Коротко

Новости

Подробно

45

Фото: Imaxtree

Никакого космоса

Александр Щуренков об образе настоящей француженки в коллекциях Louis Vuitton

"Стиль женщины". Приложение от , стр. 30

В ноябре 2013 года было объявлено, что за женские коллекции одного из главных французских модных домов, Louis Vuitton, входящего в люксовое объединение LVMH, будет отвечать Николя Жескьер (именно так просит писать его имя пресс-служба марки). До этого он успешно, на протяжении пятнадцати лет, руководил созданием женской одежды и аксессуаров другой французской марки — Balenciaga, являющейся составной частью группы главного конкурента LVMH — Kering. Вступлением Жескьера в должность креативного директора женских коллекций закончилась одна из глав профессиональной жизни американского дизайнера Марка Джейкобса, с 1997 года работавшего на LVMH и в том же году запустившего первую коллекцию одежды не только аксессуарного, но и модного бренда Louis Vuitton. Джейкобс получил карт-бланш на безграничный полет фантазии: до него постоянных коллекций у марки просто не существовало. Эпоху Марка, умевшего не просто предвидеть тенденции, но и создавать их, можно охарактеризовать как удачный старт. Именно он первый сумел сделать классический орнамент сундучных дел мастеров из Louis Vuitton по-настоящему модным: до его прихода бренд то и дело сотрудничал со знаменитыми интерьерными и модными дизайнерами (к примеру, с Роном Арадом в 1987-м или Вивьен Вествуд в 1996-м), но дальше создания музейных экспонатов или лимитированных коллекций аксессуаров дело не пошло. Джейкобс же привлек неоднозначных, но модных дизайнеров (вроде Стивена Спрауза) и актуальных художников — и сделал популярным орнамент с вековой историей. Но за удачным стартом должно следовать не менее удачное развитие, и менеджмент Louis Vuitton выбрал новым креативным директором Жескьера, ушедшего с аналогичного поста в Balenciaga в ноябре 2012-го.

Николя знали по грамотной работе с архивами, умению превращать главные хиты прошлого в уверенные хиты настоящего, а также склонности к футуризму, которая неизменно отражалась в коллекциях и стала своеобразным почерком. Наверное, такого же ждали критики и поклонники его творчества из 1997-2012 годов, но девушка Louis Vuitton на первом показе бренда в марте 2014-го не вышла из будущего: на ней не было надето поблескивающих металлическими пластинами легинсов, как не было и короткой летной куртки с огромным воротником, не оказалось и жестких неопреновых платьев с дополнительным объемом в области плеч и всего прочего, за что Николя знали и любили. Логично, что не оказалось там и переработанных архивов времен Марка Джейкобса. Вместо космической девушки на подиум вышла земная: она больше всего была похожа на французскую певицу Франсуазу Анри из 1960-1970-х. Такие же длинные волосы и челка, небрежно отодвинутая на бок, верхняя одежда с выдающимися, острыми воротничками, контрастные полоски, А-образный силуэт, юбки чуть короче колена, неизменные ботильоны или сапоги-чулки, много кожи, матовой и глянцевой, много сочетаний плотных, фактурных и летящих тканей, много коротких рукавов, много женственности и простой, доступной красоты, о которой в погоне за сиюминутными тенденциями и яркими однодневными образами все почему-то забыли. Взамен передовой моды, стремящейся перегнать всех, французская марка получила не взгляд успешного и талантливого американского дизайнера на женщину из Франции, а восприятие француженки французом по рождению. И девушка Louis Vuitton в своей новой интерпретации осталась по-прежнему независимой и сильной, но у нее появилась душа, юношеская трогательность и большая внутренняя свобода от стереотипов, всего навязываемого и наносного.

Новая коллекция сезона весна-лето 2015 — третья по счету для Жескьера (если учитывать и круизную коллекцию, представленную публике в середине мая 2014 года в Монако). Эта коллекция продолжает развивать образ именно не парижанки, а живущей более расслабленно француженки, и одним из главных моментов в работе над одеждой и аксессуарами стало особое внимание, уделяемое командой Николя работе с новыми для бренда материалами и техниками, а также их сочетанием. В коллекции одежды прослеживаются сразу несколько тем. Одна из них — романтизм. Она представлена полупрозрачными черными и белыми платьями, вдохновленными ажурным нижним бельем середины прошлого века. Эти платья выполнены в технике кроше, фактически собраны из связанных вручную крючком полосок разной степени прозрачности, основным мотивом в которых стал квадрат (отголосок ключевого для марки орнамента "шашечки" Damier), а также стилизованная литера V, напоминающая о принадлежности к великому модному дому. Романтический настрой этой главы коллекции подчеркивали детали: воротник с воланом или простая "крестьянская" застежка переда платья на пуговицы.

