Коротко


Подробно

КоммерсантЪ-Daily
Происшествия
Номер 106 от 25-06-96
Полоса 014
 Проблемы благотворительного фонда

Российские милиционеры не оценили идеи духовного единства с эллинами

       Международный фонд российско-эллинского духовного единства, создание которого благословили Патриарх Московский и всея Руси Алексий II и католикос всех армян Вазген, оказался замешан в нескольких громких скандалах. Президент фонда Георгий Трапезников-Герасимиди был задержан за получение взятки, а один из его сотрудников, Борис Горелов, попался на краже 2,5 тыс. книг из библиотеки Иосифа Сталина, находившейся в ведении фонда. Кроме того, сотрудники МВД подозревали руководство фонда в махинациях, связанных с оформлением гражданства, благодаря которым российские паспорта получали уголовные авторитеты из Абхазии. Однако большинство выдвинутых обвинений остались недоказанными. О проблемах фонда рассказывают спецкорреспонденты Ъ ДМИТРИЙ Ъ-ПАВЛОВ и МАКСИМ Ъ-ВАРЫВДИН.
       
Патриарх благословил востоковеда
       "Идея создания такого фонда, — рассказывает его президент Георгий Трапезников-Герасимиди, в прошлом историк-востоковед, — появилась у меня в конце 80-х годов. Фонд должен был заниматься просветительской деятельностью в области культуры, истории и политики. Единомышленников у меня нашлось немало. Начинание благословили и поддержали Патриарх Московский и всея Руси Алексий II, католикос всех армян Вазген, академик Дмитрий Лихачев и Гавриил Попов, который взял создание фонда под свою опеку".
       В 1991 году фонд был зарегистрирован в Минюсте России. Вскоре указом Бориса Ельцина фонду были выделены здания бывшего Института марксизма-ленинизма на улице Вильгельма Пика. Госкомимущество России оформило аренду этих помещений до 2017 года. В состав правления фонда вошел Василий Родзянко, митрополит Вашингтонский и Сан-Францисский (внук председателя III и IV Государственной думы). Согласно уставу новой организации, собираемые благотворительные средства должны были использоваться для оказания помощи православному русскоязычному населению на всей территории СССР.
       Помимо помещений фонд получил в свое распоряжение библиотеку института, насчитывающую более 2 млн томов редких изданий XV-XX веков, известную также как "библиотека Сталина". Не то чтобы вождь сам коллекционировал книги — к юбилеям и праздничным датам окружение Сталина, а также различные рабочие и правительственные делегации преподносили ему весьма ценные издания в подарок. Некоторые тома были с автографами коммунистических вождей и посланиями от трудовых коллективов. Часть библиотеки составляли военные трофеи — книги вывезли для Сталина из Германии советские войска.
       Говорят, что вождь довольно редко читал. Впрочем, этому были и "объективные" причины: большая часть книг была на немецком языке, которого выпускник церковно-приходской школы не знал. Правда, время от времени помощники Сталина звонили работникам библиотеки и просили подобрать для статьи вождя цитату того или иного автора. Для этого иногда приходилось просматривать десятки толстых томов. Причем работа в библиотеке иногда велась круглосуточно. В той же библиотеке хранились и книги, конфискованные у "врагов народа" — Бухарина, Троцкого, Рыкова и других.
       Вокруг этой библиотеки в 1992 году и разгорелся первый скандал.
       "Мы спасли библиотеку от небезызвестного Сергея Станкевича, тогда еще помощника Бориса Ельцина (сейчас Станкевич объявлен в розыск по обвинению в крупных хищениях. — Ъ), — рассказывает Трапезников-Герасимиди. — Станкевич знал, что в этой библиотеке есть ценнейшие экземпляры. И ему не понравилось, что все это богатство попало в распоряжение какого-то фонда. Он хотел взять все книги, переиздать их на Западе, а деньги положить себе в карман. Мы были против. Тогда Станкевич натравил на нас несколько комиссий. Они проверяли, смотрели, но найти каких-либо нарушений не смогли. Тогда стараниями Станкевича в арбитражный суд Москвы был подан иск о незаконном использовании помещений и фондов научной библиотеки бывшего института. Но у него ничего не получилось. На нашу сторону встало Госкомимущество России. За нас ходатайствовали Патриархия, многие заслуженные люди, и фонд оставили в покое. Со временем в ГКИ сменилось руководство, и у нас опять появились проблемы. Часть площадей пришлось отдать Росархиву, а библиотека получила самостоятельный статус".
После этого из нее и начали пропадать книги. Причем не без помощи работников фонда.
       
