Коротко

Новости

Подробно

2

Фото: Дмитрий Коротаев / Коммерсантъ   |  купить фото

Этот банкир боролся за мир

За что арестовали бывшего владельца ООО «Мой банк» Глеба Фетисова

Журнал "Коммерсантъ Деньги" от , стр. 38

Отзыв лицензий у некрупных банков стал обыденностью, но аресты банкиров — пока еще редкость. Почему банкир и оппозиционер Глеб Фетисов оказался за решеткой и чего в этой истории больше — бизнеса или политики, разбирался корреспондент "Денег" Евгений Сигал.


28 февраля правоохранительные органы задержали бывшего члена Совета федерации, политика и миллиардера Глеба Фетисова (55-е место в списке богатейших бизнесменов России по версии журнала Forbes с состоянием в $1,9 млрд). Арест был обставлен театрально: спецназ взял Фетисова в аэропорту Домодедово на трапе самолета, но почему-то не в тот момент, когда он улетал во Францию, а когда он как раз оттуда вернулся после двухнедельного отпуска. В тот же день Басманный суд отказался выпустить бизнесмена по залог 2 млн руб. и продлил арест на два месяца. Официальный представитель Следственного комитета (СК) Владимир Маркин заявил, что Фетисов задержан по подозрению в мошенничестве в рамках уголовного дела о выводе и хищении активов "Моего банка". Напомним, что еще недавно "Мой банк" принадлежал Фетисову, а Центробанк 31 января отозвал у него лицензию.

Задержание столь известного бизнесмена — происшествие не частое даже в России, но из-за событий на Украине оно осталось практически незамеченным.

Удачная продажа


Первые проблемы в "Моем банке" начались в августе 2013 года. Как рассказал "Деньгам" знакомый Фетисова, винить в возникновении проблем следовало Андрея Манойло, который в марте 2013-го возглавил "Мой банк", а до этого возглавлял Национальный резервный банк, принадлежащий скандально известному бизнесмену и политику Александру Лебедеву. По итогам деятельности Манойло в НРБ Центробанк даже внес его в неформальный черный список и отказался утверждать в должности предправления "Моего банка", и он работал на номинальном посту президента. Находясь в этой должности, Манойло, по словам знакомого Фетисова, выдал два крупных кредита офшорным компаниям, в результате финансовое состояние банка вызвало тревогу ЦБ, и от банка потребовали доформировать резервы. Поначалу сумма требуемых ЦБ допрезервов составляла 2 млрд руб., но затем была снижена до 62 млн руб. Помимо того, ЦБ ввел временные ограничения на прием вкладов у населения и ставки по депозитам и предписал банку доначислить резервы по кредитам семи компаниям.

В начале декабря ограничения по ставкам сняли, но к середине месяца у "Моего банка" начались серьезные финансовые проблемы. Сначала он перестал проводить платежи корпоративных клиентов, а затем ввел ограничения на снятие средств с вкладов, в том числе и частных клиентов. Трудности у "Моего банка" возникли на фоне начавшейся чистки банковского сектора: к тому времени ЦБ уже отозвал лицензию у Мастер-банка, Инвестбанка и Банка проектного финансирования. Чистка спровоцировала мини-кризис банковской системы, который в отдельных регионах сопровождался паникой вкладчиков и штурмом отделений некоторых банков. А Агентство по страхованию вкладов (АСВ) на тот момент оценило выплаты первым пострадавшим вкладчикам этих банков в 51 млрд руб.

В "Моем банке" вклады населения составляли более половины средств — 12,4 млрд из 22 млрд руб. Вкладчики в основном были солидные - например, кинорежиссер Никита Михалков, хранивший в банке 200 млн руб. личных средств и 100 млн руб. своих компаний. Реперные для ЦБ показатели деятельности при этом были на грани: достаточность капитала 10,2% при нормативном минимуме 10%, текущая ликвидность — 50,4% при минимуме 50%. А прибыль в 2012 году составила всего 91 млн руб. Именитые люди, впрочем, ориентировались не на финансовую отчетность, а на личные гарантии столь же именитых владельцев: в 2007 году Фетисов написал бумагу, согласно которой он должен был полностью возместить средства вкладчиков "Моего банка" за счет личных средств.

