Коротко


Подробно

 ВЛАДИМИР РЯШЕНЦЕВ: "НИКТО НИЧЕГО НЕ ЗНАЛ..."


Содержащиеся в письме и документах АНТ сведения оказались настолько

неожиданными, что корреспонденты "Ъ" сочли необходимым обратиться за
разъяснениями к одному из бывших руководителей АНТ Владимиру Ряшенцеву.
       
Ъ: Вы утверждаете, что АНТ не имел никакого отношения х прибывшим в
        Новороссийск тонком. Тем не менее его грузы задержаны, он на грани
закрытия. Почему?
       
В. Р. Это была наглая провокация и, к сожалению, она дала тот эффект,
        которого и ждали ее организаторы. Мы сами не внаем почти ничего - поэтому
        нам очень трудно защищаться. То, что знаю, я вам расскажу, но, кроме того,
        гораздо важнее рассказать об истинной деятельности АНТа. Главное, чего
        никто не знает: АНТ - не шайка бандитов, а грандиозный экономический
        эксперимент. От его реализации зависела судьба нашей страны. "Танковый
скандал" всего лишь попытка провалить этот эксперимент.
       
Ъ: Эксперимент по "серой" или "черной" продаже оружия?
       
В. Р. Разговоры о том, что АНТ создавался для тайных сделок с вооружениями,
        - чепуха. Если бы нам предложили, мы, конечно, могли бы продавать и оружие,
        но, во-первых, законным путем, на основе межправительственных соглашений, а
        во-вторых, об этом просто и речи не шло. Это провокация, придуманная теми,
кто решил нанести удар по самой идее АНТа.
       
Ъ: Кто же эти люди или силы?
       
В. Р. Как вы думаете, кому невыгодно, чтобы уже в первом квартале этого
        года на прилавках наших магазинов появились товары, о которых люди давно
        забыли, а к концу года магазины были бы завалены товаром, к этому же сроку
        рубль был бы полностью стабилизирован и приведен к курсу по крайней мере
        один к одному с долларом или даже выше, была бы решена проблема одноразовых
шприцев и других средств борьбы со СПИДом?
       
Ъ: Не знаю. А что, речь шла о таких масштабах?
       
В. Р. Все это уже начало осуществляться. По нашим оценкам, СССР располагает
        ресурсами на сумму около 900 миллиардов рублей, которые при существующей
        технологии и организации никогда не будут использованы. Запад и развитый
        Восток могли бы у нас купить их по курсу к доллару не меньше, чем один к
        одному. Теоретически, если на вырученный таким образом триллион долларов
        закупить товаров для внутреннего рынка, они могут быть проданы на нем за 10
триллионов рублей.
       
Разумеется, никто не собирался продавать ресурсы в таких количествах. Лишь
        небольшая часть была бы продана, а выручка направлена, во-первых, на
        потребительские товары, чтобы насытить рывок, снять социальную
        напряженность и стабилизировать рубль, а во-вторых, это главное, - на
        закупку технологий. Вот что позволило бы совершить переворот в советской
промышленности, экономике и нашем образе жизни.
       
Ъ: Гак ли уж нужны Западу наши ресурсы?
       
В. Р.: Нужны. У нас накоплено столько запасов металлургической продукции, К
        примеру, что они могли бы сократить у себя соответствующие производства и
        пользоваться импортом из СССР. Разумеется, мы допускались на рынок только с
        тем условием, что будем согласовывать ритм поставок, не ломать структуры их
        рынка и делится прибылью. Складывалось оптимальное на нынешней стадии
развития советской промышленности международное разделение ТФУ".
       
Ъ: Каким образом должна была реализоваться эта программа, кто ее автор а
причем тут АНТ?
       
В. Р.: Авторы этой программы - люди, возглавлявшие МГКК АНТ, который был
        создан специально для ее реализации распоряжением правительства СССР. А
        правительство, со своей стороны, выбрало именно ПГКО АНТ потому, что в его
        работе с самого начала присутствовали черты цивилизованности: мы не гнались
        за сверхприбылями, долгое время имели верхний потолок зарплаты, вкладывая
        деньги в развитие производства, делились с госпредприятиями теми доходами,
        которые получали, сотрудничая с ними. Министерство авиационной
        промышленности было выбрано для создания концерна в качестве партнера
        потому, что в его распоряжении находится примерно тридцать процентов всех
ресурсов, пригодных для экспорта по нашей программе.
       
За короткое время нам удалось войти в контакт с ведущими финансовыми и
        промышленными группами капиталистического мира и убедить их в своей
        состоятельности как партнеров. Ведь концерн по своей структуре - гибрид
        советского и западного типа предприятия, поэтому им легко с нами
разговаривать.
       