Наркоман перешел дорогу Сергею Станкевичу
       Весной 1994 года в московских букинистических магазинах появились старинные книги с вытравленными библиотечными штампами. О новых поступлениях стало известно сотрудникам МУРа, которые заинтересовались происхождением этих книг. Изъяв несколько томов, сыщики выяснили, что библиотечные печати на них вытравлены кислотой и уксусом. Несколько оттисков удалось восстановить. Оказалось, что книги принадлежат библиотеке при Институте марксизма-ленинизма ЦК КПСС.
       Библиотекари, к которым за разъяснениями обратились оперативники, были весьма удивлены. По их словам, в библиотеке ни одной кражи книг зарегистрировано не было. Такие объяснения муровцев не удовлетворили, и в библиотеке провели ревизию. Ее результаты повергли библиотекарей и их кураторов из Минкульта в шок: из фондов библиотеки бесследно исчезли почти 2,5 тысячи редких книг.
       По словам сыщиков, совершить кражу из библиотеки было в общем-то несложно, и этому, в частности, способствовала ее крайне ненадежная система охраны. Помещение библиотеки было оборудовано сигнализацией, но она выходила не на пульт вневедомственной охраны милиции, а на пульт сторожей, охраняющих здание. У тех же сторожей хранились ключи от библиотеки. Злоумышленники могли подкупить или запугать сторожей или действовать в сговоре с ними.
       Доступны книги были и днем, когда библиотека работала: посетители вполне могли, например, засунуть книжку за пояс и спокойно вынести. Но речь шла не о кражах единичных экземпляров, а о систематических хищениях сотен книг. Подозрения невольно пали на работников библиотеки, которые получали весьма скромную зарплату.
       Отработка этой и других версий заняла несколько месяцев. Наконец, в январе 1995 года сыщикам удалось узнать имя организатора хищений. Им оказался сотрудник юридической дирекции Фонда российско-эллинского духовного единства Борис Горелов.
       На Горелова сыщики вышли не без помощи книголюбов. Оказалось, что сам Горелов книги в букинистические магазины не сдавал, а мешками сбывал их частным коллекционерам. До букинистических магазинов книги доходили через десятые руки. Тем не менее несколько цепочек сыщикам восстановить удалось. Все они замкнулись на Горелове.
       Сотрудник юридической дирекции оказался довольно примечательной личностью. Он около семи лет отсидел за кражи и в зоне пристрастился к наркотикам. Работе в фонде, это, впрочем, не мешало.
       В ходе следствия выяснилось, что сторожа за бутылку водки или коньяка (деньгами они брали редко) отключали для Горелова охранную сигнализацию и выдавали ему ключи. Он запирался изнутри и не торопясь разбирал книги. Вначале опасался, что его могут заметить, поэтому светил себе карманным фонариком. Потом попривык и, не таясь, включал в библиотеке верхний свет. Приглянувшиеся книги складывал в коробки и сумки. Когда под утро выходил из библиотеки, пьяным сторожам уже было не до него. С территории фонда, который окружен высоким железобетонным забором, Горелов вывозил книги на такси. Иногда книг было так много, что приходилось заказывать грузовик. Внимания на вора никто не обращал.
       Тогда задержать Горелова не удалось. Уволившись из фонда, он съехал со снимаемой квартиры и несколько месяцев скитался по притонам. Сыщики устраивали на него облавы и засады, но всякий раз Горелову везло. Наконец, в январе 1996 года он был задержан и отправлен в СИЗО. На допросах он подробно рассказал, как крал книги и кому их продавал. Около 500 книг удалось найти.
       
