Коротко

Новости

Подробно

Они молчали за родину

Светлана Сухова — о том, как Россия демонстрировала ПАСЕ свою правоту

Журнал "Огонёк" от , стр. 8

ПАСЕ не решилась лишать российскую делегацию полномочий, но лишила голоса. В результате дальнейшее общение Москвы и Страсбурга все больше напоминает разговор немого с глухим


Светлана Сухова, Страсбург


Собираясь на нынешнюю сессию Парламентской Ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) в по-весеннему теплый и по-эльзасски пряничный Страсбург, российские депутаты и сенаторы заранее предупредили Ассамблею, что готовы хлопнуть дверью, если только европейцы решатся применить по отношению к ним санкции любого рода.

— Пусть в ПАСЕ не думают, что они решают нашу судьбу! — заявил накануне рассмотрения российского вопроса глава делегации Алексей Пушков.

Но уже по настроению в зале, который подавляющим большинством проголосовал за резолюцию, осуждающую действия России в Крыму и на Украине, стало понятно: без санкций не обойдется. Так что и россиянам, в свою очередь, придется воплощать в жизнь свою угрозу и досрочно покидать сессию, чтобы отказаться от дискуссии, в которой их все равно не слушают. Обещания сдержали обе стороны.

Начнем с ПАСЕ. Парламентская Ассамблея терпела долго: в начале этого века лишь на несколько часов заартачилась с подтверждением полномочий россиян ввиду боевых действий в Чечне, потом отказалась от санкций после событий в Грузии в 2008 году. Но не выразить Москве своего негодования сейчас значило расписаться в бессилии, а вот этого в Ассамблее позволить себе не могли. При этом все равно хотели сделать так, чтобы с "нарушителями конвенции" можно было бы потом еще разговаривать.

Но и российская делегация не была настроена на компромиссы. Намерений сохранить за собой важную панъевропейскую площадку для общения с коллегами из Европы у нее не было видно, зато желание продемонстрировать свою правоту просматривалось в избытке.

Формально вроде как и Москве, и Страсбургу удалось исполнить задуманное, по-микояновски проскользнув между струйками: российскую делегацию в ПАСЕ лишили права голоса, но не лишили полномочий. Это означает: наши парламентарии не смогут выступать на заседаниях Ассамблеи до конца года, не смогут участвовать в руководстве ПАСЕ (речь, напомню, о Бюро, а также о постоянном и президентском комитетах) и в ее миссиях (в частности, в наблюдении за выборами). Все эти меры, безусловно, неприятны для страны, взнос которой в бюджет Совета Европы составляет 20 млн евро, но еще неприятней другое — грядущий паралич диалога, который лишь подтверждается досрочным отъездом депутатов РФ из Страсбурга. Стороны перестали слышать друг друга: каждая предпочитает оставаться заложницей того образа оппонента, который сама же и создала.

Заданная позиция


Страсбург — чуть ли не единственная зарубежная площадка для подпадающих под санкции российских парламентариев. Даже глава делегации Алексей Пушков уже называется в числе тех, кто может оказаться в новых "черных списках" ЕС. Его коллега Леонид Слуцкий — уже в них, но в Страсбург приехал: санкции не распространяются на приглашенных для участия в международном мероприятии.

Но даже на этой уникальной площадке россиянам и европейцам все труднее понимать друг друга, несмотря на все усилия дипломатов. Такое впечатление, что сам ход событий работает против диалога сторон, разводя их все дальше и дальше. В итоге в выигрыше могут оказаться "ретроградные партии" — те, кто ратует за выход РФ из ПАСЕ и прекращение диалога с ЕС.

Европейцы озабочены действиями России в Крыму и тем фактом, что на востоке Украины накал страстей только нарастает: появление "народных правительств" в Донецке, Харькове и Луганске ровно в момент начала сессии ПАСЕ вызвало в Страсбурге шок и чуть было не свело на нет все усилия дипломатии. Часть парламентариев тут же заявила о "следе Москвы" и стала настаивать на применении самых жестких санкций. Обошлось, но гарантий, что не полыхнет снова и европейцы не ужесточат санкции, никаких.

Уже то, что дискуссия по двум разным докладам — о ситуации на Украине и по полномочиям российской делегации — де-факто вылилась только в обсуждение действий России, говорит о том, где проходит линия непонимания.

Какие бы противоречия или разногласия ни раздирали сегодня Европу, в оценке действий России в Крыму разночтений нет. Как и в оценке того, что новая киевская власть — легитимна. Эстонка Маилис Репс и шведка Мариетта де Пурбе-Лундин, члены комитета ПАСЕ по мониторингу, видели события на Майдане собственными глазами и все подробно описали — час за часом.

