двух стран, включая первых лиц на саммитах ЕС. В этом году в России побывал с визитом министр обороны Франции Ален Ришар (Alain Richard), в свою очередь, в Париж летали секретарь Совета безопасности РФ Сергей Иванов и министр иностранных дел Игорь Иванов.
Между тем, в первые месяцы правления Владимира Путина отношения Москвы и Парижа и лично российского и французского президентов были далеки от идиллии. На них легла тень чеченской войны, заставившей французов выразить решительное несогласие с действиями российского руководства. В тогдашней резкой оценке чеченских событий сыграла свою роль и внутриполитическая борьба во Франции, в первую очередь — скрытое противостояние Жака Ширака и левого премьера Лионеля Жоспена (Lionel Jospin). По мнению ряда обозревателей, именно окружение премьера и попыталось разыграть против Жака Ширака "чеченскую карту", подталкивая его к конфронтации с Москвой.
Переломным моментом в отношениях стал официальный визит Владимира Путина во Францию в октябре прошлого года. После встреч российского президента с Жаком Шираком и Лионелем Жоспеном ситуация в корне изменилась. Ведущие французские политики повернулись лицом к России. На этом фоне антироссийская кампания на страницах ведущих парижских изданий почти прекратилась.
С октября 2000 года отношения Москвы и Парижа развиваются по восходящей. Продолжающемуся сближению способствует целый ряд факторов. В Париже не остались незамеченными особые знаки внимания российского руководства по отношению к ЕС, заставившие обозревателей говорить о "европейской переориентации" внешней политики Москвы после того, как она столкнулась с серьезными проблемами в отношениях с Вашингтоном. Со времен создания "общего рынка" Франция, как и Германия, выступает мотором европейской интеграции. Нынешнее стремление России в Европу напоминает о формуле генерала де Голля (Charles de Gaulle), призывавшего к созданию "большой Европы — от Атлантики до Урала".
Москва и Париж оказались в одной лодке и в своем неприятии американских планов развертывания НПРО. У Франции есть веские мотивы сопротивляться реализации доктрины стратегической безопасности, разработанной американской администрацией. Франция дорожит своим ядерным потенциалом, который будет обесценен в случае разрушения нынешней модели стратегической стабильности, опирающейся на договор 1972 года по ПРО. Жак Ширак, стоящий на жестких голлистских позициях по проблеме ядерных вооружений, заинтересован в сохранении договора по ПРО не меньше, чем российский президент.
Полностью совпадают позиции сторон по проблемам Ближнего Востока и Балкан. Что касается Ирака, то здесь у Москвы и Парижа, до сих пор занимавших единую позицию в СБ ООН по проблеме санкций против Багдада, в последнее время наметились некоторые разногласия. Во время встречи с Жаком Шираком Владимир Путин попытается сблизить позиции сторон, убедив своего французского коллегу в непродуктивности англо-американской идеи "умных санкций", неприемлемых для Багдада.
СЕРГЕЙ Ъ-СТРОКАНЬ