Скандал вокруг российского гражданства
       "Несмотря ни на что, мы продолжали работать, — продолжает рассказ президент фонда. — Посылали помощь русским в страны Прибалтики, поддерживали армян в Нагорном Карабахе. Естественно, многим это было не по душе.
       Во время грузино-абхазского конфликта фонд отправил в Абхазию 30 тонн гуманитарного груза — продовольствие, одежду, медикаменты. Вручать помощь отправилась большая делегация. В нее входил сотрудник комиссии по вопросам гражданства при президенте России Анатолий Мостовой. Он там все ходил и что-то записывал в блокнотик.
       Когда мы собирались обратно, ко мне явились человек 400 местных жителей с просьбой помочь им в получении российского гражданства. Свое желание они объяснили трудностями в получении пенсии. Я пообещал сделать все, что смогу. А когда вернулись в Москву, Мостовой написал на меня донос, что с каждого из абхазцев я взял за услуги $500. Да у них таких денег и в помине не было. Мне кажется, он действовал по заказу Шеварднадзе, которому наша миссия очень не понравилась, он даже гневно выступил по этому поводу по телевидению".
       Между тем сам Анатолий Мостовой в разговоре с корреспондентом Ъ не стал категорично заявлять, что Трапезников брал деньги за помощь в получении российского гражданства. Тем не менее отметил, что у Трапезникова были хорошие отношения с Абдулахом Микитаевым, председателем комиссии по вопросам гражданства при президенте. По его словам, зачастую за два-три дня при нужных "знакомствах" некоторые даже сомнительные личности получали гражданство, хотя для простых смертных эта процедура занимала не один месяц.
       Легкость, с которой оформлялось гражданство, заинтересовала МВД и спецслужбы — они не оставили без внимания тот факт, что российские паспорта получали не столько беженцы, сколько уголовные авторитеты. Однако в ходе расследования было установлено, что списки фамилий абхазцев, переданные Трапезниковым Микитаеву, президентом подписаны не были. Также было установлено, что бандиты оформляли прописку в России без статуса беженца. Это было достаточно легко сделать с помощью заключения фиктивного брака или хорошо оплаченного обмена жилья. Тем не менее в январе нынешнего года Микитаев был снят с занимаемой должности.
       
