Предприимчивый делец
Американские спецслужбы разрушили бизнес российского рекордсмена
"Самый ловкий непойманный преступник в мире", — такую характеристику дает журнал Time руководителю австрийской фирмы Nordex GmbH выходцу из России Григорию Лучанскому. "Самый быстро обогащающийся в Европе человек", — гласит запись о Лучанском в "Книге рекордов Гиннесса". Бизнес Лучанского начался после освобождения в 1985 году (он отсидел два года за хищение). Он быстро сколотил большое состояние и попал в поле зрения правоохранительных органов СССР (потом России) и 11 стран Европы и Америки. По их мнению, Лучанский зарабатывал не всегда законно: например, торговлей оружием или контрабандой наркотиков. Хотя до конкретных обвинений дело не дошло, Лучанскому пришлось оставить надежду работать на Западе. Единственный судебный процесс, на котором Лучанскому придется выступить, — это процесс по его иску к газете "Вечерняя Москва". В преддверии этого события с Григорием Лучанским встретился корреспондент Ъ АЛЕКСЕЙ Ъ-ГЕРАСИМОВ.
Жертва партийных интриг
Сотрудники ФСБ категорически отрицают наличие какого-либо досье на Григория Лучанского и группу фирм Nordex AG, а у самого Лучанского есть подтверждающая это справка. Тем не менее документ с таким названием мне удалось раздобыть. Итак, из досье ФСБ:
Лучанский Григорий Эммануилович, 1945 года рождения, еврей, занимал руководящие посты в ЦК ЛКСМ Латвии, работал проректором Рижского университета, кандидат наук.
14 октября 1982 года задержан по обвинению в групповых хищениях с 1978 по 1982 годы. Объем уголовного дела составил 11 томов. В ходе следствия выяснилось, что зарплата у Лучанского в университете была 400 руб., у жены — 230 руб. За 3 тыс. купил себе автомобиль "Волга", за доводку которого отдал 6 тыс. Имел дачу в Юрмале, строил дачный домик в Лиласте. Лучанскому инкриминировали хищение автодеталей из гаража на 300 руб. 2 коп., четырех сервизов — 330 руб., телефона "Ретро" — 135 руб. На даче Лучанского было найдено присвоенное им имущество университета: магнитофон "Весна-306" (с 1974 года), холодильник "Саратов" (с 1980 года), телевизор "Электрон-736". Были доказаны хищения панелей перекрытия (12 штук) на 1406 руб. 31 коп. из ботанического сада университета для строительства дачи. Для Азербайджанского университета Лучанский доставал мебель, завышал ее стоимость в финансовой документации, а разницу — себе в карман. Ущерб государству он нанес в размере 2894 руб. 02 коп.
Однако из этих данных в приговоре остались лишь чайный сервиз, декоративный телефон "Ретро" и комплект списанной с баланса университета мебели — все это на 300 руб. За эти-то преступления 8 октября 1983 года Григория Лучанского и осудили на семь лет. "Это событие, — вспоминает он сейчас, — очень омрачило мои первые деловые начинания. Но поймите, я пал жертвой закулисных интриг тогдашнего руководителя республиканского КГБ Бориса Пуго. Например, бывший инспектор ОБХСС УВД Латвии Ромуальд Мацулевич, который принимал самое активное участие в расследовании моего дела, признался мне как-то, что я был виновен только в одном — дружил с первым секретарем ЦК компартии Латвии Авгу Воссом и одним из секретарей ЦК Третьяковым. А Пуго их ненавидел".
Как бы то ни было, Лучанский поехал в Пермскую область, Третьяков и Восс были сняты со своих постов, а год спустя Борис Пуго стал первым секретарем ЦК Компартии Латвии.