Их вывод: "Сложившаяся ... политическая конфигурация дала возможность создать истинно демократическую систему управления страной с участием широких слоев общества". Отдельные недостатки, мол, конечно, встречаются (нужна конституционная реформа, независимость судебной системы, увеличение доли оппозиции в парламенте и т.д.), но в целом Киев на правильном пути. Напрасно российские депутаты пытались увещевать высокое собрание: "Поддержите "Правый сектор", сами пожалеете". Ассамблея голосовала за резолюцию также же рьяно, как "Единая Россия" в свое время за поправки в закон о митингах или об "иностранных агентах".

Ни один из аргументов россиян не возымел действия. ПАСЕ сочла их "не соответствующими действительности". Иначе говоря: ультраправые силы, по мнению европейцев, не захватывали центральную власть в Киеве, не было никакой непосредственной угрозы для прав этнического русскоязычного меньшинства в стране, в том числе — и даже особенно — в Крыму, а желание последнего присоединиться к России "было инициировано и спровоцировано российскими властями под прикрытием военного вмешательства".

Пассаж об отсутствии угрозы правам нацменьшинств подкреплен выводами побывавшей на Украине в конце марта специальной комиссии Консультативного комитета Конвенции по защите нацменьшинств: ее члены, как утверждается, переговорили с представителями 19 проживающих в этой стране национальностей, а с крымскими татарами пообщались по телефону. Авторитетность этого мнения Ассамблеей под сомнение не ставилась. В итоге текст резолюции был даже ужесточен: к просьбе обеспечить доступ в Крым международных наблюдателей добавился пассаж об особой опасности для крымских татар и требование обеспечить им доступ к своим домам.

Крымский референдум, как нетрудно догадаться, Страсбург не признал. По мнению и Ассамблеи, и Венецианской комиссии, он незаконен, потому как противоречит Конституциям и Украины, и Крыма. Да и в явку, и в результаты голосования европейцы, привыкшие к "демократическим" 40-60 процентам, не поверили. Да и не могли поверить! В крымской эйфории сомневаются даже специалисты по России — слишком уж события развивались стремительно. В кулуарах Дворца Европы намекали: вот если бы референдум провели сначала по вопросу о независимости, а уже потом о присоединении и так бы не торопились... На что сами же замечали, что и в этом случае волеизъявление крымчан противоречило бы украинским законам.

Но "особую обеспокоенность" ПАСЕ вызвало "наращивание российского военного присутствия на границе с Украиной". В Страсбурге всерьез опасаются продолжения. Отсюда и требование к России вывести флот из Крыма, раз уж соглашения о ЧМФ были денонсированы.

"Мало ли что ПАСЕ принимала!" — заявил Алексей Пушков и привел в качестве примера Турцию, которую десятилетиями подвергали остракизму за Кипр, а воз и ныне там. И то верно: фактов неисполнения резолюций ПАСЕ хватает. И то, что Россия не уйдет из Крыма и не выведет флот, мало у кого во Дворце Европы вызывает сомнения. Тогда какой смысл? Дело в том, что неисполнение требований резолюции — повод для обращения в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ). Украина, к слову, в ЕСПЧ и так уже обратились. Более того, намерены наказывать "рублем" и дальше: как пояснил "Огоньку" депутат от "Батькивщины" Сергей Соболев, украинцы будут подавать иски в международный арбитраж по каждому факту отъема собственности.

Схватки в кулуарах


Если в отношении действий России в Крыму европейцы в Ассамблее и единодушны, то в оценках происходящего на Украине и тем более действий руководства ПАСЕ — нет.

Голландец Тини Кокс, самым активным образом пытавшийся смягчить резолюцию по Украине, уверял "Огонек", что, находясь в составе делегации президентского комитета на Украине в конце марта, был в шоке от того, что "демократические институты не функционируют, а доверие общества к правительству крайне низкое, прежде всего из-за коррупции". Он убежден, что "российская аннексия в наведении порядка не помогает", но призывает не забывать, что и до этого момента на Украине "уже были проблемы, страна была разделена, и не только лингвистически". Кокс — не один. По его словам, одна из пяти политических групп ПАСЕ — Объединенные левые — придерживается того мнения, что хотя Россия и нарушила международное право, но лишать ее делегацию полномочий не стоит.

Аналогичное мнение высказал и такой знаток России, как поляк Тадеуш Ивински, некогда бывший одним из докладчиков по Чечне. Он член группы социалистов, также занявшей в вопросе по санкциям против РФ позицию "лучше меньше, да лучше". По его мнению, все зависит от того, сможет ли Украина провести честные выборы с полноценным участием в них восточных регионов страны. Что же до резолюции ПАСЕ, то она, по мнению Ивински, "имеет недостатки" — слишком уж Ассамблея торопилась.

