Сегодня кассационный суд Франции должен решить, является ли человеческий эмбрион личностью с точки зрения закона. Если да, то обращение к врачу по поводу аборта станет прямым умыслом на убийство, а сам аборт — убийством при отягчающих обстоятельствах, совершенным группой лиц по предварительному сговору с особой жестокостью и расчленением трупа.
29 июля 1995 года Сильвия Громанжен (Sylvie Grosmangin), находившаяся на шестом месяце беременности, по вине пьяного водителя попала в автокатастрофу. Женщине срочно сделали аборт, потому что от травм, полученных матерью, плод погиб. В июне 1997 года суд города Мец признал ответчика виновным в неумышленном убийстве еще не родившегося ребенка. Однако состоявшийся в сентябре 1998 года апелляционный суд Меца отменил этот приговор на том основании, что "до рождения ребенок не является личностью, защищенной уголовным кодексом. Для того чтобы стать личностью, он должен быть рожден на свет". Точку в этом запутанном деле должен поставить кассационный суд Франции, который сегодня решит, является ли эмбрион человека личностью на территории Французской Республики.
В пленарном заседании кассационного суда примут участие представители всех департаментов Франции. Такие заседания собираются редко и только по особо трудным и важным вопросам. До сих пор кассационный суд вынес по аналогичным случаям всего два вердикта, причем прямо противоположных. В 1997 году он отменил приговор лионского суда врачу-гинекологу, который перепутал пациенток и загубил вполне жизнеспособный шестимесячный плод. А в прошлом году оставил в силе приговор реймсского суда водителю, который совершил точно такое же преступление, какое будет рассмотрено сегодня. Источник, близкий к кассационному суду, сообщил французским журналистам, что генеральный адвокат Франции Жерри Сент-Роз (Jerry Sainte-Rose) собирается потребовать отмены вердикта апелляционного суда Меца и тем самым гарантировать французам права личности по меньшей мере за несколько месяцев до появления на свет.
Нынешний судебный процесс во Франции многие воспринимают вовсе не как забавный юридический казус, а с большой обеспокоенностью. Ведь если граждане Франции получат права личности еще в эмбриональном состоянии, то моментально возникнет масса юридических тупиков. Например, аборт по медицинским показаниям (когда забеременевшая женщина может умереть, если будет рожать) станет практически неразрешимой проблемой с юридической точки зрения. Ведь с точки зрения закона оба субъекта конфликта — и женщина, и находящийся в ней эмбрион — будут иметь абсолютно равное право на жизнь. Правоведы пока не решили, какой суд Французской Республики и на каких основаниях будет решать, кому из этих двух личностей сохранить жизнь, а кого умертвить. Рухнет во Франции и высокодоходный и бурно развивающийся во всем мире бизнес по экстракорпоральному (вне тела матери) оплодотворению, благодаря которому за последние 10 лет в развитых странах родилось уже больше 1 млн "детей из пробирки" (в том числе 10 тыс. в России). Зачатые в пробирке эмбрионы помещают в матку женщины в избыточном количестве, а незадолго до родов лишних зародышей врачи умерщвляют уколом хлористого калия прямо в сердце эмбриона, тогда как даже приговоренных к смерти сейчас в США сначала усыпляют снотворным и вводят хлористый калий в вену руки или ноги.
В России права эмбрионов пока регулирует статья 36 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан и соответствующие служебные инструкции Минздрава. Согласно этим документам, права личности зародыша признаются после 22-й недели беременности, причем только в той степени, в какой они не нарушают прав личности уже живущих на этом свете людей. Виновников же ДТП, аналогичных случившемуся в Меце, просто судят по соответствующей статье УК РФ за причинение тяжких телесных повреждений беременным женщинам. Что же касается не юридической, а моральной оценки, то она давным-давно дана всеми мировыми религиями. Например, в православии зарождение человеческого существа расценивается как дар Божий, и потому, как записано в социальной концепции РПЦ, "с момента зачатия всякое посягательство на жизнь будущей человеческой личности преступно". А нарушение кем-либо прав этой будущей личности требует от нарушителя "исполнения личного покаянного молитвенного правила, которое определяется священником, принимающим исповедь".
ФЕДОР Ъ-КОТРЕЛЕВ, СЕРГЕЙ Ъ-ПЕТУХОВ