Правда, многочисленные друзья Лучанского не оставили в беде товарища и похлопотали за него. В 1985 году он был освобожден условно-досрочно, но с обязательным привлечением к труду "на стройках народного хозяйства" ("химия"). За ним продолжали следить и там. Скоро оперативники узнали, что с руководством одной из колоний Лучанский организовал нелегальное производство по выделке мехов. Через налаженные связи он сбывал меховые изделия за рубеж. Освободили Лучанского условно-досрочно года через полтора. Оговаривалось, что Лучанского в обязательном порядке следовало привлечь к труду.
Привлекла его латвийская агрофирма "Адажи". В 1989 году он стал коммерческим директором внешнеторговой фирмы "Адажимпекс". Начался его путь в большой бизнес.
Я прокрутил бы деньги КПСС, но мне их не давали
"Адажимпекс" (Латвия) занимался экспортом удобрений. Лучанский вновь чуть было не оказался в центре крупного скандала, когда руководство "Агрохимэкспорта" (организации, курирующей в бывшем СССР экспорт минудобрений) обвинило "Адажимпекс" в демпинге, а комиссия партконтроля Пермской области — в продаже ТНП по завышенным ценам. Ревизоры не нашли тогда в сделках "Адажимпекса" ничего противозаконного, но, видимо, так надоели Лучанскому, что тот решил уехать "подальше от советских бюрократов". Благо, и случай подвернулся — "Адажимпекс" тогда стал соучредителем австрийской компании Nordex GmbH. Да и деньги у Лучанского, по всей видимости, были — согласно данным той же самой комиссии, в результате различных сделок в фирме Лучанского "неспецифицированными" остались $10,224 млн. Это могло стать неплохим стартовым капиталом для любого дела. Лучанский возглавил Nordex и переехал в Австрию.
Он начал экспортировать из стран СНГ нефтепродукты и металлы, а также финансировать Международный фонд приватизации и содействия иностранным инвестициям, возглавляемый Владимиром Щербаковым. Последний помогал Лучанскому налаживать связи с местными администрациями. Лучанскому сопутствовал успех: годовой оборот компании в 1991 году составил приличную сумму — $900 млн.
Быстрый рост Nordex вызывал недоумение у западных конкурентов и журналистов. В 1992 году австрийский журнал Wirtschaft Woche опубликовал статью под заголовком "Венские русские из Риги", обвинив Nordex в отмывании денег и связях с оргпреступностью. Правда, автор статьи и издатель в ответ на требование адвокатов направили Лучанскому "Заявление чести", указав, что если "создалось впечатление, что г-н Лучанский или группа компаний Nordex нарушили уголовное законодательство Австрии или каким-либо иным образом недостойно вели себя, то мы сожалеем об этом". Но ярлык человека, отмывающего "грязные деньги" или деньги КПСС, приклеился к Лучанскому навсегда. А Лучанский жалеет, что деньги партии он не крутил: "Я бы и согласился, но только никто мне их не давал".
Зато льготы Лучанскому предоставлялись любые. Например, в декабре 1991 года Nordex совместно с администрацией Оренбургской области (родина Виктора Черномырдина) учредил АОЗТ "ОреНорд". Его акционерами стали крупнейшие местные добывающие и металлургические компании. "ОреНорду" было предоставлено "исключительное право" реализации на внутреннем и внешнем рынках до 10% сырья и нефтепродуктов, добываемых его акционерами, причем фирма закупала их по регулируемым ценам. Всего через Nordex тогда прошло стратегического сырья примерно на 3,5 млрд руб. и $100 тыс. Но это был не единственный скандал, в центре которого оказалась компания Лучанского.
Колумб так и не добрался до Америки
Сначала превратно поняли его идею помочь скульптору Зурабу Церетели, который в 1993 году задумал новый проект — возвести в Испании и США огромные монументы Христофору Колумбу. Тогда учрежденную при участии Nordex компанию "Колумб" стали обвинять в незаконном вывозе из России 30 тыс. тонн рафинированной меди. "Я решил помочь Церетели, потому что он друг Юрия Лужкова, а портить отношения с мэром Москвы мне не хотелось — он тогда попросил меня создание пивзавода профинансировать. Я и дал 'Колумбу' $15 тыс. в уставный фонд. Потом и думать об этом забыл и только из газет узнал про какую-то рафинированную медь".
