США больше не рассматривают Виктора Януковича в качестве украинского президента, заявила советник президента по национальной безопасности Сьюзан Райс в эфире телеканала NBC в воскресенье. Обозреватель отдела внешней политики "Коммерсантъ" Максим Юсин обсудил ситуацию с Дарьей Полыгаевой и Олегом Богдановым.
По словам Райс, Янукович потерял легитимность, хотя и был избран демократическим путем, в том числе из-за того, что обратил оружие против своего народа. "Он покинул Киев, лихорадочно собрал вещи, забрал с собой своих сотрудников и мебель. Разве это не беспорядочное бегство?", — добавила представительница Белого дома.
Д.П.: До сих пор не могут Януковича найти, как вы считаете, что его вообще ждет?
М.Ю.: Я думаю, его ждет то, что обещала Юлия Тимошенко: в случае, если его поймают, его привезут на Майдан, устроят над ним такое публичное глумление, потом через какое-то время даже сами украинские революционеры осознают, что им это чести не делает. Поэтому, мне кажется, наилучший был бы вариант все-таки как-то обеспечить выезд, вывоз Януковича за границу, а потом уже спокойно, когда эмоции схлынут, решать все вопросы — виноват он, не виноват, в чем виноват. Но то, что сейчас может произойти под влиянием эмоций и революционного накала, такого я бы не пожелал нашим украинским соседям. Потому что пример Ливии у нас на глазах, а там, глядя на тех ребят из "Правого сектора", которые сейчас задают тон революционным движениям, нельзя исключить никакого варианта.
О.Б.: Я слышал, на Майдане требовали расстрела, то есть смертной казни Януковича.
М.Ю.: В общем, в цивилизованных рамках невозможно такое провести, это понятно, потому что Украина стремится в Европу, там строжайший запрет на смертную казнь. Я думаю, что, конечно, новые лидеры Украины заинтересованы в том, чтобы все было максимально спокойно, чтобы потом со временем договориться по понятиям с теми же остатками "Партии регионов", с олигархами, которые стоят за "Партией регионов", они никуда не делись, но эти люди тоже сейчас отнюдь не независимы, они вынуждены считаться с той революционной волной, которая поднялась, они ее тоже боятся. Они ее боятся, может быть, даже не меньше, чем недобитые депутаты из "Партии регионов".
Посмотрите, сейчас сообщение появилось о том, что новый глава МВД Арсен Аваков, который давал интервью "Коммерсанту" в разгар событий, тоже это был человек, который рвался на баррикады, который нам сказал, что "у нас 150 автоматов Калашникова, мы готовы их применить, если "Беркут" пойдет на штурм". Сейчас этот человек назначен главой МВД, на нем уже государственные функции, он вынужден как-то более ответственно подходить к ситуации, он попытался обуздать боевиков из "Правого сектора", он с ними встретился, и эта встреча им не понравилась, и появилось заявление в "Правом секторе" — сейчас оно везде в агентствах есть — что "этот человек нас не устраивает, он на нас слишком давил, мы сейчас соберем новый Майдан, придем к зданию МВД, чтобы Авакова здесь не было". То есть, если эти люди, которых даже по максимальным оценкам их лидера 5 тыс. человек, будут определять политическую повестку дня всего 45-миллионного государства, это беда, большая беда для всех, и для тех, кто стоял на Майдане, и вдвойне для тех, кто на Майдане не стоял, для той половины населения Украины, которая настороженно относится к Майдану.
О.Б.: Скажите, пожалуйста, а легитимность Янукович, с общей юридической точки зрения, потерял или не потерял, пока не подписал документ об отречении?
М.Ю.: Ну, я думаю, надо быть реалистами — он все потерял уже.
О.Б.: Нет, но формально он остается президентом, или все-таки эти постановления Верховной рады имеют большую юридическую силу?