Ъ: Почему об этой, серьезнейшей программе никому ничего не было известно?
       
В. Р.: Чтобы понять это, надо понять, что такое вообще АНТ.
       
Кооператив АНТ был создан в 1987 году. А в конце 1988 года он стал
        организацией, существующей в режиме "почтового ящика", которые, кстати,
        примерно в то же время были официально отменены. Но суть осталась. У нас
        был соответствующий режим, первый отдел, допуски к секретной документации.
        ПГКО АНТ было засекречено, так как занималось разработкой принципиально
новых технологий и изделий.
       
Секретность деятельности МГКК АНТ определялась в том числе еще и
        коммерческой тайной. Вероятно, она была оправдана. Но в итоге получилось,
        что вся эта секретность сыграла с нами плохую шутку. Получилось так, что
про АНТ узнали только в связи с провокационным "танковым делом".
       
Никто не знал, что АНТ уже сделал и что собирался сделать для страны.
       
Никто не знал, как в АНТе распределялась прибыль от сделок.
       
Никто не знал, что имущество АНТ принадлежало не его членам, а государству.
       
Вообще никто ничего не знал про АНТ.
       
Ъ: Чем вы объясняете, что в документах АНТа не указывался получатель
грузов, что породило много слухов?
       
В. Р.: Мы не успели экспортировать из СССР ничего. Предназначенные для
        экспорта материалы, прибывая в порты, еще не имели конкретного адресата.
        Так как транспортировка груза по нашим железным дорогам может занять
        несколько месяцев, мы были вынуждены организовать на территории портов свои
        накопители, чтобы иметь возможность выполнить условия контрактов в любой
        момент. Собрав достаточное количество материалов, мы должны были
        окончательно согласовывать в правительстве вопрос об их вывозе, а затем
договориться с конкретными покупателями.
       
Правительство предоставило нам право безлицензионного экспорта. Но с
        обязательным заполнением таможенных деклараций. Их, естественно, не было,
        так как складированные в портах материалы не предназначались для экспорта
        непосредственно, на них еще не было конкретного покупателя. Лишь после
        этого заполнялась бы таможенная декларация. Все, что было "вычитано" в
        документах авторами публикаций, представляет собой их фантазии. Много
        писали и о том, что мы под видом металлолома пытались вывезти прокат и
        стратегический металл. А зачем нам что-то вывозить под видом чего-то, когда
концерну официально был разрешен экспорт металлов и изделий из них?
       
Ъ: Танки входила в номенклатуру вашего предполагаемого экспорта?
       
В. Р.: Нет, конечно же, нет. Я уже говорил, что все это провокация с начала
        до конца. Теперь, когда вы знаете о нашей деятельности, будет легче понять
механику "танкового дела".
       
В октябре нам позвонил начальник НПО "Взлет" генерал-лейтенант Довгань и
        попросил помочь с приобретением компьютеров для их отрасли (НПО относится к
Минрадиопрому). Мы объяснили, что это возможно на условиях бартера.
       
Тут надо сказать, что мы продавали компьютеры организациям процентов на
        пятьдесят дешевле. чем обычно продают. Это, кстати, сбило и цены черного
        рынка, что вызвало большое волнение у его дельцов. Теперь, когда концерна
АНТ нет, цены опять взлетели.
       
Довгань предложил нам для бартера тягачи, переделанные из танков. Тягачи! А
        не танки. При этом он сказал, что в документах тягачи надо именовать
        "изделие 172". Как потом выяснилось, именно таково кодовое название танка
Т72. Но мы-то этого тогда не знали!
       
Ъ: Как вы действовали, покупая тягачи?
       
В. Р.: Мы покупали четырнадцать тягачей, причем два из них предназначались
не для бартера, а напрямую Довганю и не должны были вывозиться с завода.
       
Нам было сказано, что продажная цена тягача для использования его в
        народном хозяйстве 321 тысяча рублей. Лишь много времени спустя мы узнали,
        что стоимость танка Т-72 - 200 тысяч рублей. 121 тысячу завод брал с нас за
        переделку танка в тягач. Очень жалею, что мы тогда же не настояли на том.
        чтобы нам прислали технико-экономическое обоснование на переделку.
        Во-первых, у нас был бы документ, подверждающий, что мы покупаем тягачи.
        Во-вторых, мы бы тогда же узнали, что тягач называется не "изделие 172", а
        как-то иначе. Не говоря уже о том, что огромная цена за переделку вызывает,
мягко говоря, недоумение.
       
30 ноября генерал Довгань позвонил и сказал, что завод не выполнит наш
        заказ в четвертом квартале, если мы не перечислим ему в качестве аванса сто
        процентов стоимости тягачей. В тот же день мы перевели заводу деньги .
Кроме этого, никаких отношений с заводом мы не имели.
       