Газеты писали тогда, что Лучанский помогал и Лужкову — устроил его сына на работу в свою компанию "Интеко", где тот за большие деньги ничего не делал. Впрочем, все это было опровергнуто, и причастность Nordex к контрабанде меди не установлена. А в Испании возвели-таки 126-метровый монумент Колумбу. На открытии его присутствовал Билл Клинтон. Но строительство памятника в самих США заморожено — не хватает денег.
Вскоре после этой истории Лучанский ввязался в еще один проект, обернувшийся для него крупным скандалом. В 1993 году Россия прекратила на Украину поставки нефти. На межправительственном уровне было заключено соглашение о "сбалансированных взаимопоставках" российской нефти в обмен на украинское продовольствие. К сделке было решено привлечь коммерческие структуры, хорошо зарекомендовавшие себя на российском рынке. Выбор пал на Nordex.
Предполагалось, что нефть (4,801 млн тонн) компания закупит по предоплате у российской компании "Нафта", на что банк "Югорский" выделил Nordex кредит в $80 млн под 25% годовых. Причем продажная цена, согласно межправительственному соглашению, не должна была превышать закупочную. Интерес Nordex заключался в том, что "Украгротехсервис" обязался организовать в счет поставляемого сырья беспошлинную поставку сахара, семян подсолнечника, подсолнечного масла и проч.
Компания поставила на Украину первые 2 млн тонн. Пресса назвала Лучанского "спасителем украинского государства". Но спаситель никак не мог получить требуемую сельхозпродукцию, а председатель парламентской комиссии Верховной рады Украины Григорий Омельченко стал выдвигать обвинения в адрес Nordex, утверждая, что Лучанский успел заработать $30 млн, завысив продажную цену тонны нефти на $9.
"Да он просто подсчитал неправильно, — объясняет Лучанский. — Nordex заработал $3 млн, да и те пошли на уплату долга 'Югорскому'. А все выводы Омельченко опровергла аудиторская фирма Moore Stefens, подтвердившая, что с нашей стороны все было законно". Потом Лучанского постиг еще один удар — летом 1994 года было совершено покушение на руководителя "Украгротехсервиса" Владимира Бортника. Обвинить в нем хотели Лучанского. Последний только удивляется: "Если бы Бортника убили, я понес бы колоссальные убытки, поэтому я сам и отправил его на лечение в Вену".
Неудачная украинская сделка стала первым камнем преткновения для Григория Лучанского. Потом его бизнес основательно попортили спецслужбы США.
Госдеп США предупреждает...
В январе 1994 года Nordex приобрел на Украине военно-транспортный самолет "Руслан" (Ан-124). Его отдали в аренду украинской авиакомпании "Аэротрек", а та сдала его в субаренду Air Sofia. В августе 1994 года "Руслан" приземлился в аэропорту Тегерана. На его борту вместо продекларированных "тягачей" находились элементы мобильных установок для ракет типа "Скат". Правда, мнения о том, где совершил посадку самолет, разнились. По данным российских спецслужб, самолет приземлялся не в Иране, а в Дамаске (Сирия), при этом российские источники указывают на август 1993 года. В западной прессе сообщалось, что Ан-124, перевозивший элементы ракет (или ядерные компоненты) летел из Северной Кореи, но уже не в Иран или Сирию, а в Ирак, и что к этому рейсу опять-таки причастен Nordex.
Лучанский не отрицал, что его фирма была владельцем самолета, но открещивался от обвинений как в перевозке, так и в торговле оружием. После этого скандала он отдал самолет "Югорскому" в счет уплаты кредита. Версия же о причастности главы "Нордекса" к тайной торговле оружием прочно прижилась в западной прессе. Причем спецслужбы США, по утверждению Time стали прослушивать офис Лучанского в Вене.