Дух 1960-х из другой части коллекции передан при помощи ярких принтов, главными действующими элементами которых выступили "бытовые" предметы: фен, американские модели автомобилей, щипчики для завивки ресниц, а также представленная в первой коллекции Жескьера маленькая сумочка petit malle, внешне напоминающая сундучок. Чтобы создать идеальный орнамент на ткани, все предметы будущей коллекции были сначала выполнены из белой бумаги, на которую в ходе моделирования были наклеены все эти изображения. В каждую часть Николя старается привнести дух максимально ручного производства, как будто каждый предмет гардероба шьется на заказ в ателье: именно поэтому здесь так много старых и красивых техник, так кропотливо подбираются орнаменты, столько времени тратится на сборку одежды из множества разрозненных кусочков ткани, скрупулезно подбирается цвет подкладки и заказывается особая в каждом случае фурнитура.

Есть в коллекции и оммаж 1970-м: этот период переживает сейчас очередное переосмысление в творчестве передовых дизайнеров. Николя же в работе над коллекцией думал о Дэвиде Боуи, Джимми Хендриксе, а также о собирательном образе определенно счастливой и беззаботной посетительницы "Вудстока" рубежа 1960-х и 1970-х. Так здесь появились, к примеру, короткие плюшевые куртки с психоделическим сочетанием орнаментов, изображающих диковинных птиц, животных, а также цветочные поляны, на золотистых подкладках. Сюда же был добавлен вдохновленный спортивными костюмами трикотаж, а также узкие брюки из неопрена будто от водолазных костюмов с наколенниками, напоминающими байкерское обмундирование (еще две страсти Жескьера).

Не обошлось и без развития темы "британской волны": из школьной униформы были заимствованы полоски, а также крой жакетов и двубортных полупальто с золотистыми пуговицами. Платья-мини, расшитые пайетками, намекают на образ Твигги.

Если присмотреться внимательнее, то практически в каждый предмет гардероба добавлена отделка кожей — так Николя старается подчеркнуть связь коллекции с ДНК Louis Vuitton, исторически известной своей мастерской работой с этим материалом. Помимо телячьей кожи тонкой выделки в новой коллекции широко используется кожа угря, окрашенная в бордовый, кроваво-красный, апельсиновый, иссиня-черный и цвет сажи. Она идет на пошив платьев с короткими рукавами или же совсем без них, юбок, а также ботильонов и сапог с предельно узким, скульптурным голенищем. И одежда, и обувь выполнены в стиле печворк. Надо сказать, что в подиумном варианте Жескьер вообще не предлагает альтернативы: либо сапоги, либо ботильоны, все с круглым мысом и каблуком, созданным по мотивам орнамента Monogram — с отпечатком в виде четырехлистного цветка или звезды. Конечно, в коммерческой коллекции, которую в дополнение к подиумной можно будет увидеть в магазинах, окажутся все типы обуви, которая может понадобиться современной женщине: от балеток и мокасин до классических лодочек. Но своей бескомпромиссностью образцово-показательного варианта Николя лишний раз делает акцент на полюбившихся ему 1970-х, а также признается, что в обуви прежде всего должно быть удобно (отсюда удобный каблук и заведомо комфортная для большинства колодка).

Существенную работу проделал отдел, отвечающий за костюмную бижутерию. Под предводительством Жескьера каждый сезон появляется все больше простых и удобных в носке украшений. Так, в дополнение к моносерьгам первой коллекции появились новые: они выглядят как ровная цепочка, и для их ношения не нужны отверстия в ушах — эти серьги подвешиваются на ухо с обратной стороны. Легкие серьги, а также колье и браслеты из большого количества круглых и несколько деформированных прозрачных пластин, материал которых напоминает нечто среднее между пластиком и резиной и окрашен в различные цвета, стали главным декоративным элементом для весенне-летнего показа. Все они производятся вручную.

Много новостей и у одного из главных отделов Louis Vuitton, который отвечает за сумки. Представленный ранее "сундучок" получил сразу несколько инкарнаций: мягкая версия выполнена из кожи или текстиля (mini malle soft), а классическая жесткой формы стала выпускаться также из материала с орнаментом Monogram, логотипы на котором сделаны со светоотражающим эффектом (так называемая клубная версия). Помимо спецэффектов "Монограмма" обзавелась и новым цветовым красно-черным сочетанием, который используется для всех типов сумок (кроме багажа). Определенным хитом станет и небольшая сумка Twin Bag с удвоенной застежкой в виде латинской V, которая под определенным углом становится монограммой LV — она выполнена в идеальной для летнего времени года тисненой коже Epi с эффектом окраски под деним. Вместительная сумка на каждый день Dora прямоугольной формы с закругленными верхними углами на небольшой ручке получила новые "драгоценные" версии из кожи крокодила, окрашенной в оптимистичные зеленый и красный, а также более доступные — из текстиля цвета небеленого льна с кожей и из привычной для марки гладкой телячьей кожи.

Главное, что Николя Жескьер говорит своими коллекциями (на настоящий момент их всего пять, к текущей весенне-летней были уже показаны pre-fall 2015 и "осень-зима 2015/16"), очень просто сформулировать. Его одежда и аксессуары предназначены для реальных девушек и женщин, каждого их дня и каждого часа. Они будто были в гардеробе всегда, и вроде бы невозможно даже представить, что их когда-то в нем не существовало. И именно с ними француженки, может, и не по рождению, но по состоянию души, не расстаются ни в реальной жизни, ни в своих мечтах. А что до космоса — его и так достаточно в фантастических фильмах.

Комментарии
Профиль пользователя