Параллельно с финансовыми проблемами нарастали и организационные. 11 декабря председателем правления был назначен Игорь Лейко, а Манойло покинул банк. 27 декабря был уже новый председатель — Сергей Львов, он стал восьмым руководителем банка за последние три года. Как выяснилось, последние пертурбации были связаны с тем, что осенью (по разным данным, в период с середины октября до середины декабря) в банке сменились собственники. Считается, что Фетисов продал банк одиннадцати частным инвесторам, среди которых граждане России, Великобритании, Латвии и Эстонии — по слухам, покупатели близки к неким менеджерам банка. Из известных фамилий — совладелец "Мегаполис девелопмента" Владимир Малин и бывший зампред ЦБ, акционер "АРБ-Инкасс" Ринат Сетдиков, а также совладелец волгоградского "Никохима" Михаил Баранов. Другим совладельцем "Никохима", кстати, был одно время Андрей Баков, зять Никиты Михалкова.

Чужая ответственность


С начала года в "Моем банке" шла проверка ЦБ и АСВ: объем не проведенных платежей по корсчету достиг уже 2,2 млрд руб. Проверка выявила финансовую несостоятельность банка, недостоверную отчетность, а также неисполнение предписаний ЦБ. 31 января ЦБ отозвал лицензию. По словам зампреда ЦБ Михаила Сухова, "дыра" в капитале банка может превышать 10 млрд руб. При этом две трети кредитов не генерировали денежный поток. По словам главы АСВ Юрия Исаева, расходы АСВ по выплате пострадавшим вкладчикам он оценивает в 6,5 млрд руб., всего из "Моего банка" исчезло 90% активов.

Знакомые Фетисова надеются, что следствие в его отношении развалится. "Фетисов покинул пост председателя правления летом 2012 года, банком не занимался, никаких документов не подписывал, а на момент отзыва лицензии уже не был собственником",— доказывает один из них. По его логике все происходящее — проблема новых собственников, и раз они после тщательного аудита купили банк, то на момент продажи с активом все было хорошо. У следствия другая логика: сроки давности по статьям "мошенничество" и "хищение" могут достигать 10 лет. А как рассказал один из финансистов, работавший под началом Фетисова в "Альфа-Эко", последний был всегда погружен в детали своих бизнесов, то есть вывести почти все активы из-под носа у такого собственника просто невозможно.

Проверка ЦБ, кстати, смогла предотвратить последнюю попытку вывода активов из банка. За день до отзыва лицензии "Мой банк" объявил, что произвел обратный выкуп акций дочерней компании "Мой банк. Ипотека", которые продал несколькими неделями ранее. Решение об обратном выкупе, как рассказали "Деньгам" два источника в банковской сфере, было принято под давлением ЦБ, который увидел в продаже "дочки" попытку вывода последних активов банка.

О том, что таким образом новые собственники пытались вывести деньги, говорят и оба знакомых Фетисова. Один из них добавляет, что с середины декабря руководство банка препятствовало комиссии АСВ и задерживало отправку отчетности в ЦБ, чтобы выиграть время для вывода средств. А в начале февраля Фетисов пригрозил подать в суд на новых собственников банка с требованием компенсации ущерба. Формально Фетисов — главный пострадавший: на момент отзыва лицензии он хранил на счетах в "Моем банке" более 2 млрд руб.

В его пользу свидетельствует и то, что, по сообщению адвокатов, в сделку купли-продажи банка он внес дополнительное условие: новые собственники обязались не совершать действий или бездействий, в результате которых банк может обанкротиться или потерять лицензию. Довольно странное условие, особенно для такого рискового бизнеса, как банковский. Знакомый Фетисова объясняет появление этого пункта в договоре финансовыми и репутационными рисками: "Глеб оставил в банке большие деньги, чтобы они служили гарантией для крупных вкладчиков. А когда в декабре начались проблемы с ликвидностью, новые собственники, вместо того чтобы поддерживать банк, стали к нему бегать с просьбами дать еще миллиард-два, чтобы банк не обвалился".

