Коротко

Новости

Подробно

Фото: Дмитрий Лебедев / Коммерсантъ   |  купить фото

Цена вопроса

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 8

В ноябре совпало сразу несколько символических дат: годовщины двух киевских майданов — "оранжевого" 2004 года и куда более неоднозначного в прошлом году, четверть века со времени падения Берлинской стены и, наконец, 25-летие событий в бывшей Чехословакии, вызвавших волну "бархатных революций" в Центральной Европе.

Сегодня Европа снова бурлит, маятник общественных настроений качается из стороны в сторону. Если в Берлине веселятся и празднуют, то в Праге показывают "красные карточки" своему и заодно германскому президентам. Украина же и вовсе стоит перед самым трудным выбором в своей постсоветской истории — не только власти, но и судьбы.

Вопрос о природе власти и ее отношениях с обществом — всегда в эпицентре любого конфликта. В сказке Андерсена крик маленького мальчика "А король-то голый!" всем открывает глаза не только на наготу власти, но и на ее коллективное лицемерие. На язык современной политики это переводится как нелегитимность. Сегодня общество может увидеть нелегитимность в неэффективности своих правителей, их лживости и надменности.

Бетонная тяжеловесность Берлинской стены — самый явный признак той самой наготы власти (не отгородишься бетоном — все сбегут), а в момент падения — яркий символ способности общества эту нелегитимность победить. Вырождение престарелых коммунистических вождей, коррумпированность, грубое искажение результатов выборов — вот менее яркие с точки зрения символики, но не менее значимые причины, по которым граждане выходили и выходят на улицы.

Мотивы протестующих не всегда бывают правильно поняты. Вот лишь некоторые мифы об уличных протестах.

Если власть и падает после таких протестов, то не улица ее роняет. На штурм дворцов мирная гражданская масса не ходит. А, если в эту массу затесываются штурмовики с оружием, такая революция уже совсем не "оранжевая".

Откуда взялись штурмовики и кто вложил в их руки оружие — вопросы закономерные, но они про другое. Улица лишь выносит вердикт о необратимой нелегитимности власти. После этого с падением старой власти раскол нередко проходит через все общество. Тогда начинается гражданская война, в которую вмешиваются внешние силы — от великих держав до экстремистов, как в Ливии, Сирии, как, увы, и на Украине.

Но вернемся к улице как "жюри присяжных", выносящему вердикт о нелегитимности власти. В верхах, услышав этот вердикт, могут своими руками убрать диктатора (Николае Чаушеску или Хосни Мубарака), могут договориться о плановой смене режима, как на круглых столах эпохи "бархатных революций" в Варшаве и Будапеште, могут задавить "присяжных" танками, как на пекинской площади Тяньаньмэнь. Наконец, властитель может просто затеряться где-то между Харьковом и Ростовом.

Утверждать, что людей на улицу выводит подспудная, а то и ломовая внешняя сила,— значит полностью отказывать гражданам в способности мыслить и чувствовать себя причастными к политической судьбе страны.

Упрекая в этом граждан других стран, поневоле придешь к неуважению собственного народа. Андерсеновскому мальчику, что, тоже Госдеп глаза открыл на наготу короля? Или наивный Андерсен просто не знал, что за морем уже существует Госдеп?

Борис Макаренко,


председатель правления Центра политических технологий


Комментарии
Профиль пользователя