Скандал имел продолжение. В мае 1994 года в подкомитете Сената США по организованной преступности в бывшем СССР выступил бывший замминистра внутренних дел России Михаил Егоров. Он заявил, что возглавляет Nordex чеченец Умар, родной брат которого имеет отношение к наркомафии, а саму компанию российские правоохранительные органы подозревают в "нелегальной деятельности".
Вскоре Лучанского не пустили в США, тот направил в российское МВД письмо, потребовав разъяснений. Оттуда ответили, что в выступлении Егорова "имели место неточности" и что "у МВД России нет оснований связать Nordex с подпольным бизнесом вообще и международным наркобизнесом в частности". Об этом ответе из России Лучанский уведомил Сэма Нана — руководителя подкомитета Сената США по оргпреступности. Однако для США глава Nordex так и остался persona non grata.
Но на этом неприятности не кончились. Лучанскому также ограничили въезд в Канаду и Англию и отказали в австрийском гражданстве. Начали рушиться его деловые проекты в СНГ. К примеру, в прошлом году американский Eximbank отказался дать крупный кредит на развитие Карагандинского металлургического комбината в Казахстане, где "Нордексом" совместно с американской United Steel Corp. было учреждено СП. По данным Лучанского, на отказе в финансовой поддержке проекта настояли чиновники из Госдепартамента США, которые посоветовали руководству Eximbank "держаться подальше от этого человека". Также не состоялся совместный проект с канадским горнодобывающим гигантом "Плассер Дом Инк" и с нефтяной компанией Mobil. Стараниями американских спецслужб была расстроена и сделка с американской инвестиционной компанией Salomom Brothers, которая согласилась было дать средства на строительство второй очереди московского пивоваренного завода "Князь Рюрик".
"Теперь, — признался Лучанский, — я только теряю. Приходится работать только в России. Западный рынок для меня практически закрыт".
"Самый ловкий непойманный преступник в мире", — такую характеристику дает журнал Time руководителю австрийской фирмы Nordex GmbH выходцу из России Григорию Лучанскому. "Самый быстро обогащающийся в Европе человек", — гласит запись о Лучанском в "Книге рекордов Гиннесса". Бизнес Лучанского начался после освобождения в 1985 году (он отсидел два года за хищение). Он быстро сколотил большое состояние и попал в поле зрения правоохранительных органов СССР (потом России) и 11 стран Европы и Америки. По их мнению, Лучанский зарабатывал не всегда законно: например, торговлей оружием или контрабандой наркотиков. Хотя до конкретных обвинений дело не дошло, Лучанскому пришлось оставить надежду работать на Западе. Единственный судебный процесс, на котором Лучанскому придется выступить, — это процесс по его иску к газете "Вечерняя Москва". В преддверии этого события с Григорием Лучанским встретился корреспондент Ъ АЛЕКСЕЙ Ъ-ГЕРАСИМОВ.
Жертва партийных интриг
Сотрудники ФСБ категорически отрицают наличие какого-либо досье на Григория Лучанского и группу фирм Nordex AG, а у самого Лучанского есть подтверждающая это справка. Тем не менее документ с таким названием мне удалось раздобыть. Итак, из досье ФСБ:
Лучанский Григорий Эммануилович, 1945 года рождения, еврей, занимал руководящие посты в ЦК ЛКСМ Латвии, работал проректором Рижского университета, кандидат наук.
