Очарование врага
Татьяна Алешичева о «Томе на ферме» Ксавье Долана
Красавчик с пухлыми губами (Ксавье Долан, перекрашенный в блондина) куда-то катит по проселочной дороге под сентиментальную песню Мишеля Леграна "Мельницы моего сердца" — как скоро выяснится, на похороны любовника к его родне, из "культурной столицы" Монреаль в деревенское захолустье, на ферму. Мать погибшего любовника Гийома — Агата (Лиз Руа) неожиданно тепло встречает Тома, хоть и впервые в жизни видит, укладывая спать в детскую кроватку, когда-то принадлежавшую Гийому. Ночью сказка из доброй становится тревожной — впотьмах Тома кто-то бесцеремонно хватает и предупреждает шепотом, что если он вздумает рассказать Агате о подлинной природе их с Гийомом отношений, ему несдобровать. Обнаружив поутру, что незваный визитер вдобавок растоптал его очки, Том сталкивается с ним за завтраком — правда, для зрителя эту встречу Долан-режиссер аранжирует иначе: к столу выходит здоровенный полуголый мускулистый амбал в тренировочных штанах, которого мы сначала видим только со спины. Это старший брат Гийома — Франсис (Пьер-Ив Кардиналь), грубое чудовище, которое отныне будет третировать изнеженного Тома всевозможными требованиями: да и нет не говорить, черное и белое не называть — сказать речь на похоронах и наплести Агате что-нибудь трогательное про Сару, которая якобы была девушкой Гийома. Как только Том пытается взбрыкнуть, Франсис тут же заваливает его на землю в зарослях кукурузы и мутузит до крови, причем эта драка в то же время очень напоминает любовную игру. На будущее грубый мужлан предупреждает попавшего в его власть Тома: если опять вздумаешь убегать, лучше беги на соевое поле, а то стебли кукурузы сейчас острые как бритва. И вот Том уже танцует со своим мучителем танго посреди коровника — и несложно заметить, что ему это нравится.
Ксавье Долан в главной роли в собственном фильме необычайно киногеничен, камера любит его, и он знает об этом. В фильме множество его крупных планов, которые, впрочем, не имеют ничего общего с самолюбованием. И хотя Долан с золотистыми кудрями стал походить на одного из ангелов Боттичелли, дело не в красоте — есть такие лица, которые не устаешь рассматривать, а лицо и сам вид Тома постоянно меняются по мере того, как его все глубже затягивает деревенская жизнь и странные отношения с принявшей его семьей. Это очень искусно снятая история о том, как нарушаются границы чужой жизни, а жертва, вместо того чтобы возмутиться, попадает под влияние захватчика, потому что в основе любви и неприязни лежит один и тот же страстный интерес к другому. Долан умудряется не мусолить этот интерес слишком долго, превращая свое кино из психологической драмы в триллер. Из гостя его герой становится заложником, а потом и сообщником Франсиса, и только случайность помогает ему очнуться от заповедных чар.
Долану всего 25, а он уже признанный режиссер, лауреат крупнейших европейских фестивалей — одним словом, вундеркинд. "Том на ферме" — его четвертый фильм, и критики, привыкшие выдавать ему щедрые авансы (которые он, впрочем, отрабатывает), в один голос сравнивают его фильм с классическим "Психо". Хотя чудо-мальчик Долан, как выяснилось, до съемок Хичкока посмотреть не успел. Да и нет в его "Томе" никакого Хичкока — то есть нет детективной интриги и выверенных до миллиметра и рассчитанных до минуты мизансцен, нагнетающих жуть, есть разве что похожая фабула: городской житель приезжает в захолустье и попадает в страшную сказку, с головой окунаясь в чуждый ему уклад и заодно в чужое безумие. Саспенс у Долана опирается не на механический расчет, а на эмоциональность. Его герои ничего не планируют заранее, а просто вдруг начинают вести себя иррационально, вразрез со своими социальными ролями и привычными устоями, обнаруживая в своей душе какие-то притягательные потемки и охотно в них опрокидываясь. Пещерный гомофоб неожиданно проявляет звериную чувственность по отношению к мужчине, а утонченный себялюбивый хипстер очарован творимым над ним насилием — Фрейд довольно потирал бы руки при виде стольких скрытых комплексов. Но если искать параллели, то стоит обратить внимание на другую подмеченную критиками связь — новый фильм Долана скорее родствен роману Патриции Хайсмит о дружбе-неприязни Тома Рипли и Дики Гринлифа. В общем же первый опыт канадского вундеркинда в области жанрового кинематографа явно удался.
В прокате с 17 апреля