Коротко


Подробно

 Выборы-96


Случаи

       Накануне выборов мы обратились к своим постоянным героям, деятелям российской культуры, с вопросом: "Что забавного, курьезного или просто запоминающегося видели вы по телевизору, на улице, у себя дома в период предвыборной кампании?" Большинство ответило, что текущий момент к подобным воспоминаниям не располагает. Другие ответы мы публикуем.
       
Леонид Парфенов, ведущий программы "Намедни":
       — Мои самые яркие впечатления, конечно, телевизионные. Это качественный рывок политрекламы во главе с "Верю. Люблю. Надеюсь". Особенно интересен последний ролик: "Я, Ельцин Борис Николаевич, родился в деревне Будке..." Козел в качестве официального предвыборного животного в роликах Центризбиркома. А также фраза "...и их духовного отца — господина Сосковца".
       
Людмила Петрушевская, прозаик, драматург:
       — Первое, что приходит на память, — сцена в метро, невольной свидетельницей которой я оказалась. Женщина лет шестидесяти кричит в вагоне на мужчину: "А воровать не надо было, а то бы твоего отца на Колыму не посадили!" Это вопль коммунистического электората. И этим для меня все сказано.
       
Александр Гельман, драматург:
       — Как женщина лет тридцати обещала во всеуслышание: "Победит Зюганов — пойду замуж за еврея!" Лучший, по-моему, предвыборный лозунг.
       
Сергей Шолохов, ведущий программы "Тихий дом":
       — На вручении приза "Золотая калоша" за самые бездарные эстрадные произведения прошедшего сезона я встретил Андрея Разина, который показал мне проект рекламного постера, на котором справа был изображен Юра Шатунов с белыми розами, слева — Махмуд Эсамбаев со своей шапкой, а посередине стоял Зюганов, который их обнимал. По замыслу, плакат должен был украшать фасад ресторана "Прага". Но, говорят, Лужков не разрешил, а как было бы забавно видеть их всех вместе...
       
Михаил Швыдкой, замминистра культуры России:
       — Самое большое огорчение последнего тура президентских выборов — это исчезновение с экранов жены Брынцалова (кажется, ее зовут Наташа) и что ее место заняла Нина Андреева. Отсутствие пары Брынцаловых лишило зрителей минут приятного расслабления. И еще: я познакомился с генералом Лебедем в Тирасполе, когда он был командиром 14-й армии. Тогда он произвел хорошее впечатление. Но парадокс между 16 июня и 3 июля в том, что именно генерал (сильная личность и сверхгерой) теперь становится символом русской демократии.
       
Михаил Жванецкий, писатель:
       — Поддержать их на выборах мне предлагали почти все — даже Владимир Вольфович предлагал. Только Зюганов не предлагал. Он в интервью в городе Самаре сказал, что раньше я ему, Зюганову, нравился. Потом в прямом эфире там же, в Самаре, меня спросили, как я отношусь к Зюганову и как Зюганов относится ко мне. Я тогда ответил, что если Зюганов победит на выборах, то наверняка исчезнут продукты и появится балет. После этого Зюганов сказал, что раньше я ему нравился, а сейчас нет — потому что злопыхатель.
       
Юрий Шевчук, музыкант:
       — Мы выступали в Самаре, когда туда с предвыборным туром приезжал Горбачев. Он пригласил меня на ужин. Что само по себе уже смешно. Я отказался. Потому что ужинаем мы сами по себе. А потом у меня есть некоторые "довыборные" воспоминания: я однажды уже ходил на ужин к Булату Окуджаве. Там был и Чубайс. Я подошел к нему и спросил: насколько понимаю, вы тут самый главный, а я — человек из народа. Объясните моей маме, а то она очень нервничает, куда ей девать свой ваучер. Ну а Чубайс мне в ответ: "Юр, давай лучше выпьем".
       
Юрий Никулин, актер, директор Цирка на Цветном бульваре:
       — Я очень удивился, когда, проезжая по Москве где-то за две недели до выборов, увидел плакаты с Ельциным и Лужковым с надписью: "Москвичи свой выбор уже сделали". Я подумал: "А чего мы тогда 16 июня делать будем, если уже все все сделали?"
       
Генриетта Яновская, театральный режиссер:
       — Моя знакомая, жена известного политика-демократа, долго уговаривала свою подругу идти на выборы. Та отмахивалась: надоели, мол, и так все ясно, никуда не пойду. После многодневных уговоров наконец согласилась: ладно, так и быть, пойду. Агитаторша на всякий случай проверяет: за кого голосовать-то, знаешь? А та отвечает: конечно, знаю, за Зюганова. У другой подруги отец — старый коммунист, на словах ненавидит Ельцина, ругает власти на чем свет стоит. Ходил все последние годы на какие-то коммунистические собрания, в ячейки... При том что сам — еврей. Накануне выборов раздается звонок. "Здравствуйте, Альфред Моисеевич! Это говорят из районного штаба поддержки Ельцина. У нас катастрофически не хватает наблюдателей, не согласитесь ли нам помочь?" Он с негодованием пересказывает разговор дочери. "Ну и что ты им ответил?" — "Что же делать, раз надо... Согласился!"
       
Игорь Свинаренко, член редколлегии газеты "Не дай Бог!":
       — В глубинке России 1 мая некоторые коммунисты вышли с транспарантами, к которым кнопками были пришпондорены наши "недайбоговские" постеры с изображением антиЗюганова. Чуть позже, конечно же, им свои же объяснили, что это все-таки антиреклама, а не наоборот. В Москве был свидетелем того, как 16 июня одна избирательница вместо бюллютеня опустила в урну свой паспорт. Ей пришлось ждать до полуночи, чтобы получить его обратно. Когда же я был в командировке в Тамбове, меня тамошние немногочисленные демократы угощали водкой под названием "Тамбовский волк". Продолжение всем известно. Самое любопытное, что Тамбов — "красный пояс".
       Как известно, 2 июля агитация была запрещена: понятное дело, что нужно было закрыть таблички с названиями "Ленинский проспект", скажем, даже "Ленин" на мавзолее, заодно убрать звезды с Кремля. Чего сделано не было. В этом смысле Лужкову вполне можно вменить нарушение закона о выборах. Да и вообще... Пусть теперь Мавзолей вместе с институтом "по поддержанию трупа" ляжет на бюджет ЦК КПРФ.

Тэги:

Обсудить: (0)

Газета "Коммерсантъ" от 05.07.1996, стр. 13
Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

обсуждение