14 октября 1982 года задержан по обвинению в групповых хищениях с 1978 по 1982 годы. Объем уголовного дела составил 11 томов. В ходе следствия выяснилось, что зарплата у Лучанского в университете была 400 руб., у жены — 230 руб. За 3 тыс. купил себе автомобиль "Волга", за доводку которого отдал 6 тыс. Имел дачу в Юрмале, строил дачный домик в Лиласте. Лучанскому инкриминировали хищение автодеталей из гаража на 300 руб. 2 коп., четырех сервизов — 330 руб., телефона "Ретро" — 135 руб. На даче Лучанского было найдено присвоенное им имущество университета: магнитофон "Весна-306" (с 1974 года), холодильник "Саратов" (с 1980 года), телевизор "Электрон-736". Были доказаны хищения панелей перекрытия (12 штук) на 1406 руб. 31 коп. из ботанического сада университета для строительства дачи. Для Азербайджанского университета Лучанский доставал мебель, завышал ее стоимость в финансовой документации, а разницу — себе в карман. Ущерб государству он нанес в размере 2894 руб. 02 коп.
Однако из этих данных в приговоре остались лишь чайный сервиз, декоративный телефон "Ретро" и комплект списанной с баланса университета мебели — все это на 300 руб. За эти-то преступления 8 октября 1983 года Григория Лучанского и осудили на семь лет. "Это событие, — вспоминает он сейчас, — очень омрачило мои первые деловые начинания. Но поймите, я пал жертвой закулисных интриг тогдашнего руководителя республиканского КГБ Бориса Пуго. Например, бывший инспектор ОБХСС УВД Латвии Ромуальд Мацулевич, который принимал самое активное участие в расследовании моего дела, признался мне как-то, что я был виновен только в одном — дружил с первым секретарем ЦК компартии Латвии Авгу Воссом и одним из секретарей ЦК Третьяковым. А Пуго их ненавидел".
Как бы то ни было, Лучанский поехал в Пермскую область, Третьяков и Восс были сняты со своих постов, а год спустя Борис Пуго стал первым секретарем ЦК Компартии Латвии.
Правда, многочисленные друзья Лучанского не оставили в беде товарища и похлопотали за него. В 1985 году он был освобожден условно-досрочно, но с обязательным привлечением к труду "на стройках народного хозяйства" ("химия"). За ним продолжали следить и там. Скоро оперативники узнали, что с руководством одной из колоний Лучанский организовал нелегальное производство по выделке мехов. Через налаженные связи он сбывал меховые изделия за рубеж. Освободили Лучанского условно-досрочно года через полтора. Оговаривалось, что Лучанского в обязательном порядке следовало привлечь к труду.
Привлекла его латвийская агрофирма "Адажи". В 1989 году он стал коммерческим директором внешнеторговой фирмы "Адажимпекс". Начался его путь в большой бизнес.
Я прокрутил бы деньги КПСС, но мне их не давали
"Адажимпекс" (Латвия) занимался экспортом удобрений. Лучанский вновь чуть было не оказался в центре крупного скандала, когда руководство "Агрохимэкспорта" (организации, курирующей в бывшем СССР экспорт минудобрений) обвинило "Адажимпекс" в демпинге, а комиссия партконтроля Пермской области — в продаже ТНП по завышенным ценам. Ревизоры не нашли тогда в сделках "Адажимпекса" ничего противозаконного, но, видимо, так надоели Лучанскому, что тот решил уехать "подальше от советских бюрократов". Благо, и случай подвернулся — "Адажимпекс" тогда стал соучредителем австрийской компании Nordex GmbH. Да и деньги у Лучанского, по всей видимости, были — согласно данным той же самой комиссии, в результате различных сделок в фирме Лучанского "неспецифицированными" остались $10,224 млн. Это могло стать неплохим стартовым капиталом для любого дела. Лучанский возглавил Nordex и переехал в Австрию.
Он начал экспортировать из стран СНГ нефтепродукты и металлы, а также финансировать Международный фонд приватизации и содействия иностранным инвестициям, возглавляемый Владимиром Щербаковым. Последний помогал Лучанскому налаживать связи с местными администрациями. Лучанскому сопутствовал успех: годовой оборот компании в 1991 году составил приличную сумму — $900 млн.