Тадеуш Ивински также напоминает, что, пытаясь урегулировать ситуацию в Чечне, Ассамблея дробила зоны ответственности и каждую из них курировала отдельно, "сейчас же складывают все яйца в одну корзину".

Впрочем, если быть точным, то правильнее говорить все же о двух корзинах. Поясню. Дело в том, что за пару недель до сессии в недрах Ассамблеи вызрели две инициативы — датчанина Майкла Йенсена и британца Роберта Уолтера. Оба содержали предложения наложить на Россию санкции за действия в Крыму. Разница была в объемах этих санкций: мистер Уолтер предлагал приостановить полномочия российской делегации полностью и до следующего января, а господин Йенсен — частично, лишив голоса "лишь" на неопределенный срок.

Британцу тогда удалось собрать 74 подписи, датчанину — 53 (по регламенту достаточно и 50). Интересно, что Уолтера российская делегация поддерживала на прошедших в январе открытых выборах спикера ПАСЕ. Британец тогда сложил полномочия главы фракции "Европейские демократы" и стал независимым кандидатом, а его место досталось Алексею Пушкову. Победить, впрочем, ему не удалось, но российская поддержка Уолтера афишировалась в начале года столь явно, что теперь, избавляясь от ненужного имиджа, он после крымских событий просто показательно непримирим.

В итоге дипломатические усилия россиян и недюжинные лоббистские способности по блокировке инициативы Уолтера увенчались успехом, который, однако, по оценкам политологов, можно назвать пирровой победой. Все силы были брошены на выбор "правильного докладчика" по российскому вопросу — им стал глава комитета по мониторингу австрийский социалист Штефан Шеннах. Он-то и высказался за "мягкий" вариант санкций, который был в итоге поддержан комитетом. А слово комитета — это, как правило, закон для ПАСЕ: Ассамблея, несмотря на жаркие дебаты по предложению Уолтера, приняла резолюцию австрийца. Тем самым поставив шах всем, в том числе и самой себе.

Во-первых, возвращение права голоса россиянам теперь будет обусловлено выполнением каких-то обязательств. Они уже де-факто зафиксированы в резолюции по Украине. Например, вывод ЧМФ из Крыма.

Во-вторых, санкции ПАСЕ продлятся до января, после чего "голосовые связки" у делегации РФ восстановятся сами собой. Иными словами, "месседж" вполне циничный: "евротакса" за присоединение территории — восемь месяцев молчания в ПАСЕ. Что вряд ли работает на имидж Ассамблеи. Правда, не закрывает ее руководству путь для визита в Москву и участия в дальнейшем диалоге.

Что ж, после того, как глава МИД России Сергей Лавров пообщался с коллегой из США Джоном Керри без представителей ЕС, в Европе стали куда как чувствительнее к факту своего участия, причем на всех уровнях. Ради этого можно рискнуть и попасть в нетерпимое положение, а оно, как известно, на языке дипломатов означает положение, с которым неизвестно, что делать, и его приходится терпеть.

Так говорили в Страсбурге

Прямая речь

Перед голосованием по санкциям "Огонек" поинтересовался мнением депутатов ПАСЕ


Киммо Саси (Финляндия)

Мы помним, что значит оскорбленная национальная гордость... Совет Европы был создан, чтобы предотвратить такое развитие событий. Мы осуждаем действия России, но в то же время мы хотим вести диалог и найти совместное решение.

Марилуиза Бек (Германия)

Россия гарантировала неприкосновенность границ Украины, подписав Будапештские соглашения. И сегодня, когда она их нарушила, мы, говоря об Украине, говорим и о себе.

Турбьорн Ягланд, генсек Совета Европы

Изменять границы по собственному почину для страны — члена СЕ неприемлемо. В ноябре было предложение создать комиссию по наблюдению за расследованием событий на Майдане, и сегодня прошло ее первое заседание. Совету Европы надо помочь Украине в разработке Конституции.

Давид Бакрадзе (Грузия)

Россия всякий раз использует диалог с ПАСЕ для оправдания своих действий. Я призываю к решительным действиям, к самым жестким санкциям, к лишению делегации всех полномочий.

Григоре Петренко (Молдавия)

Доклад Ассамблеи несбалансированный. Вы не заметили то, о чем говорят российские коллеги: неофашизм, то, что такие ультра подстрекали к силовой смене власти. Доклад полон эмоций и категорических формулировок. Так почему же мы не осуждаем неофашистов и не требуем их разоружения?

Комментарии
Профиль пользователя