Коротко

Новости

Подробно

Турецкопреданные

Почему премьер Турции теряет сторонников

Журнал "Коммерсантъ Власть" от , стр. 28

Разогнав протесты с требованиями отставки правительства, премьер Турции Реджеп Тайип Эрдоган столкнулся с новыми трудностями. Теперь против него выступили его недавние соратники, испугавшиеся назревшего в обществе недовольства властью. Раскол в политических элитах может стоить исламистам победы на следующих выборах.


Ольга Кузнецова, Стамбул


На подступах к площади Таксим и парку Гези в Стамбуле, где летом 2013 года экологический протест перерос в охватившее полстраны движение сопротивления, выставлен полицейский кордон. За металлическими ограждениями стоит несколько автобусов и дежурит десяток вооруженных стражей порядка. Слезоточивый газ и водометы, с помощью которых полиция полгода назад очистила Таксим от демонстрантов, не остудили пыл противников власти. Новый всплеск общественного недовольства пришелся на середину декабря, когда в стране разразился беспрецедентный скандал. Сотни людей вышли на улицы, потребовав отставки "правительства взяточников и коррупционеров".

В ходе не согласованной с руководством страны спецоперации, получившей название "Большая взятка", по подозрению в коррупции были задержаны 52 человека: представители ближайшего окружения Реджепа Тайипа Эрдогана, члены правящей Партии справедливости и развития (ПСР), влиятельные бизнесмены. В доме главы государственного банка Halkbank Сулеймана Аслана, обвиненного в незаконном обмене иранской нефти на золото, полицейские нашли $4,5 млн в коробках из-под обуви. Сыновьям двух министров были предъявлены обвинения в получении взяток в обмен на помощь с выдачей строительных лицензий. Судебная повестка за подписью прокурора Муаммера Аккаша пришла и на имя сына премьера — 32-летнего Билала Эрдогана, который попал под подозрение в приобретении за взятку участка земли в престижном районе Стамбула, принадлежавшего государству. Правда, разбирательства в отношении Эрдогана-младшего начаты не были: попытавшегося их инициировать прокурора Аккаша отправили на службу в провинцию Текирдаг на северо-западе Турции.

Скандал привел к серии громких отставок в правительстве. Покидая пост главы ведомства городского планирования, Эрдоган Байрактар заявил, что Реджеп Тайип Эрдоган "лично знал обо всех спорных финансируемых проектах", и потребовал, чтобы премьер тоже ушел в отставку. "Это самый серьезный политический кризис для премьера за 11 лет правления партии,— заявил "Власти" бывший зампред ПСР Суат Кыныклыоглу.— Сейчас Эрдоган испытывает колоссальные трудности, потому что вопрос коррупции для турецких избирателей крайне чувствительный. Грядущие 30 марта муниципальные выборы станут своего рода референдумом, который покажет, сумела ПСР сохранить доверие людей после случившегося или нет". "В обществе накопилась усталость от того, что одна и та же партия так долго управляет страной",— добавил он.

"В стране и так все знали, что правительство коррумпированное, но на этот раз эти предположения получили реальные подтверждения,— говорит политолог Хакан Гюнеш.— Чтобы спасти себя и партию, Эрдоган провел ряд отставок в кабинете министров, но этого мало. Люди ждут справедливого судебного разбирательства над самим премьером, потому что знают, что он тоже нечист на руку".

Назвав спецоперацию попыткой переворота и грязной игрой против правительства, Реджеп Тайип Эрдоган пообещал "переломать руки" тем, кто ее затеял. "Это уже не первый заговор против власти",— заявил он. До этого премьер и его помощники называли волну протестов, охвативших Турцию летом, результатом работы иностранных спецслужб.