Быстрый рост Nordex вызывал недоумение у западных конкурентов и журналистов. В 1992 году австрийский журнал Wirtschaft Woche опубликовал статью под заголовком "Венские русские из Риги", обвинив Nordex в отмывании денег и связях с оргпреступностью. Правда, автор статьи и издатель в ответ на требование адвокатов направили Лучанскому "Заявление чести", указав, что если "создалось впечатление, что г-н Лучанский или группа компаний Nordex нарушили уголовное законодательство Австрии или каким-либо иным образом недостойно вели себя, то мы сожалеем об этом". Но ярлык человека, отмывающего "грязные деньги" или деньги КПСС, приклеился к Лучанскому навсегда. А Лучанский жалеет, что деньги партии он не крутил: "Я бы и согласился, но только никто мне их не давал".
Зато льготы Лучанскому предоставлялись любые. Например, в декабре 1991 года Nordex совместно с администрацией Оренбургской области (родина Виктора Черномырдина) учредил АОЗТ "ОреНорд". Его акционерами стали крупнейшие местные добывающие и металлургические компании. "ОреНорду" было предоставлено "исключительное право" реализации на внутреннем и внешнем рынках до 10% сырья и нефтепродуктов, добываемых его акционерами, причем фирма закупала их по регулируемым ценам. Всего через Nordex тогда прошло стратегического сырья примерно на 3,5 млрд руб. и $100 тыс. Но это был не единственный скандал, в центре которого оказалась компания Лучанского.
Колумб так и не добрался до Америки
Сначала превратно поняли его идею помочь скульптору Зурабу Церетели, который в 1993 году задумал новый проект — возвести в Испании и США огромные монументы Христофору Колумбу. Тогда учрежденную при участии Nordex компанию "Колумб" стали обвинять в незаконном вывозе из России 30 тыс. тонн рафинированной меди. "Я решил помочь Церетели, потому что он друг Юрия Лужкова, а портить отношения с мэром Москвы мне не хотелось — он тогда попросил меня создание пивзавода профинансировать. Я и дал 'Колумбу' $15 тыс. в уставный фонд. Потом и думать об этом забыл и только из газет узнал про какую-то рафинированную медь".
Газеты писали тогда, что Лучанский помогал и Лужкову — устроил его сына на работу в свою компанию "Интеко", где тот за большие деньги ничего не делал. Впрочем, все это было опровергнуто, и причастность Nordex к контрабанде меди не установлена. А в Испании возвели-таки 126-метровый монумент Колумбу. На открытии его присутствовал Билл Клинтон. Но строительство памятника в самих США заморожено — не хватает денег.
Вскоре после этой истории Лучанский ввязался в еще один проект, обернувшийся для него крупным скандалом. В 1993 году Россия прекратила на Украину поставки нефти. На межправительственном уровне было заключено соглашение о "сбалансированных взаимопоставках" российской нефти в обмен на украинское продовольствие. К сделке было решено привлечь коммерческие структуры, хорошо зарекомендовавшие себя на российском рынке. Выбор пал на Nordex.
Предполагалось, что нефть (4,801 млн тонн) компания закупит по предоплате у российской компании "Нафта", на что банк "Югорский" выделил Nordex кредит в $80 млн под 25% годовых. Причем продажная цена, согласно межправительственному соглашению, не должна была превышать закупочную. Интерес Nordex заключался в том, что "Украгротехсервис" обязался организовать в счет поставляемого сырья беспошлинную поставку сахара, семян подсолнечника, подсолнечного масла и проч.
Компания поставила на Украину первые 2 млн тонн. Пресса назвала Лучанского "спасителем украинского государства". Но спаситель никак не мог получить требуемую сельхозпродукцию, а председатель парламентской комиссии Верховной рады Украины Григорий Омельченко стал выдвигать обвинения в адрес Nordex, утверждая, что Лучанский успел заработать $30 млн, завысив продажную цену тонны нефти на $9.