Конфликт с "Марго"
       "Накат на меня продолжался, — говорит Трапезников. — Самый простой способ обесчестить — это обвинить в коррупции. Для этой цели правоохранительные органы использовали директора одной из наших дирекций Юрия Чернейкина, руководителя фирмы 'Марго'.
       Здесь важно оговориться. Для того чтобы осуществлять благотворительную деятельность, при фонде были созданы дирекции, занимающиеся коммерцией. И часть средств они перечисляли под какие-либо конкретные проекты, а мы предоставляли им помещение. Правда, мы часто идем навстречу обездоленным и обиженным и пускаем их под свою крышу фактически бесплатно. Так случилось и на этот раз.
       В начале 1994 года к нам обратились беженцы из Эстонии — актеры детского театра. Они просили помочь, и мы предоставили им помещение. В благодарность они сыграли нам прекрасное новогоднее представление, в котором Чернейкин, кстати, играл роль Огонька.
       Чернейкин между тем стал заниматься коммерческой деятельностью. Для этого он привлек хозяйку фирмы 'Марго' Маргариту Чернову. Они стали записывать и продавать аудио- и видеокассеты, торговать парфюмерией.
       Я обратился к Чернейкину и попросил пожертвовать фонду 49 млн рублей. Эта сумма не была секретом. Ее открыто обсуждали на правлении фонда. Нам эти деньги были нужны на проведение праздничных мероприятий, посвященных 50-летию победы в Великой Отечественной войне, — хотели пригласить ветеранов и сделать для них торжественный вечер.
       Удивительно, но Чернейкин и хозяйка фирмы 'Марго' Маргарита Чернова все время говорили о том, что признают этот долг и обещали выплатить. Наконец, 28 марта Чернейкин позвонил и сказал, что деньги есть. Я предложил отнести их нашему бухгалтеру. Юрий в ответ: 'А вы не могли бы сами спуститься ко мне? Надо расписаться в документах'. Я спустился к нему в кабинет. Он передал мне сверток с деньгами и предложил их пересчитать. И хотя я не знал, что меня уже записывают на видеопленку, деньги пересчитывать не стал и вышел в коридор. Тут меня схватили милиционеры, ударили по спине, скрутили руки. Завели обратно в кабинет к Чернейкину. Развернули сверток. Обрадовались. Достали какой-то список и говорят: 'Смотри, у нас все номера купюр переписаны'. Я спрашиваю: 'Ну и что?'. Отвечают: 'Все, дядя, попался. Взятка'. Отвезли меня в ОВД 'Ростокино', посадили в КПЗ к чеченцу, который попался на торговле наркотиками, и молдаванину, торговавшему оружием. На следующий день ко мне подселили настоящего уголовника — бритого, в наколках. Тот стал меня пугать. Мол, на зоне тебе кишки выпустят.
       На третьи сутки меня выпустили. Я спрашиваю у следователя: 'А где мои деньги?' Оказалось, их отдали обратно Чернейкину. Представляете, вещественные доказательства. Через месяц прокуратура дело прекратила. Я стал писать в Генпрокуратуру, чтобы вернули 46 млн рублей, а также аппаратуру, изъятую при обыске. Оттуда дело спустили в Моспрокуратуру на доследование. Через месяц дело опять прекратили. Я снова стал писать. Опять доследование. И опять состава преступления не обнаружили. Так было раз пять.
       Все это время мы боремся за выселение 'Марго'. Ведь с прошлого года они не платят не только благотворительные взносы, но и не оплачивают счета за телефон и электроэнергию".
       У Чернейкина насчет задержания Трапезникова свое мнение. По его словам, вначале фирма "Марго" арендовала у фонда три комнаты на первом этаже. Затем заняла весь этаж. Причем за каждую занятую комнату (всего их было 14) помимо арендной платы предприниматели давали Трапезникову по $750 наличными.
       Между "Марго" и фондом был заключен договор о совместной деятельности сроком на 5 лет. По нему фонд предоставлял предпринимателям помещения, а те, в свою очередь, участвовали в акциях фонда, "жертвуя на благотворительность" порядка 250 тыс. рублей в год за 1 кв. м занимаемой площади. При заключении договора Трапезников объяснил, что эта сумма взялась не с потолка. Ему якобы приходится платить владельцу здания, Госкомимуществу, порядка 200 тыс. за квадратный метр. Через некоторое время сотрудники "Марго" выяснили, что из этих денег фонд государству практически ничего не платит.
       По словам Чернейкина, более алчного человека, чем Трапезников-Герасимиди, он в своей жизни не встречал. Коммерсант утверждает, что президент фонда постоянно требовал денег на проведение "своих пьянок", которые устраивались по малейшему поводу. Терпению Чернейкина пришел конец, когда Трапезников потребовал увеличения платы за аренду. Кроме уже полученной ранее суммы, он затребовал 49 млн рублей и вообще поднял арендную плату за помещения до немыслимых размеров — $110 тыс. в год. Тогда Чернейкин обратился в милицию с заявлением о вымогательстве.
       Трапезников вышел на свободу и не раз пытался выселить "Марго". Иногда доходило до абсурда. Сотрудники фонда отключали электроэнергию и перерезали телефонные провода. Фирма, которая является официальным дилером TDK, практически оказалась без связи и потеряла многих клиентов. Приходилось даже выставлять охрану возле электрощита. "Самый натуральный вымогатель", — закончил свой рассказ Чернейкин.
       
Судьба героев
       Как и абсолютное большинство уголовных дел, возбуждаемых против президентов благотворительных фондов, дело Трапезникова-Герасимиди не было доведено до суда. Говорят, что когда Трапезников вышел из камеры, он собрал своих друзей и несколько дней отмечал с ними свое освобождение за праздничным столом. Потом снова занялся благотворительностью. "Марго" деньги за аренду не платит уже полтора года и, судя по всему, платить не намерена. Абдулах Микитаев судится с газетами, обвинившими его в получении взяток за помощь в оформлении гражданства. Анатолий Мостовой сейчас слушатель Академии госслужбы. Дело Бориса Горелова вскоре будет передано в суд. Что же касается библиотеки Сталина, то украденные из нее книги время от времени продолжают появляться в букинистических магазинах и на международных аукционах.
       

Тэги:

Обсудить: (0)

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы
все проекты

обсуждение