Заменив доверенными лицами десять членов кабинета министров, Эрдоган приступил к расправе над инициаторами расследования, подорвавшего его личный и политический авторитет. Первый и самый мощный удар был нанесен по высокопоставленным полицейским чиновникам, санкционировавшим аресты. От полномочий немедленно отстранили шефа стамбульской полиции Хюсейна Чапкына, а в общей сложности перестановки и увольнения коснулись 700 полицейских по всей стране. На беспрецедентные чистки в полиции власти потратили около месяца, после чего развернули новое наступление, отправив в отставку 96 прокуроров,— такие данные привели в республиканском Министерстве юстиции.

В первой половине января передовицы турецких газет пестрели фотографиями стамбульского прокурора Зекерии Оза — главного инициатора "Большой взятки", спешно отстраненного от ведения дела под предлогом обвинения в незаконной растрате бюджетных денег. Оз считался одним из ближайших соратников премьера и его главным советником по уголовным расследованиям. В то же время он выходец из окружения живущего в США влиятельного исламского проповедника Фетхуллаха Гюлена. Оз известен тем, что вел дело "Эргенекона" — предполагаемой подпольной организации, членов которой обвинили в попытке осуществить государственный переворот в 2003 году. По итогам расследования, длившегося пять лет и завершившегося в августе прошлого года, за решеткой на срок от трех лет до пожизненного заключения разом оказались 254 человека, большинство из них — генералы и офицеры армии, а также оппозиционно настроенные писатели и журналисты. В Народно-республиканской партии Турции (НРП) улики по делу считают сфабрикованными, а сам процесс называют охотой на ведьм и сведением счетов с армией. За историю Турции генералы, как гаранты закрепленного в конституции светского строя, четыре раза отстраняли исламистские правительства от власти.

Впрочем, в годы правления исламистской ПСР угроза для нее исходила не только от армии. В 2008 году генпрокурор Апелляционного суда Абдуррахман Ялчинкая подал иск против правящей партии, обвинив ее в использовании религии в политических целях и стремлении навязать светской Турции образ жизни по законам шариата. Помимо роспуска правящей партии Ялчинкая потребовал наложить пятилетний запрет на политическую деятельность для 72 ее основателей во главе с Эрдоганом и президентом страны Абдуллой Гюлем (до избрания на президентский пост занимал должность заместителя председателя ПСР). Поводом для обращения прокурора в Конституционный суд стало принятие парламентом правительственного законопроекта о снятии запрета на ношение в турецких вузах мусульманского платка — хиджаба. Иск в итоге был отклонен. Для принятия решения не хватило голоса одного судьи, и дело завершилось сокращением наполовину государственных ассигнований партии на тот год. Зато на референдуме в 2010 году был принят пакет из 30 поправок к конституции, ужесточивших условия роспуска партий и поставивших под контроль правительства процедуру избрания членов Конституционного суда.

Чтобы предотвратить новый демарш со стороны судей и прокуроров, у которых накопились претензии к членам кабинета министров и их семьям (включая ближайших родственников самого премьера), власти попытались перевести в подчинение Министерства юстиции один из четырех ключевых судебных органов страны — Высший совет судей и прокуроров, отвечающий за назначения в нижестоящих судебных инстанциях. Проект реформы, противоречащей закрепленным в основном законе принципам разделения властей и независимости судебной системы, вызвал в парламенте настоящий скандал, а эксперты заявили о самом масштабном в истории страны конституционном кризисе. Пойти на попятную и отложить противоречивые законодательные поправки премьер согласился только после визита в Брюссель, где он встретился с главой Еврокомиссии Жозе Мануэлом Баррозу и председателем Европейского совета Херманом Ван Ромпеем. Еврочиновники намекнули, что судебная реформа может поставить под вопрос дальнейшую судьбу переговоров о присоединении Турции к ЕС. Теорию премьера о существовании "государства в государстве" во главе с исламским проповедником в Брюсселе слушать не захотели.