Ъ: Когда тягачи превратились в танки?
       
В. Р.: 13 декабря наш представитель в Новороссийском порту позвонил нам и
        сказал, что тягачей пока нет, но в порт пришли танки Т-72. Двадцать пятого
        декабря с завода пришло подтверждение, что танки предназначались для АНТа.
Но еще до этого мы начали понимать, что против нас затеяно.
       
Второго января мне позвонил некто, назвавшийся генерал-полковником
        Галкиным, и стал кричать в трубку, что мы пытались продать сверхсекретные
танки с тройной броней...
       
А 14 января появилась статья в "Советской России".
       
После этого начался разгром.
       
Шестнадцатого января меня вызвали к заместителю председателя
        Военно-промышленной комиссии Коблову. Поначалу все вопросы были к Довганю.
Он сказал, что речь шла о тягачах.
       
Ъ: Довгань был участником провокации?
       
В. Р.: Я думаю, он был просто обманут. Думаю, он не подозревал, что
        вовлечен в какую-то игру. А вот директор завода Серяков проявил
        поразительную неосведомленность во всем, что касалось этой истории. Он
        сказал только, что эти танки предназначались для Индии, но там произошла
смена правительства и новое правительство от сделки отказалось.
       
Ъ: Серяков, кажется, единственный из ключевых фигур в этой истории, не
лишившийся должности?
       
В. Р.: Да, складывается впечатление, что его явно выгораживают. Оказалось,
        что никто не знает, кто отдал приказ об отгрузке танков, кто конкретно
        выпустил их с завода. Не знают ни директор, ни его заместители, ни
        военно-промышленная приемка... Выяснилось только, что танки отгрузили без
указания получателя.
       
Для перевозки конкретной партии танков Министерство обороны должно целевым
        образом выделять специальные платформы. Присутствовавший на ВПК
        представитель Министерства обороны заявил, что они разрешения на
        предоставление заводу этих платформ не давали. Но откуда же тогда
платформы, на которых танки прибыли в Новороссийск?
       
Выяснить до сих пор ничего не удалось. Заведено уголовное дело, в котором
        кет ни одного обвиняемого, только свидетели. Оно заведено по самому факту
якобы имевшей место попытки продажи танков за границу.
       
Ъ: Какие организации ведут расследование?
       
В. Р.: Прокуратура СССР и Комитет государственной безопасности.
       
Ъ: В каком состоянии находятся дела АНТа сейчас?
       
В. Р.; Как известно, концерна АНТ больше не существует. Его правопреемником
        является ПГКО АНТ. Все дела ПГКО практически остановлены. Внешэкономбанк
        заморозил наш счет. В соответствии с неизвестно откуда исходящими
негласными указаниями разрываются договоры с нашими филиалами.
       
Ъ: Но концерн брал на себя определенные обязательства перед советскими и
        иностранными партнерами. Согласно вашей справке, в СССР уже поставлено
        товаров на три миллиона долларов, а вы сами говорите, что не успели вывезти
ни на копейку...
       
В. Р.: Обязательства перед советскими партнерами мы еще постараемся
        выполнить сами, продав взятую у них продукцию и вернув им не товары, но
хотя бы деньги.
       
С Западом АНТ рассчитаться в нынешней ситуации не может, так как вся наша
        внешнеэкономическая деятельность остановлена. МВЭС отказался работать по
        нашим планам - это ему просто не по силам. Но три миллиона не могут
        остаться подарком. У нас есть информация, что претензии уже пошли. И они
        вполне могут быть предъявлены тому участнику концерна, который остался
        полностью дее - и правоспособным, то есть Министерству авиационной
промышленности.
       
Ъ: Как. по вашему мнению, будут развиваться события дальше?
       
В. Р.: Практически никаких надежд у вас нет. Скоро, видимо, у нас отберут
        помещение. Когда мы брали его в аренду, на его месте стояла одна сгоревшая
        стена. Мы выстроили совершенно новое здание - такое, каким оно было раньше,
        согласовывали проект с районным архитектором, вложили в него триста тысяч.
        Теперь Ленинский райисполком собирается его забрать, хотя в аренду отдавал
        Моссовет. И Повод такой, что не придерешься, - под благотворительную
        столовую... Конечно, мы еще пытаемся как-то отстаивать свои права, но,
кажется, что бы мы не делали сейчас, это уже агония.
       
        Еще в октябре на Западе нам сказали: "Вас задавят к февралю". Жаль, что
        погибает такое дело. Думаем, впрочем, что структура АНТа рано или поздно
        будет возрождена. Государству она необходима.
       ---

Тэги:

Обсудить: (0)

Журнал "Коммерсантъ Власть" от 05.03.1990
Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

Социальные сети

обсуждение