Умер Боб Хоскинс

Звезда «Кролика Роджера» скончался от пневмонии

Вчера на 72-ом году жизни умер от пневмонии Боб Хоскинс, один из самых тонких и, по большому счету, незадачливых британских актеров. Два года назад он оставил профессию из-за поразившей его болезни Паркинсона.

Боб Хоскинс

Фото: kinopoisk.ru

Сын учительницы и водителя грузовика, переквалифицировавшегося в бухгалтера, Хоскинс бросил школу в 15 лет, побывал в шкуре портье, мойщика окон, циркового огнеглотателя и не строил никаких иллюзий. Ни относительно своей внешности: «гиппопотамчик», «кубические пять футов, шесть дюймов». Ни относительно «высокого искусства»: «Актеры просто развлекают публику, даже самые серьезные». Ни относительно Голливуда, в котором прошел не очень славный путь от фильма Роберта Земекиса «Кто подставил кролика Роджера?» (1988) до «Супербратьев Марио» (1993): «все это — лишь fuck-you-money».

Как и все лучшие британские актеры, он обладал шекспировским темпераментом, что засвидетельствовал, сыграв Яго на пару с Отелло-Хопкинсом в телевизионном «Отелло» (1981) Джонатана Миллера. Но большинство из его 114 ролей — телевизионная поденщина, через паутину которой он битые десять лет прорывался на большой экран. И в истории актерского мастерства он останется несколькими яркими вспышками, считанными ролями, в которых в полной мере проявил свое изощренное умение сочетать брутальность с ранимостью, тираничность с нежностью, жестокое своеволие с покорностью року.

Режиссеры охотно эксплуатировали его дар, навязывая ему амплуа тиранов самого разного пошиба. Крупных: Муссолини («Муссолини и я» Альберто Негрина, 1985), Гувер («Никсон» Оливера Стоуна, 1995), Берия («Ближний круг» Андрея Кончаловского, 1991), Хрущев («Враг у ворот» Жан-Жака Анно, 2001). И мелких: менеджер, губящий «свою» звезду во имя бесконечного шоу («Стена» Алена Паркера, 1982), гангстер Оуни Мэдден, хозяин клуба «Коттон» в гангстерском шоу Фрэнсиа Форда Копполы (1984). Но его подлинным амплуа было амплуа «тирана самого себя», пленника собственного упрямства, амбиций, любви, мании, наконец.

Первый экранный триумф ему принесла роль гангстера-застройщика, столкнувшегося с неведомой ему силой, в «Долгой страстной пятнице» (1980) Джона Маккензи. «Завязавший» гангстер, одержимый любовью к дорогой шлюхе, у которой он служит шофером, в «Моне Лизе» (1986) Нила Джордана и священник, скованный тайной исповеди, в «Отходной молитве» (1987) Майкла Ходжеса, казалось бы, подтвердили, что его территория — британский неонуар с акцентом кокни.

Но в «Кролике Роджере», сенсационно комбинировавшем анимационный и игровой материал, Хоскинс в роли детектива Эдди Валианта, брата которого убил, скинув на него пианино, мультяшный кролик, сам оказался неожиданно и невероятно «мультяшным». Именно «гиппопотамчик» связал воедино разнородные экранные фактуры.

А его подлинным звездным часом стали две роли второй половины 1990-х: герои Хоскинса боролись сами с собой и терпели поражение. Что террорист поневоле Верлок в угрюмом поствикторианском триллере Кристофера Хэмптона «Секретный агент» (1996): Хоскинс осмелился переиграть роль, хрестоматийно исполненную «самим» Оскаром Хомолкой в «Саботаже» (1936) «самого» Хичкока. Что одинокий маньяк-кулинар, заманивший в свои сети беременную провинциалку, в «Путешествии Фелиции» (1999) Атома Эгояна. В общем-то, суть, что человеческого удела, что актерского мастерства, как раз и заключается в борьбе с собой. Только выразить это с такой предельной чистотой, как Хоскинс, дано очень немногим.

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...