Сотрудничество между Реджепом Тайипом Эрдоганом и Фетхуллахом Гюленом долгое время считалось взаимовыгодным. "Благосклонность премьера позволила выходцам из религиозно-просветительского движения Гюлена занять высокие посты в полиции и системе юстиции",— говорит политолог Хакан Гюнеш, поясняя, что движение представляет собой самую большую сеть частного бизнеса и школ, функционирующих в 160 странах мира. До 2010 года такие учебные заведения существовали и в России, однако были закрыты по подозрению в пропаганде идей исламского богослова Саида Нурси, признанных экстремистскими и запрещенных в России решением Коптевского суда Москвы от 2007 года.

Главную идею своего движения, известного как "Хизмет" или "Джемаат", последователи Фетхуллаха Гюлена видят в борьбе за образовательные и культурные идеалы. Этой же миссии служит основанный исламским просветителем в 1994 году Фонд журналистов и писателей. Председатель фонда Мустафа Ешиль в беседе с "Властью" охарактеризовал Гюлена как "мыслителя, философа и интеллектуала, борющегося с невежеством просветительскими методами". "Деятельность его последователей абсолютно прозрачная и не выходит за рамки закона, а сам Фетхуллах Гюлен никогда при помощи своих идей не пытался захватить власть,— заявил глава фонда.— Несмотря на это, его взгляды время от времени подвергаются клевете недоброжелателей".

Раскол в отношениях между лидером турецких исламистов и живущим в США духовным наставником наметился в мае 2010 года, когда разразился скандал вокруг гуманитарного конвоя Mavi Marmara, обстрелянного израильскими военными во время доставки помощи в сектор Газа. Жертвами перестрелки тогда оказались девять турецких граждан. После этого премьер, охваченный идеей лидерства Турции в мусульманском мире, разорвал отношения с Тель-Авивом, за что подвергся критике со стороны Гюлена. Новый виток противостояния эксперт по взаимоотношениям турецкой власти и "Джемаата" Рушен Чакыр датирует февралем 2012 года. Тогда полиция вызвала на допрос ближайшего соратника премьера — главу Службы национальной разведки Хакана Фидана, предъявив ему обвинения в содействии Рабочей партии Курдистана, признанной в Турции террористической организацией. А минувшей осенью, за несколько недель до коррупционного скандала, премьер объявил о намерении закрыть в Турции сеть курируемых "Джемаатом" довузовских подготовительных курсов.

Именно скандал с подготовительными курсами стал для премьера поводом считать выходцев из "Джемаата" причастными к подготовке "Большой взятки". В ответ на обвинительное заявление Эрдогана на сайте Гюлена появилось видеообращение: "Да испепелит Аллах дома тех, кто не видит вора, но пытается его изловить". Мустафа Ешиль, много лет лично знакомый с проповедником, заверил "Власть", что "отношения к антикоррупционному расследованию Фетхуллах Гюлен не имеет".

"У меня нет информации, что спецоперацию подготовили люди Гюлена, но можно сказать, что, как политики, они воспользовались этим скандалом",— заявил "Власти" экс-министр иностранных дел Турции, один из основателей ПСР Яшар Якыш.

"Турецкие граждане обескуражены тем, что все достижения властей на поприще демократизации страны были свернуты",— заявил сам проповедник. Раскритиковав масштабные чистки в полиции и судебных структурах, он отметил, что его сторонники "не могут быть замешаны в разбирательствах против власти".

Политолог Хакан Гюнеш придерживается иного мнения. Он убежден, что конфликт между премьером Турции и исламским проповедником "назрел давно", и считает, что это привело к расколу в правящей партии. "Решающим аргументом гюленовцев против премьера послужили "протесты Гези", после которых Эрдоган лишился симпатий значительной части собственного электората, крупного бизнеса, недавних союзников на международной арене,— говорит эксперт.— На фоне этого гюленовцы решили сменить сторону и отказаться от поддержки теряющего популярность руководства страны".

