Коротко

Новости

Подробно

Фото: Геннадий Гуляев / Коммерсантъ

"Присутствует определенный диапазон волюнтаризма"

Глеб Никитин, первый замминистра промышленности

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 13

— Как изменилась модель взаимодействия с западными станкостроительными компаниями с учетом санкций и общей внешнеполитической ситуации? Государство по-прежнему допускает возможность трансфера технологий и создания СП?

— С европейцами у нас работа не остановилась. Более того, некоторые игроки рассматривают возможность перемещения центров компетенций в Россию, где не нужно получать разрешений на экспорт. Отсюда, локализовав производство, они могут поставлять и в Европу. Могут сделать российские подразделения не просто ветвями для освоения местного рынка, а площадками для концентрации конструкторских компетенций, для строительства настоящих производственных холдингов, ориентированных на экспорт. Еще один очень серьезный фактор, который способствует локализации,— это девальвация рубля. Потому что зарубежный станок, неважно, европейский или азиатский, резко дорожает. А станок, который производится у нас, пусть и дорожает, но, во-первых, гораздо медленнее, во-вторых, в итоге менее значительно.

— Но есть большая вероятность того, что возникнут определенные неформальные ограничения на локализацию продукции в России.

— Если они возникнут, это признак нерыночных методов управления в Европе и других странах. В рамках рыночных и публичных методов управления никаких препятствий для этого не существует. В том числе для экспорта высокотехнологичной продукции, производимой в России, в их страны.

— Санкции ограничили только импорт станков, которые могут использоваться для целей двойного назначения, или в том числе и продукцию, которую закупают наши исключительно гражданские машиностроители?

— В каждой стране действует своя регуляторная база, касающаяся санкций. Институты власти, экспортные агентства сами решают, что является оборудованием двойного назначения, а что нет, и в том числе ориентируются на заказчика. Для ведомств, которые реализуют эти решения, присутствует определенный диапазон волюнтаризма. Если, например, какая-либо страна ориентирована на то, чтобы перекрывать нам кислород, то она, конечно, может широко трактовать запреты.

— Сколько времени потребуется на импортозамещение в станкостроении и какой объем госсредств нужно вложить?

— По нашим оценкам, потребуется около пяти--семи лет с учетом наращивания научно-технической и производственной базы отечественных предприятий. Чтобы выйти на целевой уровень импортозамещения по наиболее востребованным позициям оборудования, нужно допфинансирование в размере около 12-15 млрд руб. бюджетных средств в перспективе 2015-2020 годов, которые пойдут на освоение новых технологий и создание серийных производств. Ключевыми направлениями импортозамещения мы считаем многокоординатную обработку, ультрапрецизионное оборудование, тяжелые станки, металлообрабатывающий инструмент.

— Насколько наши производители способны наладить не просто сборку станков, а локализованное производство полного цикла без привязки к импорту?

— Сказать, что сейчас мы на 100% готовы производить все комплектующие, будет, наверное, неправильно. Но в нашем представлении многие предприятия по аналогии с промсборкой достаточно оперативно, в течение полутора-двух лет, могут довести локализацию до 55-65%. У нас много предприятий, где уровень локализации уже сейчас гораздо выше — до 85-90%.

— С учетом нашей текущей ориентации на Восток, насколько плотно будет развиваться партнерство с азиатскими странами?

— Мы в активном поиске, посещали предприятия Китая, изучали площадки в Индии и Южной Корее. И конечно же, Япония, которая тоже, к сожалению, ввела санкции, но мы пытаемся с ними общаться. Здесь возникают серьезный выбор и конкуренция между двумя взаимозамещающими линейками — европейской и азиатской. Нужно понять, насколько у нас нет движения в партнерстве с европейцами, и тогда уже определять отношения с китайцами и другими азиатскими поставщиками.

Интервью взял Егор Попов


Комментарии
Профиль пользователя