"Да он просто подсчитал неправильно, — объясняет Лучанский. — Nordex заработал $3 млн, да и те пошли на уплату долга 'Югорскому'. А все выводы Омельченко опровергла аудиторская фирма Moore Stefens, подтвердившая, что с нашей стороны все было законно". Потом Лучанского постиг еще один удар — летом 1994 года было совершено покушение на руководителя "Украгротехсервиса" Владимира Бортника. Обвинить в нем хотели Лучанского. Последний только удивляется: "Если бы Бортника убили, я понес бы колоссальные убытки, поэтому я сам и отправил его на лечение в Вену".
Неудачная украинская сделка стала первым камнем преткновения для Григория Лучанского. Потом его бизнес основательно попортили спецслужбы США.
Госдеп США предупреждает...
В январе 1994 года Nordex приобрел на Украине военно-транспортный самолет "Руслан" (Ан-124). Его отдали в аренду украинской авиакомпании "Аэротрек", а та сдала его в субаренду Air Sofia. В августе 1994 года "Руслан" приземлился в аэропорту Тегерана. На его борту вместо продекларированных "тягачей" находились элементы мобильных установок для ракет типа "Скат". Правда, мнения о том, где совершил посадку самолет, разнились. По данным российских спецслужб, самолет приземлялся не в Иране, а в Дамаске (Сирия), при этом российские источники указывают на август 1993 года. В западной прессе сообщалось, что Ан-124, перевозивший элементы ракет (или ядерные компоненты) летел из Северной Кореи, но уже не в Иран или Сирию, а в Ирак, и что к этому рейсу опять-таки причастен Nordex.
Лучанский не отрицал, что его фирма была владельцем самолета, но открещивался от обвинений как в перевозке, так и в торговле оружием. После этого скандала он отдал самолет "Югорскому" в счет уплаты кредита. Версия же о причастности главы "Нордекса" к тайной торговле оружием прочно прижилась в западной прессе. Причем спецслужбы США, по утверждению Time стали прослушивать офис Лучанского в Вене.
Скандал имел продолжение. В мае 1994 года в подкомитете Сената США по организованной преступности в бывшем СССР выступил бывший замминистра внутренних дел России Михаил Егоров. Он заявил, что возглавляет Nordex чеченец Умар, родной брат которого имеет отношение к наркомафии, а саму компанию российские правоохранительные органы подозревают в "нелегальной деятельности".
Вскоре Лучанского не пустили в США, тот направил в российское МВД письмо, потребовав разъяснений. Оттуда ответили, что в выступлении Егорова "имели место неточности" и что "у МВД России нет оснований связать Nordex с подпольным бизнесом вообще и международным наркобизнесом в частности". Об этом ответе из России Лучанский уведомил Сэма Нана — руководителя подкомитета Сената США по оргпреступности. Однако для США глава Nordex так и остался persona non grata.
Но на этом неприятности не кончились. Лучанскому также ограничили въезд в Канаду и Англию и отказали в австрийском гражданстве. Начали рушиться его деловые проекты в СНГ. К примеру, в прошлом году американский Eximbank отказался дать крупный кредит на развитие Карагандинского металлургического комбината в Казахстане, где "Нордексом" совместно с американской United Steel Corp. было учреждено СП. По данным Лучанского, на отказе в финансовой поддержке проекта настояли чиновники из Госдепартамента США, которые посоветовали руководству Eximbank "держаться подальше от этого человека". Также не состоялся совместный проект с канадским горнодобывающим гигантом "Плассер Дом Инк" и с нефтяной компанией Mobil. Стараниями американских спецслужб была расстроена и сделка с американской инвестиционной компанией Salomom Brothers, которая согласилась было дать средства на строительство второй очереди московского пивоваренного завода "Князь Рюрик".
"Теперь, — признался Лучанский, — я только теряю. Приходится работать только в России. Западный рынок для меня практически закрыт".