"Главная проблема этого противостояния — в неравенстве сил конфликтующих сторон. ПСР — это политическая партия, конкретная сила, за которую можно голосовать или не голосовать. А "Джемаат" — это то, к чему нельзя прикоснуться и нельзя увидеть. До конца не ясно, кто входит в его состав и кто им управляет. Этой организации несвойственна прозрачность, она скорее антидемократическая, чем демократическая. Но правящая партия, годами укрывавшая коррупционеров, ненамного лучше",— объясняет Гюнеш. "Я обнаружил себя в несвойственной ситуации,— признается он,— и сейчас нахожусь скорее на стороне "Джемаата", чем на стороне ПСР, хотя с общиной меня ничего не связывает и я никогда не разделял взглядов ее сторонников".

"Ситуацию для премьера усугубляет то, что в его окружении были и остаются люди, которые думают иначе, чем он,— говорит Яшар Якыш.— Они придерживаются других взглядов, но внятно не объясняют, с чем именно не согласны".

Как и "протесты Гези", коррупционный скандал пришелся очень некстати. В 2014 и 2015 годах Партии справедливости и развития предстоит пройти сразу несколько испытаний: сначала грядут местные и президентские, а затем и парламентские выборы. Опрошенные "Властью" эксперты уверены, что последствия "Большой взятки" для руководства Турции станут очевидны на муниципальных выборах 30 марта. "Отдавая голоса за глав муниципалитетов, люди будут держать в головах подробности, открывшиеся во время антикоррупционных рейдов,— заявил "Власти" Абдулла Бозкурт, комментатор симпатизирующего Гюлену издания Today's Zaman.— Случившееся гарантированно приведет к тому, что правящая партия лишится поддержки части своего прежнего электората и если не потерпит поражения сейчас, то сдаст позиции на следующих выборах в парламент".

Драка между членами правящей партии и представителями оппозиции во время обсуждений коррупционного скандала в турецком парламенте 23 января 2014 года

Фото: AP

По графику очередные всеобщие выборы должны пройти в Турции в 2015 году, однако есть вероятность, что премьер примет решение о проведении досрочного голосования. "Эрдоган может начать форсировать события, потому что боится нового коррупционного разбирательства против себя самого,— считает Хакан Гюнеш.— Ситуация для ПСР критическая, и никто не может предсказать, сколько еще исламисты продержатся у власти. Пока правящая партия концентрирует значительные силы, но о том, чтобы приблизиться к результату 2007 года — 50%, не может быть и речи. Грандиозные планы, которые строил премьер для себя на следующие десять лет, могут рухнуть в одночасье".

Не исключено, что внести коррективы председателю правящей партии придется и в собственное политическое будущее, а именно изменить сценарий августовских президентских выборов. Идея заключалась в проведении рокировки внутри правящего тандема по российскому образцу: премьер Эрдоган выдвигает свою кандидатуру на пост главы государства, а ныне занимающий его Абдулла Гюль становится премьером. Прошлой осенью Эрдоган объявил, что готов к подобному раскладу, "если партия поставит такую задачу".

На момент, когда было сделано это объявление, перспективы принятия новой конституции, которая должна была превратить Турцию из парламентской республики в президентскую, а нового главу государства наделить сверхполномочиями, казались реальными. Однако члены парламентской комиссии, отвечавшей за подготовку проекта новой конституции, так и не смогли согласовать пункт о смене государственного устройства: против выступила оппозиция. Комиссия была распущена, а будущий глава государства так и не получил особых прав. "Учитывая это, Эрдогану выгоднее переписать под себя устав партии, запрещающий ему идти на третий премьерский срок",— считает Гюнеш.

Еще недавно турецкие эксперты допускали, что накануне президентских выборов внутри правящего тандема развернется борьба, теперь же они рассуждают исключительно о внешних угрозах для правящей элиты. "Эрдоган и Гюль находятся в одной лодке,— говорит Яшар Якыш.— Стоит пойти ко дну одному, он тут же утянет за собой другого".

Комментарии
Профиль пользователя