М.Ю.: Формально он остается, но это тот случай, когда формальность никого абсолютно не волнует. Конечно, он больше не президент, его как президента нигде не воспринимают, и он себя дискредитировал настолько в глазах всех, и своих союзников, в том числе, что ему сейчас надо просто как-нибудь незаметно найти способ перебраться на территорию Российской Федерации. Потом это будет, конечно, наша головная боль, но еще большая будет головная боль, если мы, имея возможность не допустить расправы, этой возможностью не воспользуемся. Хороший признак, что Янукович исчез на несколько дней, может быть, этот признак свидетельствует о том, что наши компетентные службы готовят или, может, уже провели операцию по его — у них профессиональный термин есть — эксфильтрации. И это, кстати говоря, в интересах самой Украины.
О.Б.: Максим, я наблюдал за новостными сообщениями из Харькова, из Донецка, из других регионов, судя по всему, киевские власти, даже силовики, не контролируют ситуацию, потому что они не взяли генпрокурора, потом его видели даже в ресторане где-то в Харькове или в Донецке, по-моему, Крым они вообще не контролируют. То есть Янукович может в Россию и не перемещаться, как я понимаю.
М.Ю.: Это слишком опасно для него, потому что где-то в ресторане его терпят, а где-то охранник побежит, позвонит новым сотрудникам МВД, которые захотят доказать лояльность новым властям и тотчас же его арестуют. То, что продемонстрировали последние события на Украине, меня не то чтобы сильно удивило, если честно, но в очередной раз неприятно поразил уровень тотального предательства — как от него отреклась "Партия регионов" мгновенно, как украинские дипломаты тотчас же, как власть сменилась, написали коллективное письмо, что они отрекаются от министра иностранных дел Кожары, который до этого был для них царем и богом, и просят его сместить. То есть, это настолько некрасиво, неприятно и, действительно, Украина — не Россия.
О.Б.: Мы это в 1917 году прошли.
М.Ю.: Действительно, у них много плюсов, по сравнению с нами, но смотришь со стороны, эта тотальная мания предательства мне не очень нравится. К чему я веду: Януковичу ни на чьи гарантии не надо полагаться, никто слов не держит. Вот он подписал соглашение с оппозицией, а через несколько часов пошли на штурм его свергать. Поэтому ему надо спасаться, если он хочет спасти свою жизнь, жизнь своей семьи. К сожалению, такая ситуация.
Д.П.: Меня, кстати, удивляет, что до сих пор он, судя по всему, не уехал из Украины, неужели так трудно?
О.Б.: А там безопасно, судя по всему.
М.Ю.: Да, но посмотрите, он попытался вылететь из Донецка, в Донецке его вотчина, но там бдительные оказались пограничники. Ведь неожиданно эти донецкие пограничники стали большими патриотами Украины, и они запретили его самолету вылетать. Поэтому где-то сейчас он скрывается, у надежных людей, но тупик определенный, что касается Януковича.
О.Б.: Эти сообщения о вылетах, как правило, не подтверждаются. Сразу, как только он из Киева исчез, говорили, что он уехал в Объединенные Арабские Эмираты. Янукович сказал, что если ему деваться некуда, наверное, он будет до конца у себя в Донецке отбиваться.
М.Ю.: Деваться некуда, отбиваться он не будет. Сторонников у него нет в достаточном количестве, чтобы они встали за него горой. Как показали события, увы и ах, но это так, надо это признать, что на той стороне Украины, которая голосовала за Януковича, нет такого числа людей, готовых идти на все, как на другой стороне, как в Галичине. Да, они слабее. Может быть, потом со временем они станут сильнее, когда Галичина перегнет палку, но пока Галичина сильнее, мощнее в несколько раз, никто за Януковича не встанет. Поэтому выбор у него такой: никакого сопротивления, конечно, не оказывать, это бесполезно просто, выход — бежать. А куда бежать? Я думаю, единственная страна может проявить твердость, если потребует его выдачи, это Российская Федерация, наверное. Конечно, крайне неприятный тип, но если уж он в мире воспринимается как наш — своих сдавать нельзя.