Проработав с партнерами по "Альфа-групп" два десятка лет (на фото слева — совладелец консорциума "Альфа-групп" Михаил Фридман), в январе 2014 года Глеб Фетисов вышел из совместных активов

Фото: Валерий Левитин, Коммерсантъ

Но появление такого странного условия может быть обусловлено и желанием Фетисова при продаже застраховаться, отгородиться от проблем банка, которые, очевидно, накапливались давно. 25 февраля появилась информация, что ЦБ обратился в СК с просьбой провести проверку деятельности бывшего собственника Фетисова и топ-менеджеров "Моего банка". ЦБ подозревает, что часть кредитных договоров носит фиктивный характер, а инвестиции осуществлялись в невозвратные активы. Причем "дыра" в капитале банка формировалась на протяжении трех лет. В ходе проверки СК установил, что часть похищенных средств была использована для покупки недвижимости, а также для финансирования других проектов Фетисова.

Думы об экологии


Фетисов все обвинения в выводе активов отрицает, а его знакомые уверены, что все дело в его политической активности.

Действительно, к февралю Фетисов, похоже, вышел из всех своих активов, как он сам говорил, чтобы заняться политикой.

Основным активом, помимо "Моего банка", был пакет из 14,17% акций в телекоммуникационном холдинге Altimo (контролирует "Вымпелком" (торговые марки "Билайн" и "Киевстар") и имеет долю в крупнейшем турецком операторе Turkcell). Фетисов продал акции партнерам, у которых и было преимущественное право выкупа. "Пакет в Altimo был продан 21 января гибралтарскому фонду LetterOne, принадлежащему бенефициарам "Альфа-групп"",— рассказывает знакомый Фетисова, но сумму сделки не раскрывает. По оценке аналитиков, Фетисов мог выручить за свою долю от $1,6 млрд до $2,3 млрд. Еще $150-200 млн ему могла принести продажа доли в сети китайских продуктовых магазинов NCS.

Какой именно политической деятельностью собирался заниматься Фетисов, до конца не ясно. До сих пор он вместе с Олегом Митволем возглавлял "Альянс зеленых — Народная партия", но в последнее время, очевидно, фокус его интересов сместился в другую сторону. "Фетисов вышел полностью в кэш, чтобы финансировать вменяемую оппозицию,— утверждает его знакомый.— Он хотел делать новую оппозиционную площадку, работать с такими людьми, как Гудков, Пономарев. Выйдя из активов, он также хотел их обезопасить, не ставить под удар партнеров, вкладчиков. Опасения его были, конечно, не напрасны. Ему несколько раз звонили серьезные люди, но он не реагировал. Как следствие — арест".

Политическое объяснение происходящего может оказаться всего лишь умело выстроенной адвокатской или пиар-стратегией. В случае с "Моим банком" явно не все чисто, и речь тут идет о вполне рядовых для российской банковской сферы схемах. "Воровство вкладов по схеме выдачи фиктивных кредитов — классическая история. Это такой банкет, после которого хозяева планируют закрывать банк. Покупатели "Моего банка", возможно, купили его на кредит, в этом же банке и полученный. Они свое получили, но основные деньги попали к Фетисову. И это были, похоже, последние деньги, которые удалось вывести из банка",— уверенно говорит крупный московский финансист. Другой банкир подтвердил, что в 2013 году к нему и некоторым его коллегам обращались с предложением поучаствовать в выкупе "Моего банка", но он, как и другие люди, знакомые с положением дел в банке, отказался.

Граждане успели привыкнуть к отзывам лицензий у банков: за последнее время уже три десятка таких случаев. И политику очистки банковской системы ЦБ продолжит. Тем более что с ее помощью можно решить другую важную задачу — обеспечить переток ликвидности из мелких и средних банков в крупные, в первую очередь — в государственные.

Комментарии
Профиль пользователя