Царя делает массовка

Алексей Учитель снимает новую картину "Матильда", в которой вехи российской истории переплетутся с любовными терзаниями последнего императора. "Огонек" побывал на коронации Николая II, которая снимается впервые в истории российского кино

Семь утра, пасмурная погода, хмурые лица — сотни мужчин и женщин стекаются в здание Северного завода на Коломяжском проспекте. Оказавшись внутри, люди скидывают серые пальто, плащи, кожаные куртки и облачаются в парчу и блестящие мундиры. Тут над ними колдуют десятки гримеров и костюмеров — накручивают локоны, приклеивают бороды и усы в стиле эпохи, выдают уже заранее подписанные именные костюмы: Егоров — Преображенский полк, Емельянов — генерал, дальше Курочкин, Подолян, Бобков, Сорокин...

Судебный пристав, летчик, стюардесса, педагог и студентка театрального института — они пришли сюда на 12-часовой рабочий день, конечно, не за те 500-800 рублей, которые им заплатят. Здесь у них есть шанс почувствовать себя сенатором, министром, офицером, предводителем дворянства или придворной дамой. Десятки седобородых священников чинно поправляют кресты, парочка утомившихся кавалергардов прикорнули в коридоре на стульях, княгини, поблескивая драгоценностями, делают селфи. Императорский двор в количестве 500 человек коротает время в ожидании коронации.

Последнюю российскую императорскую чету играют немецкие актеры Ларс Айдингер и Луиза Вольфрам, матерью Николая II стала Ингеборга Дапкунайте, Данила Козловский утвержден на роль влюбленного в Матильду Кшесинскую графа. Знаменитый немецкий режиссер Томас Остермайер вживается в роль доктора Фишеля, а китайская актриса Ян Гэ — в роль его ассистентки. Алексей Учитель надеется заполучить в свою картину и Евгения Миронова на роль директора императорских театров. А вот кто сыграет роковую балерину, держится в секрете. Но что там звезды. Здесь каждый из 500 человек массовки, приобщившись к "России, которую мы потеряли", чувствует себя не последним героем.

— Подойдите, я вас познакомлю, здесь уникальные люди! — преподаватель физкультуры и менеджер специального Олимпийского комитета Санкт-Петербурга Александр Гуркин не один десяток лет добавляет к своей основной профессии "артист эпизодических и массовых сцен в кино". В "Матильде" он — министр.

— Мы же русские люди, фильм про нас,— объясняет пенсионерка Тамара Павловна, бывшая стюардесса, изящно поправляя копию диадемы,— а Матильда была прекрасной женщиной, я так думаю...

Насчет того, насколько прекрасной женщиной была известная балерина, прославившаяся едва ли не в большей степени своими интимными отношениями с августейшими особами, имеются противоречивые мнения. По сценарию фильма (автор — Александр Терехов) выбирать между любовью и долгом Николай II будет на фоне таких масштабных и технически сложных в исполнении сцен, как крушение императорского поезда в 1888 году, бал-маскарад в Екатерининском дворце, давка на Ходынском поле и, собственно, сама коронация. Для этой сцены в одном из ангаров Северного завода и выстроили интерьеры Успенского собора с росписью стен и громадными церковными люстрами, которые заказывали специально в Софрино.

— Священники в первых рядах, снимаем бахилы! Носочки выравниваем! — обращается один из ассистентов режиссера в рупор с надписью "орало" к подданным его величества.— И еще раз повторим, куда мы смотрим, когда проходит Николай II?

С помостов раздается не очень дружное:

— В глаза...

— Правильно, в глаза. Все, кроме священников и кавалергардов. Теперь даю вам 30 секунд: достали, по-честному, телефоны и выключили, проверили соседа, сняли очки! Кто-то из придворных дам уже ловким движением достает из декольте мобильник, потом так же ловко прячет обратно. Юбками старательно прикрываются джинсы. Готовы!

Когда в проходе под церковные распевы появляются немецкие актеры Ларс Айдингер и Луиза Вольфрам, верноподданные с обожанием провожают императорскую чету взглядами. Правда, кто-то из министров не выдержал и уставился прямо в камеру, а не в глаза Николая II. Еще дубль. Теперь один из священнослужителей выпятил живот. Еще дубль! Император запнулся на ступеньке. Дубль. Приобщаться к истории Российской империи в течение нескольких дней на протяжении 12 часов в сутки — дело утомительное. Но своя диадема, как видно, не тянет.